Подборка «атомная бомба» — 71 цитата

71 цитата про «атомная бомба»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Ядерная война принесет человечеству варварство и возврат к дикости.

   Ядерная война принесет человечеству варварство и возврат к дикости.

   — Владимир Гаков · книга
2. «

   Первое время после взрывов в Хиросиме и Нагасаки широкие массы читателей не могли отчетливо представить себе масштабы свершившегося. Тем более задуматься о последствиях. Даже упоминаемую в прессе разрушительную мощь атомного оружия многие рассматривали как пропагандистскую «утку».

   Первое время после взрывов в Хиросиме и Нагасаки широкие массы читателей не могли отчетливо представить себе масштабы свершившегося. Тем более задуматься о последствиях. Даже упоминаемую в прессе разрушительную мощь атомного оружия многие рассматривали как пропагандистскую «утку».

   — Владимир Гаков · книга
3. «

   США никогда не согласятся с ядерным статусом КНДР. Не делайте ошибку. Любая атака на Соединенные Штаты или на наших союзников приведет вас к поражению, и за любым использованием ядерного оружия Северной Кореей последует массированный военный ответ, который будет эффективным и подавляющим.

   США никогда не согласятся с ядерным статусом КНДР. Не делайте ошибку. Любая атака на Соединенные Штаты или на наших союзников приведет вас к поражению, и за любым использованием ядерного оружия Северной Кореей последует массированный военный ответ, который будет эффективным и подавляющим.

   — Джеймс Мэттис
4. «

   Но я помню, что сидел с матерью в ресторане в Нью-Йорке непосредственно после (Хиросимы), вглядывался в город и, зная, насколько большой была бомба в Хиросиме и какую огромную территорию она разрушила, собственно, зная о ней все, я вдруг подумал: «А что, если сбросить ее в районе 34-й улицы?» Она накроет и территорию, где мы сидим – кажется, это была 59-я улица, – и все люди будут убиты, все здания уничтожены, а ведь существует не одна такая бомба. Легко продолжить их производство – и все живое на земле будет обречено. Эта мысль зародилась у меня очень рано, раньше, чем у других, более оптимистично настроенных людей.

   Но я помню, что сидел с матерью в ресторане в Нью-Йорке непосредственно после (Хиросимы), вглядывался в город и, зная, насколько большой была бомба в Хиросиме и какую огромную территорию она разрушила, собственно, зная о ней все, я вдруг подумал: «А что, если сбросить ее в районе 34-й улицы?» Она накроет и территорию, где мы сидим – кажется, это была 59-я улица, – и все люди будут убиты, все здания уничтожены, а ведь существует не одна такая бомба. Легко продолжить их производство – и все живое на земле будет обречено. Эта мысль зародилась у меня очень рано, раньше, чем у других, более оптимистично настроенных людей.

   — Ричард Фейнман · книга
5. «

   Наша стратегия в области охраны тайны очень скоро определилась. Она сводилась к трем основным задачам: предотвратить попадание к немцам любых сведений о нашей программе; сделать все возможное для того, чтобы применение бомбы в войне было полностью неожиданным для противника; и, насколько это возможно, сохранить в тайне от русских наши открытия и детали наших проектов и заводов.

   Наша стратегия в области охраны тайны очень скоро определилась. Она сводилась к трем основным задачам: предотвратить попадание к немцам любых сведений о нашей программе; сделать все возможное для того, чтобы применение бомбы в войне было полностью неожиданным для противника; и, насколько это возможно, сохранить в тайне от русских наши открытия и детали наших проектов и заводов.

   — Владимир Гаков · книга
6. «

   В общем, я рад, что изобрели атомную бомбу. Если когда-нибудь начнется война, я усядусь прямо на эту бомбу. Добровольно сяду, честное благородное слово!

   В общем, я рад, что изобрели атомную бомбу. Если когда-нибудь начнется война, я усядусь прямо на эту бомбу. Добровольно сяду, честное благородное слово!

