374 цитаты на тему «бессмертие» для размышлений

374 цитаты про «бессмертие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Я хочу стать вампиром. И буду им. Я дождусь своего. Не смотря ни на что. Быть вампиром — моя судьба. Вселенная шепчет мне об этом. В самой крови своей я чувствую вечность. Став вампиром, я буду счастлива. Так, как никто и никогда не был... Так, как никто и никогда не будет.

   — Я хочу стать вампиром. И буду им. Я дождусь своего. Не смотря ни на что. Быть вампиром — моя судьба. Вселенная шепчет мне об этом. В самой крови своей я чувствую вечность. Став вампиром, я буду счастлива. Так, как никто и никогда не был... Так, как никто и никогда не будет.
2. «

   Никакой жизни «там», говорил он себе, нет и быть не может; вся жизнь здесь, а дальше — вечный мрак. Но то, что он увидел в ее глазах, была именно душа — бессмертная душа, которая не может умереть. Ни один мужчина, ни одна женщина, которых он знал раньше, не вызывали в нем мыслей о бессмертии. А она вызвала!

   Никакой жизни «там», говорил он себе, нет и быть не может; вся жизнь здесь, а дальше — вечный мрак. Но то, что он увидел в ее глазах, была именно душа — бессмертная душа, которая не может умереть. Ни один мужчина, ни одна женщина, которых он знал раньше, не вызывали в нем мыслей о бессмертии. А она вызвала!

   — Джек Лондон · книга
3. «

   Меня заботит тема красоты и тема стремления к финалу. Каждый родившийся человек, пусть некрасивый, переживает в своей жизни пик красоты, хоть полчаса, хоть несколько мгновений, но он бывает прекрасным. <...> Некоторым даны сутки, некоторым — мгновения, у некоторых — месяцами длится красота, а потом куда-то девается! У иных годами лицо красиво — все время красота на пике! Но красота всегда стремиться к финалу, то есть к самоуничтожению... Эта тема меня тоже заботит, но она неуловима, но она неуловима... Лично я боюсь не смерти, а бессмертия... Как объяснить? Меня прямо уже заранее передергивает от омерзения, прямо передергивает!..

   Меня заботит тема красоты и тема стремления к финалу. Каждый родившийся человек, пусть некрасивый, переживает в своей жизни пик красоты, хоть полчаса, хоть несколько мгновений, но он бывает прекрасным. <...> Некоторым даны сутки, некоторым — мгновения, у некоторых — месяцами длится красота, а потом куда-то девается! У иных годами лицо красиво — все время красота на пике! Но красота всегда стремиться к финалу, то есть к самоуничтожению... Эта тема меня тоже заботит, но она неуловима, но она неуловима... Лично я боюсь не смерти, а бессмертия... Как объяснить? Меня прямо уже заранее передергивает от омерзения, прямо передергивает!..

   — Рената Литвинова · книга
4. «

   Почему-то бессмертие считается преимуществом вампирской жизни, однако лично я не вижу в бессмертии ничего хорошего. Неуязвимость надоест любому. Бессмертие идет рука об руку с одиночеством, а я, хотя и люблю быть один, привык наслаждаться естественным ходом событий. Мне нравится перемены, и было бы мучительно оставаться на месте, вместо того чтобы двигаться вперед.

   Почему-то бессмертие считается преимуществом вампирской жизни, однако лично я не вижу в бессмертии ничего хорошего. Неуязвимость надоест любому. Бессмертие идет рука об руку с одиночеством, а я, хотя и люблю быть один, привык наслаждаться естественным ходом событий. Мне нравится перемены, и было бы мучительно оставаться на месте, вместо того чтобы двигаться вперед.

   — Йен Сомерхолдер
5. «

   Уйдешь. А что оставишь нам? Ты говоришь, что снег нетронутый. И клавиши рояля. И ковчег. Оставишь неизбывную бессильную тоску. Любовь альтернативную, любовь в одну строку. Наследство бесполезное, огрызки, хлам, тряпье. Оставишь лишь поэзию. Бессмертие свое…

   Уйдешь. А что оставишь нам? Ты говоришь, что снег нетронутый. И клавиши рояля. И ковчег. Оставишь неизбывную бессильную тоску. Любовь альтернативную, любовь в одну строку. Наследство бесполезное, огрызки, хлам, тряпье. Оставишь лишь поэзию. Бессмертие свое…

   — Аль Квотион · книга
6. «

   Становление бессмертным снимает твои физические и психические ограничения, но за счёт твоих эмоций. Возможно, это и означает потерять душу. Или, возможно, становление бессмертным оголяет твою душу, раскрывая твою истинную натуру. Кто знает.

   Становление бессмертным снимает твои физические и психические ограничения, но за счёт твоих эмоций. Возможно, это и означает потерять душу. Или, возможно, становление бессмертным оголяет твою душу, раскрывая твою истинную натуру. Кто знает.

   — Драга · игра
7. «

   Я — все, что останется, когда остальное обратится в пыль. Проще говоря, Алекс, я очень, очень устал.

   Я — все, что останется, когда остальное обратится в пыль. Проще говоря, Алекс, я очень, очень устал.

   — Уильям Эден · фильм
8. «

   Смерть, конечно большое несчастье, но все же не самое большое, если выбирать между ней и бессмертием.

   Смерть, конечно большое несчастье, но все же не самое большое, если выбирать между ней и бессмертием.

   — Том Стоппард
9. «

   Мне кажется, что такого закона природы — чтобы человек любил человечество — не существует. А если есть и была до сих пор любовь на земле, то не от закона естественного, а единственно потому, что люди веруют в своё бессмертие. Уничтожьте в человечестве эту веру, и в нём тотчас же иссякнет не только любовь к ближнему, но и всякая живая сила, чтобы продолжать жизнь. Без веры в бессмертие ничего не будет безнравственного, всё человеку будет дозволено — буквально всё. От эгоизма до злодейства. И не только дозволено, но и признано самым разумным и необходимым исходом в его положении.

