50 мудрых цитат про «алчность»

Собрали 50 цитат на тему «алчность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Дай кувшин вина и чашу, о, любимая моя, Сядем на лугу с тобою и на берегу ручья! Небо множество красавиц, от начала бытия, Превратило, друг мой, в чаши и в кувшины — знаю я.

   Дай кувшин вина и чашу, о, любимая моя, Сядем на лугу с тобою и на берегу ручья! Небо множество красавиц, от начала бытия, Превратило, друг мой, в чаши и в кувшины — знаю я.

   — Омар Хайям
2. «

   Добродетель способна мотивировать отдельных людей, но для больших групп общества, цивилизации этой силы недостаточно. Народы не бывают добродетельными, хотя порой они думают иначе. Человечество в массе своей демонстрирует торжество алчности над добродетелью.

   Добродетель способна мотивировать отдельных людей, но для больших групп общества, цивилизации этой силы недостаточно. Народы не бывают добродетельными, хотя порой они думают иначе. Человечество в массе своей демонстрирует торжество алчности над добродетелью.

   — Иэн Макьюэн · книга
3. «

   Только представьте... Это здание пережило революцию, гражданскую войну, блокаду. А вы с вашим казино оказались опаснее любого бедствия. Вы из года в год наживаетесь на обычных людях, но запомните одну простую вещь!... Карман к гробу не пришьёшь. Подумайте об этом на досуге, когда будете пересчитывать свои миллиарды.

   Только представьте... Это здание пережило революцию, гражданскую войну, блокаду. А вы с вашим казино оказались опаснее любого бедствия. Вы из года в год наживаетесь на обычных людях, но запомните одну простую вещь!... Карман к гробу не пришьёшь. Подумайте об этом на досуге, когда будете пересчитывать свои миллиарды.

   — Сергей Разумовский · фильм
4. «

   Нет опаснее человека, которому чуждо человеческое, который равнодушен к судьбам родной страны, к судьбам ближнего, ко всему, кроме судеб пущенного им в оборот алтына.

   Нет опаснее человека, которому чуждо человеческое, который равнодушен к судьбам родной страны, к судьбам ближнего, ко всему, кроме судеб пущенного им в оборот алтына.

   — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
5. «

   Невежество – мать злобы, зависти, алчности и всех прочих низких и грубых пороков, а также грехов.

   Невежество – мать злобы, зависти, алчности и всех прочих низких и грубых пороков, а также грехов.

   — Галилео Галилей
6. «

   Лампу может найти только тот, в чьем сердце нет алчности.

   Лампу может найти только тот, в чьем сердце нет алчности.

   — Аладин (Aladin) · фильм
7. «

   Там, где раньше у людей было сердце, теперь кошелек.

   Там, где раньше у людей было сердце, теперь кошелек.

   — Пингвин нашего времени (Mädchen im Eis) · фильм
8. «

   Он не пил, не курил, ездил на велосипеде, жил экономно, берег каждый грош и умер в цветущем возрасте, окруженный алчной родней. Это стало большим уроком для меня.

   Он не пил, не курил, ездил на велосипеде, жил экономно, берег каждый грош и умер в цветущем возрасте, окруженный алчной родней. Это стало большим уроком для меня.

   — Джон Бэрримор
9. «

   Ни в чем не умеет человек ограничиться лишь тем, что ему необходимо. Любовных утех, богатства, власти – всего этого он хочет получить больше, чем в состоянии насладиться им. Алчность его не знает удержу.

   Ни в чем не умеет человек ограничиться лишь тем, что ему необходимо. Любовных утех, богатства, власти – всего этого он хочет получить больше, чем в состоянии насладиться им. Алчность его не знает удержу.

   — Мишель де Монтень · книга
10. «

    — Иногда убийства совершаются из-за пустяков. — Но не в данном случае. Все было слишком хорошо продумано, чтобы руку убийцы могло направить что-либо кроме точнейшего расчета, рожденного сильнейшей необходимостью или алчностью. — Алчностью? — Нельзя рассуждать о причинах смерти богатого человека, не принимая во внимание этот самый распространенный среди людского рода порок.

    — Иногда убийства совершаются из-за пустяков. — Но не в данном случае. Все было слишком хорошо продумано, чтобы руку убийцы могло направить что-либо кроме точнейшего расчета, рожденного сильнейшей необходимостью или алчностью. — Алчностью? — Нельзя рассуждать о причинах смерти богатого человека, не принимая во внимание этот самый распространенный среди людского рода порок.

    — Анна Кэтрин Грин · книга
11. «

    Одни копят, словно должны жить вечно, другие тратят, словно тотчас умрут.