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
7. «

   Но, как говорится, у страха глаза велики — западные политики, эксперты, журналисты, восприняли выступление Владимира Путина как вызов. <...> Переплюнула всех турецкая газета Ени Шафак [Yeni Şafak — по тур. «Новый рассвет»]: «Русские могут жахнуть по любой точке мира».

   Но, как говорится, у страха глаза велики — западные политики, эксперты, журналисты, восприняли выступление Владимира Путина как вызов. <...> Переплюнула всех турецкая газета Ени Шафак [Yeni Şafak — по тур. «Новый рассвет»]: «Русские могут жахнуть по любой точке мира».
8. «

   Как бы ни относиться к горбачевскому договору, но тогда у советского руководства были хоть какие основания идти на асимметричные решения. У нынешнего российского руководства таких оснований нет в принципе. Притом что американцы явственно демонстрируют намерение демонтировать всю систему контроля над вооружениями и даже шире — всю действующую систему международной безопасности. В опубликованном 17 января Пентагоном «Обзоре политики в области ПРО» ставится задача защититься не только от баллистических, но и крылатых и гиперзвуковых ракет, для чего предполагается развернуть системы космического базирования. «Эти возможности лишат наших соперников потенциала сдерживания», — заявил исполняющий обязанности министра обороны США Шэнахан. Заметьте, «лишить потенциала сдерживания». Не нападения, а именно сдерживания! То есть сдерживаться они не собираются. По гиперзвуку у нас, по мнению экспертов, минимум пять лет преимущества. Меняется при этом одно — подлетное время. В случае гиперзвука — критически. Это уже не минуты, а секунды. Вообще-то для сохранения системы безопасности нужна воля двух сторон как минимум. А для того чтобы «просто сдохнуть», достаточно одной воли одной стороны. И пока эта сторона в этой воле непреклонна.

   Как бы ни относиться к горбачевскому договору, но тогда у советского руководства были хоть какие основания идти на асимметричные решения. У нынешнего российского руководства таких оснований нет в принципе. Притом что американцы явственно демонстрируют намерение демонтировать всю систему контроля над вооружениями и даже шире — всю действующую систему международной безопасности. В опубликованном 17 января Пентагоном «Обзоре политики в области ПРО» ставится задача защититься не только от баллистических, но и крылатых и гиперзвуковых ракет, для чего предполагается развернуть системы космического базирования. «Эти возможности лишат наших соперников потенциала сдерживания», — заявил исполняющий обязанности министра обороны США Шэнахан. Заметьте, «лишить потенциала сдерживания». Не нападения, а именно сдерживания! То есть сдерживаться они не собираются. По гиперзвуку у нас, по мнению экспертов, минимум пять лет преимущества. Меняется при этом одно — подлетное время. В случае гиперзвука — критически. Это уже не минуты, а секунды. Вообще-то для сохранения системы безопасности нужна воля двух сторон как минимум. А для того чтобы «просто сдохнуть», достаточно одной воли одной стороны. И пока эта сторона в этой воле непреклонна.

   — Михаил Владимирович Леонтьев
9. «

   Угроза со стороны Северной Кореи усилилась до беспрецедентного, критического и непосредственного уровня. Следовательно, мы должны принять взвешенные и разнообразные меры, соответствующие этому уровню угрозы.

   Угроза со стороны Северной Кореи усилилась до беспрецедентного, критического и непосредственного уровня. Следовательно, мы должны принять взвешенные и разнообразные меры, соответствующие этому уровню угрозы.

   — Ицунори Онодэра
10. «

    Летом 1944 года, как явствует из мемуаров генерала Гровса, военный руководитель «Манхеттенского проекта» уже конкретно подумывал над возможным военным применением еще не созданного атомного оружия. Этим же летом, 6 июня, войска под командованием генерала Дуайта Эйзенхауэра начали осуществление другой, куда более знаменитой операции — «Оверлорд», высадившись в Северной Франции и открыв таким образом второй фронт в Европе. Но мало кто представляет себе, что в «Манхеттенский проект» было вовлечено людей больше, чем значилось в рядах экспедиционного корпуса Эйзенхауэра!

