53 цитаты про «апатия», которые захочется сохранить

Тема «апатия» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 53 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Апатия — это когда и надо бы повеситься, да не хочется.

   Апатия — это когда и надо бы повеситься, да не хочется.
2. «

   Одной из главных причин апатии является отсутствие цели в жизни. Когда не к чему стремиться, наступает упадок сил, сознание погружается в сонное состояние. И напротив, когда есть желание чего-то добиться, энергия намерения активизируется и жизненный тонус повышается. Если все не ладится, нужно найти и поставить себе цель. Без цели и существование бесцельное, аморфное. Для начала за цель можно взять самого себя – заняться собой. Что может принести вам самоуважение и удовлетворение? Есть много путей самосовершенствования: внешний вид, интеллект, физическая форма и т.д. Можно поставить себе цель добиваться улучшения в каком-либо одном или нескольких аспектах. Вам лучше знать, что принесет удовлетворение. Тогда и вкус к жизни появится, и все остальное наладится автоматически.

   Одной из главных причин апатии является отсутствие цели в жизни. Когда не к чему стремиться, наступает упадок сил, сознание погружается в сонное состояние. И напротив, когда есть желание чего-то добиться, энергия намерения активизируется и жизненный тонус повышается. Если все не ладится, нужно найти и поставить себе цель. Без цели и существование бесцельное, аморфное. Для начала за цель можно взять самого себя – заняться собой. Что может принести вам самоуважение и удовлетворение? Есть много путей самосовершенствования: внешний вид, интеллект, физическая форма и т.д. Можно поставить себе цель добиваться улучшения в каком-либо одном или нескольких аспектах. Вам лучше знать, что принесет удовлетворение. Тогда и вкус к жизни появится, и все остальное наладится автоматически.

   — Вадим Зеланд
3. «

   ...он не знал, как долго простоял, погруженный в апатию своей победы.

   ...он не знал, как долго простоял, погруженный в апатию своей победы.

   — Клайв Баркер · книга
4. «

   Гном против обыкновения был молчалив, но не пренебрегал случаем стащить из мешка Тары очередной кусок мяса. — Опять ты за свое, — устало сказала девушка, поймав Гварта в очередной раз. — Да ешь, крелл с тобой. От такого настроя у гнома пропал весь аппетит, над чем я не преминул поиздеваться.

   Гном против обыкновения был молчалив, но не пренебрегал случаем стащить из мешка Тары очередной кусок мяса. — Опять ты за свое, — устало сказала девушка, поймав Гварта в очередной раз. — Да ешь, крелл с тобой. От такого настроя у гнома пропал весь аппетит, над чем я не преминул поиздеваться.

   — Наталья Савицкая · книга
5. «

   Я бы наверное скучала, если бы были силы...

   Я бы наверное скучала, если бы были силы...
6. «

   Не то, что бы ты мне совсем безразлична - Ты очень хорошая, как не крути! Я просто давно ко всему апатичен, И нравится мне, что нет страсти в груди.

   Не то, что бы ты мне совсем безразлична - Ты очень хорошая, как не крути! Я просто давно ко всему апатичен, И нравится мне, что нет страсти в груди.
7. «

   Только как раз сегодня вечером мне очень грустно, сегодня я не смогу быть веселым, но, может быть, смогу завтра.

   Только как раз сегодня вечером мне очень грустно, сегодня я не смогу быть веселым, но, может быть, смогу завтра.

   — Герман Гессе · книга
8. «

   Не предавай сердца твоего печали; отдаляй ее от себя, вспоминая о конце.

   Не предавай сердца твоего печали; отдаляй ее от себя, вспоминая о конце.

   — Библия. Ветхий Завет. Книга премудрости Иисуса, сына Сирахова · книга
9. «

   Возненавидеть жизнь можно только вследствие апатии и лени.

   Возненавидеть жизнь можно только вследствие апатии и лени.

   — Луций Анней Сенека
10. «

    У этого безразличия был собственный ритм. Оно накатывало и снова отпускало, а с ним и настроение скакало из крайности в крайность, из жара в холод, туда-сюда, как маятник.

    У этого безразличия был собственный ритм. Оно накатывало и снова отпускало, а с ним и настроение скакало из крайности в крайность, из жара в холод, туда-сюда, как маятник.

    — Элиф Шафак · книга
11. «

    Ничего не хочется... Ехать не хочется — слишком сильное движение: пешком идти не хочется — устанешь; лечь? — придется валяться попусту или снова вставать, а ни того, ни другого не хочется... Словом, ничего не хочется.

    Ничего не хочется... Ехать не хочется — слишком сильное движение: пешком идти не хочется — устанешь; лечь? — придется валяться попусту или снова вставать, а ни того, ни другого не хочется... Словом, ничего не хочется.

