398 цитат про «беда», которые стоит перечитать

398 цитат про «беда»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Эй, вставайте! Пришла беда, откуда не ждали! Напал на нас из-за чёрных гор проклятый буржуин!

   Эй, вставайте! Пришла беда, откуда не ждали! Напал на нас из-за чёрных гор проклятый буржуин!

   — красноармеец · мультфильм
2. «

   Нельзя ничего сказать о глубине лужи, пока не попадешь в нее.

   Нельзя ничего сказать о глубине лужи, пока не попадешь в нее.

   — Андрей Петрович Паршев · книга
3. «

   Люди говорят, несчастных случаев не бывает, всё навлекаешь на себя сам. Восхвалим свои ноги за высокий прыжок, свалим на ободранные коленки вину за то, что так быстро вращается Земля.

   Люди говорят, несчастных случаев не бывает, всё навлекаешь на себя сам. Восхвалим свои ноги за высокий прыжок, свалим на ободранные коленки вину за то, что так быстро вращается Земля.

   — Джесси Келлерман · книга
4. «

   ...вот, стряслась беда, стоит этакий осиротелый второй гильдии купец перед ямой, все пропало и больше незачем жить. Стоит перед ямой и мысленно предъявляет Богу счет за потраву и убытки; такой сердитый стоит — вот-вот подымет оба кулака и начнет ругаться, прямо в небо. А за соседним памятником сидит на корточках Сатана и ждет именно этого: чтобы начал ругаться. Чтобы признал, открыто и раз навсегда: ты, Господи, извини за выражение, просто самодур и хам, и еще бессердечный в придачу, убирайся вон, знать тебя не хочу! Сатана только этого и ждет: как только дождется — сейчас снимет копию, полетит в рай и доложит Богу: «Ну что, получил в ухо? И еще от кого: от еврея — от твоего собственного уполномоченного и прокуриста! Подавай в отставку, старик: теперь я директор». Вот чего ждет Сатана; и тот второгильдейский купец, стоя над могилой, это все чувствует. Чувствует и спрашивает себя: неужели так-таки и порадовать Сатану? Сделать черта на свете хозяином? Нет, уж это извините. Я ему покажу. — И тут он, понимаете, начинает ставить Господу пятерки с плюсом, одну за другою; без всякого смысла — на что смысл? Лишь бы черта обидеть, унизить, уничтожить до конца. Иными словами: ты, Сатана, не вмешивайся. Какие у меня там с Богом счеты — это наше дело, мы с ним давно компаньоны, как-нибудь поладим; а ты не суйся. — Та же мысль, понимаете, что у «Йова»: еврей с Богом компаньоны.

   ...вот, стряслась беда, стоит этакий осиротелый второй гильдии купец перед ямой, все пропало и больше незачем жить. Стоит перед ямой и мысленно предъявляет Богу счет за потраву и убытки; такой сердитый стоит — вот-вот подымет оба кулака и начнет ругаться, прямо в небо. А за соседним памятником сидит на корточках Сатана и ждет именно этого: чтобы начал ругаться. Чтобы признал, открыто и раз навсегда: ты, Господи, извини за выражение, просто самодур и хам, и еще бессердечный в придачу, убирайся вон, знать тебя не хочу! Сатана только этого и ждет: как только дождется — сейчас снимет копию, полетит в рай и доложит Богу: «Ну что, получил в ухо? И еще от кого: от еврея — от твоего собственного уполномоченного и прокуриста! Подавай в отставку, старик: теперь я директор». Вот чего ждет Сатана; и тот второгильдейский купец, стоя над могилой, это все чувствует. Чувствует и спрашивает себя: неужели так-таки и порадовать Сатану? Сделать черта на свете хозяином? Нет, уж это извините. Я ему покажу. — И тут он, понимаете, начинает ставить Господу пятерки с плюсом, одну за другою; без всякого смысла — на что смысл? Лишь бы черта обидеть, унизить, уничтожить до конца. Иными словами: ты, Сатана, не вмешивайся. Какие у меня там с Богом счеты — это наше дело, мы с ним давно компаньоны, как-нибудь поладим; а ты не суйся. — Та же мысль, понимаете, что у «Йова»: еврей с Богом компаньоны.