    Одни копят, словно должны жить вечно, другие тратят, словно тотчас умрут.

    — Аристотель
12. «

    Медленно и спокойно... Красота — словно ангел, несущий разрушение. Как нечто настолько красивое может нести столько зла? Но не существует на свете такого ангела, который был бы так разрушителен, как их алчность. В конце концов она их всех погубит. Им кажется, что они могут с ней справиться. Но алчность — та единственная змея, которую невозможно околдовать.

    Медленно и спокойно... Красота — словно ангел, несущий разрушение. Как нечто настолько красивое может нести столько зла? Но не существует на свете такого ангела, который был бы так разрушителен, как их алчность. В конце концов она их всех погубит. Им кажется, что они могут с ней справиться. Но алчность — та единственная змея, которую невозможно околдовать.

    — Лорд Джон · фильм
13. «

    Мы — мошенники, умеем понт крутить. Только запомни, сынок, нельзя надуть человека, если он хотя бы не алчен. Так учил У. К Филдс: честного человека не облапошишь.

    Мы — мошенники, умеем понт крутить. Только запомни, сынок, нельзя надуть человека, если он хотя бы не алчен. Так учил У. К Филдс: честного человека не облапошишь.

    — Сидни Шелдон · книга
14. «

    Тот, кто живет в этом мире, может потакать всем своим желаниям; тогда его алчность возрастает так, что он желает того, что принадлежит другим, и не довольствуется тем, что имеет, становясь похожим на простого торговца. Но если он всегда смотрит в лицо смерти, он не будет привязан к вещам и не проявит неуемности и жадности, станет, как я говорил прежде, прекрасным человеком.

    Тот, кто живет в этом мире, может потакать всем своим желаниям; тогда его алчность возрастает так, что он желает того, что принадлежит другим, и не довольствуется тем, что имеет, становясь похожим на простого торговца. Но если он всегда смотрит в лицо смерти, он не будет привязан к вещам и не проявит неуемности и жадности, станет, как я говорил прежде, прекрасным человеком.

    — Дайдодзи Юдзан · книга
15. «

    Я опасался, что моё изобретение в условиях нашего общественного строя принесёт больше вреда, чем пользы. Вокруг Ихтиандра уже завязалась борьба. Кто донес на меня из мести? Вот этот Зурита, укравший у меня Ихтиандра. А у Зурита Ихтиандра отняли бы, чего доброго, генералы и адмиралы, чтобы заставить человека-амфибию топить военные корабли. Нет, я не мог Ихтиандра и «ихтиандров» сделать общим достоянием в стране, где борьба и алчность обращают высочайшие открытия во зло, увеличивая сумму человеческого страдания.

    Я опасался, что моё изобретение в условиях нашего общественного строя принесёт больше вреда, чем пользы. Вокруг Ихтиандра уже завязалась борьба. Кто донес на меня из мести? Вот этот Зурита, укравший у меня Ихтиандра. А у Зурита Ихтиандра отняли бы, чего доброго, генералы и адмиралы, чтобы заставить человека-амфибию топить военные корабли. Нет, я не мог Ихтиандра и «ихтиандров» сделать общим достоянием в стране, где борьба и алчность обращают высочайшие открытия во зло, увеличивая сумму человеческого страдания.

    — Александр Беляев · книга
16. «

    Ненасытная жадность, проникшая в души, их мертвит и сжигает, калечит и сушит. Жадный чахнет, желтеет и сохнет от муки, он не спит, домогаясь богатства и власти, к недоступному тянет дрожащие руки... Но разумный не станет рабом этой страсти. Жадный сам себя мучит, своею рукою, не получит ни радости он, ни покоя, ибо алчность плодит пустоту и невзгоды, алчность хуже чумы и страшнее проказы. Ни арабы мои, ни другие народы не спаслись от прилипчивой этой заразы. Что ты землю несытыми взглядами меришь? Не томись. Удовольствуйся тем, что имеешь. Твой недуг — сребролюбье. Ты жадностью болен. Эта мука тебя истерзает, изгложет. Если ты достояньем своим недоволен, то все золото мира тебе не поможет. Если ты ненавидишь людей, одинокий захлебнешься, утонешь в грехе и пороке. Ты напрасно жилище просторное ставишь. Неизбежная смерть по-иному рассудит - ты убогого склепа хозяином станешь, а добро, что копил ты, разграблено будет. Смертный! Юность прошла, ее нет и в помине. Да пройдут и тщеславье твое, и гордыня. Твой дворец обернется обителью плача, все разрушено и обесславлено будет. Все, что ты собирал, крохоборствуя, пряча от враждебного глаза, разграблено будет. Понадейся на завтра — дождешься обмана, ибо Время изменчиво, непостоянно. Избегай недоверья, сомнений безумных, поступай справедливо — отхлынут печали. Когда смотришь на город, веселый и шумный, помни: кладбище это, где скорбь и молчанье. Видел я: благородный склонялся покорно перед волей ничтожного. Нет, не позорна эта слабость, смиренное это деянье. Но позорно стократ, если здесь, в наше время, бедных, сирых, отверженных без состраданья обирают хапуги... Презренное племя! Избегай сребролюбца — снаружи он кроткий. Что гнуснее его осторожной походки? Избавляйся от скряги! Он хуже, чем язва, он опасней чумы и противней чесотки.