    Летом 1944 года, как явствует из мемуаров генерала Гровса, военный руководитель «Манхеттенского проекта» уже конкретно подумывал над возможным военным применением еще не созданного атомного оружия. Этим же летом, 6 июня, войска под командованием генерала Дуайта Эйзенхауэра начали осуществление другой, куда более знаменитой операции — «Оверлорд», высадившись в Северной Франции и открыв таким образом второй фронт в Европе. Но мало кто представляет себе, что в «Манхеттенский проект» было вовлечено людей больше, чем значилось в рядах экспедиционного корпуса Эйзенхауэра!

    — Владимир Гаков · книга
11. «

    Перспектива высвобождения огромного количества энергии за счет расщепления атома бесспорно окажет глубокое влияние на будущее человечества. Но надежды, порожденнные данным открытием, могут быть омрачены самыми зловещими угрозами для безопасности народов, если в надлежащее время не будет выработано международное соглашение об эффективном контроле над новым ужасным оружием.

    Перспектива высвобождения огромного количества энергии за счет расщепления атома бесспорно окажет глубокое влияние на будущее человечества. Но надежды, порожденнные данным открытием, могут быть омрачены самыми зловещими угрозами для безопасности народов, если в надлежащее время не будет выработано международное соглашение об эффективном контроле над новым ужасным оружием.

    — Владимир Гаков · книга
12. «

    Япония капитулирует даже в случае неприменения атомной бомбы, даже если Россия не вступит в войну и даже если США откажутся от планов массированного вторжения на Японские острова.

    Япония капитулирует даже в случае неприменения атомной бомбы, даже если Россия не вступит в войну и даже если США откажутся от планов массированного вторжения на Японские острова.

    — Владимир Гаков · книга
13. «

    В эйфории были все, кроме одного человека, Боба Уилсона, который и втянул меня в эту историю с бомбой. Он сидел как в воду опущенный. Я спросил: «Почему ты хандришь? Ты начал все это и втянул нас». Что касается меня и всех нас, мы начали работу из благих побуждений, очень напряженно работали и сделали кое-что; завершение такой работы – это действует возбуждающе. Мы перестали задумываться, после начального этапа мы перестали думать о последствиях. Он был единственным человеком, думающим о будущем, даже в этот особенный момент.

    В эйфории были все, кроме одного человека, Боба Уилсона, который и втянул меня в эту историю с бомбой. Он сидел как в воду опущенный. Я спросил: «Почему ты хандришь? Ты начал все это и втянул нас». Что касается меня и всех нас, мы начали работу из благих побуждений, очень напряженно работали и сделали кое-что; завершение такой работы – это действует возбуждающе. Мы перестали задумываться, после начального этапа мы перестали думать о последствиях. Он был единственным человеком, думающим о будущем, даже в этот особенный момент.

    — Ричард Фейнман · книга
14. «

    Решать политические вопросы посредством ядерных бомб все равно, что пользоваться динамитом, чтобы избавиться от мышей в доме.

    Решать политические вопросы посредством ядерных бомб все равно, что пользоваться динамитом, чтобы избавиться от мышей в доме.

    — Владимир Гаков · книга
15. «

    РФ нуждается в ядерном паритете с США, и его нужно сохранять и расширять. Возможно, это выглядит старомодно, однако опасность обоюдного уничтожения — это гарантия безопасности для всего мира.

    РФ нуждается в ядерном паритете с США, и его нужно сохранять и расширять. Возможно, это выглядит старомодно, однако опасность обоюдного уничтожения — это гарантия безопасности для всего мира.

    — Алексей Навальный
16. «

    Но моя первая реакция после работы над бомбой была своеобразной – бессмысленно создавать что бы то ни было.