    — Сёрен Кьеркегор
12. «

    Казалось бы – сегодня пришло время воспользоваться случаем, приготовиться к прыжку, сделать что-то другое (я не говорю новое, потому что все новое лежит в зоне «сом», а именно другое). И ничего не происходит. Одни ходят со с понурыми лицами, другие – с этой вечной претензией на лице, какая бывает у вчерашних провинциалов, третьи просто забывают лица дома, выходя на улицу. Кругом потрясающая импотенция, глаза, состоящие из одних белков, и холодные руки. И только челюсти – «жвалкжвалк». Во всем городе. В каждой гребаной подворотне. В каждой сраной квартире. Весь город превратился в одного толстожопого телезрителя, приросшего к каменному дивану и сипящему вечным похмельем: «А сёня чё по ящику?»

    Казалось бы – сегодня пришло время воспользоваться случаем, приготовиться к прыжку, сделать что-то другое (я не говорю новое, потому что все новое лежит в зоне «сом», а именно другое). И ничего не происходит. Одни ходят со с понурыми лицами, другие – с этой вечной претензией на лице, какая бывает у вчерашних провинциалов, третьи просто забывают лица дома, выходя на улицу. Кругом потрясающая импотенция, глаза, состоящие из одних белков, и холодные руки. И только челюсти – «жвалкжвалк». Во всем городе. В каждой гребаной подворотне. В каждой сраной квартире. Весь город превратился в одного толстожопого телезрителя, приросшего к каменному дивану и сипящему вечным похмельем: «А сёня чё по ящику?»

    — Сергей Минаев · книга
13. «

    Это же самое страшное, когда у человека не остается никаких желаний.

    Это же самое страшное, когда у человека не остается никаких желаний.

    — Фаина Раневская
14. «

    Только три категории людей способны на абсолютное безразличие: безнадёжно наивные, безнадёжно замкнутые и полные безнадёжной надежды.

    Только три категории людей способны на абсолютное безразличие: безнадёжно наивные, безнадёжно замкнутые и полные безнадёжной надежды.

    — Элиф Шафак · книга
15. «

    Мне не лучше и не хуже. Мне — никак.

    Мне не лучше и не хуже. Мне — никак.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Приводи в движенье себя, Бездыханное бренное тело, Оно будто бы окаменело И не видит ни ночи, ни дня.

    Приводи в движенье себя, Бездыханное бренное тело, Оно будто бы окаменело И не видит ни ночи, ни дня.
17. «

    Где-то между апатией и анархией находится мыслящее человеческое существо.

    Где-то между апатией и анархией находится мыслящее человеческое существо.

    — Род Серлинг
18. «

    Земля покрыта целиком окаменевшим говном, Без тебя — апатия, смотрю на все как сквозь сон. Утром жду ночи, ночью — рассвета.

    Земля покрыта целиком окаменевшим говном, Без тебя — апатия, смотрю на все как сквозь сон. Утром жду ночи, ночью — рассвета.
19. «

    Вернувшись домой, он пробовал читать, но то, что было в книге, показалось ему таким чужим и неуместным, что он бросил ее посредине придаточного предложения. На него нашло то, что он называл «рассеянье воли». Он сидел не шевелясь перед столом и не мог решить, что ему делать: переменить ли положение тела, встать ли, чтобы пойти вымыть руки, отворить ли окно, за которым пасмурный день уже переходил в сумерки...

    Вернувшись домой, он пробовал читать, но то, что было в книге, показалось ему таким чужим и неуместным, что он бросил ее посредине придаточного предложения. На него нашло то, что он называл «рассеянье воли». Он сидел не шевелясь перед столом и не мог решить, что ему делать: переменить ли положение тела, встать ли, чтобы пойти вымыть руки, отворить ли окно, за которым пасмурный день уже переходил в сумерки...

    — Владимир Набоков · книга
20. «

    Ну вот таки и сиди, из пальца тоску высасывая, чтоб оправдывать лень, апатией зарастать. И такая клокочет непримиримость классовая между тем, кто ты есть и тем, кем могла бы стать. Ну сиди так, сквозь зубы зло матерясь да всхлипывая, словно глина, что не нашла себе гончара, чтоб крутилась в башке цветная нарезка клиповая, как чудесно все было в жизни еще вчера. Приключилась опять подстава, любовь внеплановая, тектонический сдвиг по фазе – ну глупо ведь: эта жизнь по тебе катается, переламывая, а ты только и можешь дёргаться и реветь.

    Ну вот таки и сиди, из пальца тоску высасывая, чтоб оправдывать лень, апатией зарастать. И такая клокочет непримиримость классовая между тем, кто ты есть и тем, кем могла бы стать. Ну сиди так, сквозь зубы зло матерясь да всхлипывая, словно глина, что не нашла себе гончара, чтоб крутилась в башке цветная нарезка клиповая, как чудесно все было в жизни еще вчера. Приключилась опять подстава, любовь внеплановая, тектонический сдвиг по фазе – ну глупо ведь: эта жизнь по тебе катается, переламывая, а ты только и можешь дёргаться и реветь.

    — Вера Полозкова