   — Владимир Евгеньевич Жаботинский · книга
5. «

   Вы видите, как меня ударило — ударило прямо в лицо, — и это убило целую и лучшую часть моей жизни — ту, что уже никогда не вернется. И вы воображаете, что можно меня утешить вот этими поцелуями и сюсюканьем.

   Вы видите, как меня ударило — ударило прямо в лицо, — и это убило целую и лучшую часть моей жизни — ту, что уже никогда не вернется. И вы воображаете, что можно меня утешить вот этими поцелуями и сюсюканьем.

   — Джордж Бернард Шоу · книга
6. «

   Нет скончанья нашим бедам. За бедой — другая следом, За невзгодою — другая, Нас в отчаянье ввергая.

   Нет скончанья нашим бедам. За бедой — другая следом, За невзгодою — другая, Нас в отчаянье ввергая.

   — Юстус Георг Шоттель
7. «

   Трудно смотреть, как твой любимый город сам себя уничтожает. Видеть, как он разваливается на части. Людские страдания всегда кажутся чем-то далёким, ненастоящим. Чужая трагедия в чужой стране, где-то там, далеко за горами... До тех пор, пока она не приходит в наш город, к нашим дверям, в наши жизни. И тогда мы понимаем, как хрупок наш мир, как уязвимо наше счастье. А когда беда пришла и ударила, то ударила сильно, и наш мир рухнул. И она сломила нас. Всем завладели злость, гнев и желание выжить любой ценой. Страшная правда в том, что никто не обратил внимание, да и не хотел. Никто не увидел, что захотел увидеть. Трагедия незрима. Люди отворачиваются от неё, бегут, что есть сил. И трудно принять, что тут твоё место, что ты должен смотреть на эту боль... Но кто-то ведь должен остаться, чтобы взять на себя этот груз. Чтобы протянуть руку помощи. Укрыть и дать отпор. Начать строить всё заново. Собрать то, что было собрано — из всех собрать, снова вместе. Вернуть миру надежду. Надежду для всех нас.

   Трудно смотреть, как твой любимый город сам себя уничтожает. Видеть, как он разваливается на части. Людские страдания всегда кажутся чем-то далёким, ненастоящим. Чужая трагедия в чужой стране, где-то там, далеко за горами... До тех пор, пока она не приходит в наш город, к нашим дверям, в наши жизни. И тогда мы понимаем, как хрупок наш мир, как уязвимо наше счастье. А когда беда пришла и ударила, то ударила сильно, и наш мир рухнул. И она сломила нас. Всем завладели злость, гнев и желание выжить любой ценой. Страшная правда в том, что никто не обратил внимание, да и не хотел. Никто не увидел, что захотел увидеть. Трагедия незрима. Люди отворачиваются от неё, бегут, что есть сил. И трудно принять, что тут твоё место, что ты должен смотреть на эту боль... Но кто-то ведь должен остаться, чтобы взять на себя этот груз. Чтобы протянуть руку помощи. Укрыть и дать отпор. Начать строить всё заново. Собрать то, что было собрано — из всех собрать, снова вместе. Вернуть миру надежду. Надежду для всех нас.

   — Ишан Уэст · игра
8. «

   Отец всегда говорил: «Беда с собой за руку радость приводит».

   Отец всегда говорил: «Беда с собой за руку радость приводит».

   — Савко (брат Михая) · сериал
9. «

   Тяжело? А кому легко? У кого не болит душа?

   Тяжело? А кому легко? У кого не болит душа?

   — Владимир Морозов (поэт)
10. «

    Греки создали самые яркие образы чудовищ, предоставив будущему их материализовать.

