241 глубоких цитата про «Америка»

Тема «Америка» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 241 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Чтобы победить другие народы и культуры, Америке надо было провозгласить девизом: все дозволено! Разврат, трусость, предательство, хапанье... все пороки легализуются.

   Чтобы победить другие народы и культуры, Америке надо было провозгласить девизом: все дозволено! Разврат, трусость, предательство, хапанье... все пороки легализуются.

   — Юрий Никитин · книга
2. «

   Получилось так, что даже косвенные борцы за счастье человечества — ученые, изобретатели, строители – в Америке не популярны. Они с их трудами, изобретениями и чудесными постройками остаются в тени, вся слава достается боксерам, бандитам и кинозвездам.

   Получилось так, что даже косвенные борцы за счастье человечества — ученые, изобретатели, строители – в Америке не популярны. Они с их трудами, изобретениями и чудесными постройками остаются в тени, вся слава достается боксерам, бандитам и кинозвездам.

   — Илья Ильф · книга
3. «

   Самая короткая шутка про Америку: «Макдоналдс» — это ресторан».

   Самая короткая шутка про Америку: «Макдоналдс» — это ресторан».

   — Михаил Задорнов
4. «

   В этой богатой, благополучной, тупой стране очень легко вообразить себя героем.

   В этой богатой, благополучной, тупой стране очень легко вообразить себя героем.

   — миссис Фрэнкель · фильм
5. «

   Один американец — индивидуалист; двое амери­канцев — фирма; трое американцев — монополия.

   Один американец — индивидуалист; двое амери­канцев — фирма; трое американцев — монополия.

   — Джером Лоуренс
6. «

   Но самая главная нетерпимость в Америке — это типично американская нетерпимость к людям, не добившимся успехов.

   Но самая главная нетерпимость в Америке — это типично американская нетерпимость к людям, не добившимся успехов.

   — Джон Ирвинг · книга
7. «

   Взгляните на нашу страну. Это самая благородная страна в истории человечества. Страна величайших достижений, величайшего процветания, величайшей свободы. И эта страна возникла не на бескорыстном служении, не на жертвенности, не на самоотдаче и не на альтруизме. Эта страна возникла на праве человека добиваться счастья. Собственного счастья. Своего, и ничьего другого. Частная, личная, эгоистичная мотивация. А каковы результаты!

   Взгляните на нашу страну. Это самая благородная страна в истории человечества. Страна величайших достижений, величайшего процветания, величайшей свободы. И эта страна возникла не на бескорыстном служении, не на жертвенности, не на самоотдаче и не на альтруизме. Эта страна возникла на праве человека добиваться счастья. Собственного счастья. Своего, и ничьего другого. Частная, личная, эгоистичная мотивация. А каковы результаты!

   — Айн Рэнд · книга
8. «

   Это не наш грёбаный район — это поле битвы! Сегодня вечером мы все на поле боя! Решение: мы будем стоять в стороне и спокойно смотреть, как нашу страну насилуют, или же мы отправимся туда и сделаем что-нибудь против этого?

   Это не наш грёбаный район — это поле битвы! Сегодня вечером мы все на поле боя! Решение: мы будем стоять в стороне и спокойно смотреть, как нашу страну насилуют, или же мы отправимся туда и сделаем что-нибудь против этого?

   — Дерек Виньярд · фильм
9. «

   Вы спросите, что является самым ярким достижением американцев? Я считаю этим то, что люди этой страны придумали выражение «делать деньги». Ни в одном языке мира, ни у одного народа не было такого словосочетания. Испокон веков люди считали богатство статичным – его можно было отнять, унаследовать, выпросить, поделить, подарить. Американцы стали первыми, кто осознал, что богатство должно быть сделано. Выражение «делать деньги» стало основой новой морали этой части человечества.

   Вы спросите, что является самым ярким достижением американцев? Я считаю этим то, что люди этой страны придумали выражение «делать деньги». Ни в одном языке мира, ни у одного народа не было такого словосочетания. Испокон веков люди считали богатство статичным – его можно было отнять, унаследовать, выпросить, поделить, подарить. Американцы стали первыми, кто осознал, что богатство должно быть сделано. Выражение «делать деньги» стало основой новой морали этой части человечества.

   — Айн Рэнд · книга
10. «

    США банально импортируют мозги. Большинство её учёных — не продукт их системы образования, а те, кого она купила. Их система гениев не рождает. Все дыры она закрывает деньгами.

    США банально импортируют мозги. Большинство её учёных — не продукт их системы образования, а те, кого она купила. Их система гениев не рождает. Все дыры она закрывает деньгами.

    — Сергей Рукшин
11. «

    — Прежде это был День перемирия. Теперь День ветеранов. — Это тебя расстроило? — спросила она. — Это такая чертова дешевка, так чертовски типично для Америки, — сказал я. — Раньше это был день памяти жертв первой мировой войны, но живые не смогли удержаться, чтобы не заграбастать его, желая приписать себе славу погибших. Так типично, так типично. Как только в этой стране появляется что то достойное, его рвут в клочья и бросают толпе. — Ты ненавидишь Америку, да? — Это так же глупо, как и любить ее, — сказал я. — Я не могу испытывать к ней никаких чувств, потому что недвижимость меня не интересует.

    — Прежде это был День перемирия. Теперь День ветеранов. — Это тебя расстроило? — спросила она. — Это такая чертова дешевка, так чертовски типично для Америки, — сказал я. — Раньше это был день памяти жертв первой мировой войны, но живые не смогли удержаться, чтобы не заграбастать его, желая приписать себе славу погибших. Так типично, так типично. Как только в этой стране появляется что то достойное, его рвут в клочья и бросают толпе. — Ты ненавидишь Америку, да? — Это так же глупо, как и любить ее, — сказал я. — Я не могу испытывать к ней никаких чувств, потому что недвижимость меня не интересует.