    Но моя первая реакция после работы над бомбой была своеобразной – бессмысленно создавать что бы то ни было.

    — Ричард Фейнман · книга
17. «

    Парашют в то утро, которое мы, хиросимцы, не сможем забыть вовеки, плавно покачивался под легкими облаками...

    Парашют в то утро, которое мы, хиросимцы, не сможем забыть вовеки, плавно покачивался под легкими облаками...

    — Владимир Гаков · книга
18. «

    — Доктор Миранда предлагала вам кесарево сечение? — Зачем? У меня широкий таз. В этом нет необходимости. Я жду здесь, как все остальные. Вопрос — чего ради? — Может из-за этого вы и перехаживаете уже две недели? — Если бы вы были в животе и у вас был бы выбор, хотелось бы вам появиться на такой свет? — Вы считаете, что ребёнок раздумывает, стоит ли ему рождаться? — А вы считаете, что я сдерживаюсь усилием воли, нарушая естественный процесс? — Нет, но мне кажется, что вы должны пожелать, чтобы ребёнок появился на свет. Вселить в него надежду. — Надежду на что? Вы думаете, что мы уберём трупы, залатаем все дыры, восстановим супермаркеты... Думаете, что все, кто остался жив, скажут: «Простите, в этом не было нашей вины!» Что мы поцелуемся и помиримся? Мы все знали, чем это грозит. Знали о бомбах и о радиации. Сорок лет мы знали, что это возможно. И всем нам было наплевать. — Что я могу вам возразить? — Возразите мне, пожалуйста! Дайте мне повод жить! Вселите в меня надежду!

    — Доктор Миранда предлагала вам кесарево сечение? — Зачем? У меня широкий таз. В этом нет необходимости. Я жду здесь, как все остальные. Вопрос — чего ради? — Может из-за этого вы и перехаживаете уже две недели? — Если бы вы были в животе и у вас был бы выбор, хотелось бы вам появиться на такой свет? — Вы считаете, что ребёнок раздумывает, стоит ли ему рождаться? — А вы считаете, что я сдерживаюсь усилием воли, нарушая естественный процесс? — Нет, но мне кажется, что вы должны пожелать, чтобы ребёнок появился на свет. Вселить в него надежду. — Надежду на что? Вы думаете, что мы уберём трупы, залатаем все дыры, восстановим супермаркеты... Думаете, что все, кто остался жив, скажут: «Простите, в этом не было нашей вины!» Что мы поцелуемся и помиримся? Мы все знали, чем это грозит. Знали о бомбах и о радиации. Сорок лет мы знали, что это возможно. И всем нам было наплевать. — Что я могу вам возразить? — Возразите мне, пожалуйста! Дайте мне повод жить! Вселите в меня надежду!

    — доктор Рассел Оукс · фильм
19. «

    Иными словами, если кем-то будет принято решение уничтожить нашу страну, у нас немедленно возникнет законное право осуществить ответ. Конечно, для человечества это будет глобальная катастрофа. Для планеты это будет глобальная катастрофа тоже. Но я, как гражданин нашей страны и как глава российского государства, в этом случае хочу задать один вопрос: «А зачем нам нужен такой мир, если в нем не будет России?»

    Иными словами, если кем-то будет принято решение уничтожить нашу страну, у нас немедленно возникнет законное право осуществить ответ. Конечно, для человечества это будет глобальная катастрофа. Для планеты это будет глобальная катастрофа тоже. Но я, как гражданин нашей страны и как глава российского государства, в этом случае хочу задать один вопрос: «А зачем нам нужен такой мир, если в нем не будет России?»

    — Владимир Владимирович Путин
20. «

    Если Индия построит ядерную бомбу, мы будем есть траву и листья, будем голодать, но и сами заполучим бомбу себе. У нас нет другого выбора.

    Если Индия построит ядерную бомбу, мы будем есть траву и листья, будем голодать, но и сами заполучим бомбу себе. У нас нет другого выбора.

    — Зульфикар Али Бхутто