    Ненасытная жадность, проникшая в души, их мертвит и сжигает, калечит и сушит. Жадный чахнет, желтеет и сохнет от муки, он не спит, домогаясь богатства и власти, к недоступному тянет дрожащие руки... Но разумный не станет рабом этой страсти. Жадный сам себя мучит, своею рукою, не получит ни радости он, ни покоя, ибо алчность плодит пустоту и невзгоды, алчность хуже чумы и страшнее проказы. Ни арабы мои, ни другие народы не спаслись от прилипчивой этой заразы. Что ты землю несытыми взглядами меришь? Не томись. Удовольствуйся тем, что имеешь. Твой недуг — сребролюбье. Ты жадностью болен. Эта мука тебя истерзает, изгложет. Если ты достояньем своим недоволен, то все золото мира тебе не поможет. Если ты ненавидишь людей, одинокий захлебнешься, утонешь в грехе и пороке. Ты напрасно жилище просторное ставишь. Неизбежная смерть по-иному рассудит - ты убогого склепа хозяином станешь, а добро, что копил ты, разграблено будет. Смертный! Юность прошла, ее нет и в помине. Да пройдут и тщеславье твое, и гордыня. Твой дворец обернется обителью плача, все разрушено и обесславлено будет. Все, что ты собирал, крохоборствуя, пряча от враждебного глаза, разграблено будет. Понадейся на завтра — дождешься обмана, ибо Время изменчиво, непостоянно. Избегай недоверья, сомнений безумных, поступай справедливо — отхлынут печали. Когда смотришь на город, веселый и шумный, помни: кладбище это, где скорбь и молчанье. Видел я: благородный склонялся покорно перед волей ничтожного. Нет, не позорна эта слабость, смиренное это деянье. Но позорно стократ, если здесь, в наше время, бедных, сирых, отверженных без состраданья обирают хапуги... Презренное племя! Избегай сребролюбца — снаружи он кроткий. Что гнуснее его осторожной походки? Избавляйся от скряги! Он хуже, чем язва, он опасней чумы и противней чесотки.

    — Абу аль-Атахия
17. «

    Люди...забыли богов, уничтожили землю, ради чего? Парковок? Супермаркетов? Алчность прожгла в их сердцах дыру, им всегда и всего будет мало!

    Люди...забыли богов, уничтожили землю, ради чего? Парковок? Супермаркетов? Алчность прожгла в их сердцах дыру, им всегда и всего будет мало!

    — принц Нуада · фильм
18. «

    Когда с четырнадцати лет ты сам по себе, все быстро схватываешь. Сначала усваиваешь, что движет тобой, а потом начинаешь понимать, что движет другими. Афера подобна джиу-джитсу. Только в борьбе, чтобы победить, используют силу противника, а в афере — его алчность. Совершаешь первый ход, а все остальное он доделывает за тебя.

    Когда с четырнадцати лет ты сам по себе, все быстро схватываешь. Сначала усваиваешь, что движет тобой, а потом начинаешь понимать, что движет другими. Афера подобна джиу-джитсу. Только в борьбе, чтобы победить, используют силу противника, а в афере — его алчность. Совершаешь первый ход, а все остальное он доделывает за тебя.

    — Сидни Шелдон · книга
19. «

    Боже, какой ужасный вечер. Клиент — сплошное жмодьё! Вон тот с усиками, да и этот в костюмчике — на каждом по килограмму золота, а чаевых — на чай и хватит.

    Боже, какой ужасный вечер. Клиент — сплошное жмодьё! Вон тот с усиками, да и этот в костюмчике — на каждом по килограмму золота, а чаевых — на чай и хватит.

    — Виталий Филюшин · книга
20. «

    Любовь к деньгам тоже мечтает о взаимности.

    Любовь к деньгам тоже мечтает о взаимности.