    — Курт Воннегут · книга
12. «

    Хусейн сделал все, о чем его просили. Его лишили всего. Ему оставалось только биться до последнего. Он должен был встать спиной к стене и сражаться. Что американцы еще могли от него ожидать? Чтобы он разделся и станцевал перед ними голым?

    Хусейн сделал все, о чем его просили. Его лишили всего. Ему оставалось только биться до последнего. Он должен был встать спиной к стене и сражаться. Что американцы еще могли от него ожидать? Чтобы он разделся и станцевал перед ними голым?

    — Муаммар аль-Каддафи
13. «

    Никто не спасает Америку нюханьем кокаина, болтая босыми ногами под дождем. Если в твоем носу снег, твой мозг непременно подхватит простуду.

    Никто не спасает Америку нюханьем кокаина, болтая босыми ногами под дождем. Если в твоем носу снег, твой мозг непременно подхватит простуду.

    — Аллен Гинзберг
14. «

    Когда мы поразили Америку, мы были дикой бандой. Мы купили наркотики, и трахали все, что шевелилось.

    Когда мы поразили Америку, мы были дикой бандой. Мы купили наркотики, и трахали все, что шевелилось.

    — Оззи Осборн
15. «

    Америка – это 250 миллионов мудаков, которые сами себе запретили употреблять слово «мудак».

    Америка – это 250 миллионов мудаков, которые сами себе запретили употреблять слово «мудак».

    — Джереми Кларксон
16. «

    Они принадлежали к многочисленному классу американцев, которые каждое лето путешествуют по Европе и посмеиваются, чувствуя одновременно тоску и умиление над привычками, традициями и образом жизни других стран, потому что своих привычек, традиций и образа жизни их страна не выработала.

    Они принадлежали к многочисленному классу американцев, которые каждое лето путешествуют по Европе и посмеиваются, чувствуя одновременно тоску и умиление над привычками, традициями и образом жизни других стран, потому что своих привычек, традиций и образа жизни их страна не выработала.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
17. «

    Решивших остаться именно потому, что вскоре они получат возможность вернуться, начало мучить какое-то смутное чувство утраты. Перспектива остаться в Штатах не казалась уже столь радужной, как ранее, хотя, в сущности, ничего не менялось. А те, кто намеревался вернуться и перед кем всегда маячила Европа, старая родина, вдруг почувствовали, что теперь это вовсе не рай, а разоренная земля, где полно самых разных проблем. Это походило на флюгер: то он поворачивался одной стороной, то другой. Трогательные иллюзии, которыми все они жили, лопались. И те, кто хотел вернуться, и те, кто хотел остаться, равно ощущали себя дезертирами. На этот раз они дезертировали от самих себя.

    Решивших остаться именно потому, что вскоре они получат возможность вернуться, начало мучить какое-то смутное чувство утраты. Перспектива остаться в Штатах не казалась уже столь радужной, как ранее, хотя, в сущности, ничего не менялось. А те, кто намеревался вернуться и перед кем всегда маячила Европа, старая родина, вдруг почувствовали, что теперь это вовсе не рай, а разоренная земля, где полно самых разных проблем. Это походило на флюгер: то он поворачивался одной стороной, то другой. Трогательные иллюзии, которыми все они жили, лопались. И те, кто хотел вернуться, и те, кто хотел остаться, равно ощущали себя дезертирами. На этот раз они дезертировали от самих себя.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Америка — самая считающая страна в мире, а Россия — самая считающая, что она самая читающая.

    Америка — самая считающая страна в мире, а Россия — самая считающая, что она самая читающая.

    — Советские пословицы и поговорки
19. «

    В парикмахерской на Мичиган-авеню, где мы стриглись, один мастер был серб, другой — испанец, третий — словак, а четвертый — еврей, родившийся в Иерусалиме. Обедали мы в польском ресторане, где подавала немка. Человек, у которого мы на улице спросили дорогу, не знал английского языка. Это был грек, недавно прибывший сюда, прямо к черту в пекло, с Пелопоннесского полуострова. У него были скорбные черные глаза философа в изгнании. В кинематографе мы внезапно услышали в темноте громко произнесенную фразу: «Маня, я же тебе говорил, что на этот пикчер не надо было ходить». — Вот, вот, мистеры, — говорил Адамс, — вы находитесь в самой настоящей Америке.

    В парикмахерской на Мичиган-авеню, где мы стриглись, один мастер был серб, другой — испанец, третий — словак, а четвертый — еврей, родившийся в Иерусалиме. Обедали мы в польском ресторане, где подавала немка. Человек, у которого мы на улице спросили дорогу, не знал английского языка. Это был грек, недавно прибывший сюда, прямо к черту в пекло, с Пелопоннесского полуострова. У него были скорбные черные глаза философа в изгнании. В кинематографе мы внезапно услышали в темноте громко произнесенную фразу: «Маня, я же тебе говорил, что на этот пикчер не надо было ходить». — Вот, вот, мистеры, — говорил Адамс, — вы находитесь в самой настоящей Америке.

    — Илья Ильф · книга
20. «

    В Америке мужчины одержимы мечтой о богатстве, женщины — проблемой веса. Одни говорят только о том, как бы увеличить доход, другие — как бы им сбросить вес.

    В Америке мужчины одержимы мечтой о богатстве, женщины — проблемой веса. Одни говорят только о том, как бы увеличить доход, другие — как бы им сбросить вес.

    — Мария Маннс