    Греки создали самые яркие образы чудовищ, предоставив будущему их материализовать.

    — Энтони Бёрджесс · книга
11. «

    Моей мольбе хоть раз ты внял, о небосвод? Вращаясь, ты опять свершил круговорот, Но те же у меня и горести, и муки. Так безотрадно жизнь, наверное, пройдет.

    Моей мольбе хоть раз ты внял, о небосвод? Вращаясь, ты опять свершил круговорот, Но те же у меня и горести, и муки. Так безотрадно жизнь, наверное, пройдет.

    — Баба Тахер Орьян
12. «

    Мы живем в мире, где больше ничего не шокирует.

    Мы живем в мире, где больше ничего не шокирует.

    — Никки Рид
13. «

    Благородный муж стойко переносит беды, а низкий человек в беде распускается.

    Благородный муж стойко переносит беды, а низкий человек в беде распускается.

    — Конфуций
14. «

    Метель и горе — не беда, В прошедшем сгину, в будущем воскресну.

    Метель и горе — не беда, В прошедшем сгину, в будущем воскресну.

    — Елизавета Мартынова
15. «

    Умение мыслить — высшее благо, недомысливать — огромное зло.

    Умение мыслить — высшее благо, недомысливать — огромное зло.
16. «

    Бедность сама по себе пустяк; беда в том, что окружающие знают о твоем тощем кошелке.

    Бедность сама по себе пустяк; беда в том, что окружающие знают о твоем тощем кошелке.

    — Джером Клапка Джером · книга
17. «

    «Ибо восстанет народ на народ, и царство на царство; и будут глады, моры и землетрясения по местам...» Девятнадцать столетий минуло с тех пор, как наш Господь произнес эти слова, и ни одно из этих столетий не прошло без войн, болезней, голода и землетрясений. Могущественные империи обращались в прах, болезни уносили половину человечества, тысячи людей погибали, в катаклизмах природы — от наводнений, пожаров и ураганов. Это происходило снова и снова в течение девятнадцати столетий, но ни разу не заставило Христа вернуться на Землю.

    «Ибо восстанет народ на народ, и царство на царство; и будут глады, моры и землетрясения по местам...» Девятнадцать столетий минуло с тех пор, как наш Господь произнес эти слова, и ни одно из этих столетий не прошло без войн, болезней, голода и землетрясений. Могущественные империи обращались в прах, болезни уносили половину человечества, тысячи людей погибали, в катаклизмах природы — от наводнений, пожаров и ураганов. Это происходило снова и снова в течение девятнадцати столетий, но ни разу не заставило Христа вернуться на Землю.

    — Олдос Хаксли · книга
18. «

    Правила везде одни, и правила эти просты: никому не доверяй, будь настороже, а если придет беда, то бей первым и бей сильно.

    Правила везде одни, и правила эти просты: никому не доверяй, будь настороже, а если придет беда, то бей первым и бей сильно.

    — Бернард Корнуэлл · книга
19. «

    Такое случается часто И след оставляет всегда: Предчувствие новых несчастий Приносит с собою беда.

    Такое случается часто И след оставляет всегда: Предчувствие новых несчастий Приносит с собою беда.

    — Валентина Дорожкина
20. «

    В юности по легкомыслию мы думаем, что дёшево отделались, навсегда избавились от давнего проклятия, если нам повезло прожить несколько недель спокойно и беззаботно на берегу освещенного ярким солнцем озера в нейтральной стране. Но нас мгновенно призовут к порядку. Нет, задаром от беды не уйдёшь.

    В юности по легкомыслию мы думаем, что дёшево отделались, навсегда избавились от давнего проклятия, если нам повезло прожить несколько недель спокойно и беззаботно на берегу освещенного ярким солнцем озера в нейтральной стране. Но нас мгновенно призовут к порядку. Нет, задаром от беды не уйдёшь.

    — Патрик Модиано · книга