   Мне кажется, что такого закона природы — чтобы человек любил человечество — не существует. А если есть и была до сих пор любовь на земле, то не от закона естественного, а единственно потому, что люди веруют в своё бессмертие. Уничтожьте в человечестве эту веру, и в нём тотчас же иссякнет не только любовь к ближнему, но и всякая живая сила, чтобы продолжать жизнь. Без веры в бессмертие ничего не будет безнравственного, всё человеку будет дозволено — буквально всё. От эгоизма до злодейства. И не только дозволено, но и признано самым разумным и необходимым исходом в его положении.

   — Иван Федорович Карамазов · фильм
10. «

    У Достоевского или Вольтера кто-то говорит, что если бы не было Бога, то его непременно выдумали бы люди. А я глубоко верю, что если нет бессмертия, то его рано или поздно изобретёт великий человеческий ум.

    У Достоевского или Вольтера кто-то говорит, что если бы не было Бога, то его непременно выдумали бы люди. А я глубоко верю, что если нет бессмертия, то его рано или поздно изобретёт великий человеческий ум.

    — Антон Павлович Чехов · книга
11. «

    — Я читаю бессмертие в ваших глазах, — отвечал я и для опыта пропустил «сэр»; известная интимность нашего разговора, казалось мне, допускала это. Ларсен действительно не придал этому значения. — Вы, я полагаю, хотите сказать, что видите в них нечто живое. Но это живое не будет жить вечно. — Я читаю в них значительно больше, — смело продолжал я. — Ну да — сознание. Сознание, постижение жизни. Но не больше, не бесконечность жизни. Он мыслил ясно и хорошо выражал свои мысли. Не без любопытства оглядев меня, он отвернулся и устремил взор на свинцовое море. Глаза его потемнели, и у рта обозначились резкие, суровые линии. Он явно был мрачно настроен. — А какой в этом смысл? — отрывисто спросил он, снова повернувшись ко мне. — Если я наделен бессмертием, то зачем? Я молчал. Как мог я объяснить этому человеку свой идеализм? Как передать словами что-то неопределенное, похожее на музыку, которую слышишь во сне? Нечто вполне убедительное для меня, но не поддающееся определению. — Во что же вы тогда верите? — в свою очередь, спросил я. — Я верю, что жизнь — нелепая суета, — быстро ответил он. — Она похожа на закваску, которая бродит минуты, часы, годы или столетия, но рано или поздно перестает бродить. Большие пожирают малых, чтобы поддержать свое брожение. Сильные пожирают слабых, чтобы сохранить свою силу. Кому везет, тот ест больше и бродит дольше других, — вот и все!

    — Я читаю бессмертие в ваших глазах, — отвечал я и для опыта пропустил «сэр»; известная интимность нашего разговора, казалось мне, допускала это. Ларсен действительно не придал этому значения. — Вы, я полагаю, хотите сказать, что видите в них нечто живое. Но это живое не будет жить вечно. — Я читаю в них значительно больше, — смело продолжал я. — Ну да — сознание. Сознание, постижение жизни. Но не больше, не бесконечность жизни. Он мыслил ясно и хорошо выражал свои мысли. Не без любопытства оглядев меня, он отвернулся и устремил взор на свинцовое море. Глаза его потемнели, и у рта обозначились резкие, суровые линии. Он явно был мрачно настроен. — А какой в этом смысл? — отрывисто спросил он, снова повернувшись ко мне. — Если я наделен бессмертием, то зачем? Я молчал. Как мог я объяснить этому человеку свой идеализм? Как передать словами что-то неопределенное, похожее на музыку, которую слышишь во сне? Нечто вполне убедительное для меня, но не поддающееся определению. — Во что же вы тогда верите? — в свою очередь, спросил я. — Я верю, что жизнь — нелепая суета, — быстро ответил он. — Она похожа на закваску, которая бродит минуты, часы, годы или столетия, но рано или поздно перестает бродить. Большие пожирают малых, чтобы поддержать свое брожение. Сильные пожирают слабых, чтобы сохранить свою силу. Кому везет, тот ест больше и бродит дольше других, — вот и все!

    — Джек Лондон · книга
12. «

    В Сети никто по-настоящему не умирает.

    В Сети никто по-настоящему не умирает.

    — Джоанн Харрис · книга
13. «

    Мне не нужна вечная игла для примуса, я не хочу жить вечно.

    Мне не нужна вечная игла для примуса, я не хочу жить вечно.

    — Илья Ильф · книга
14. «

    Некоторые люди живут как бессмертные, потому что они не боятся смерти.

    Некоторые люди живут как бессмертные, потому что они не боятся смерти.

    — Алтан Йылдызлы · сериал
15. «

    Те, кто живет вечно, кому нечего поставить на кон в извечной игре против смерти, никогда не смогут оценить святость жизни.

    Те, кто живет вечно, кому нечего поставить на кон в извечной игре против смерти, никогда не смогут оценить святость жизни.

    — Чарльз де Линт · книга
16. «

    Когда, ты — вампир с воображением, совсем не страшно остаться один на один с вечностью.

    Когда, ты — вампир с воображением, совсем не страшно остаться один на один с вечностью.
17. «

    Она была привязана к луне длинными запутанными нитями судьбы, крови и вечности. Луна окутала ее. Подарила холод и покой. Луна открыла для нее абсолютную, совершенную ночь, полную сияющей тьмы, без рассвета. Она двигалась, как женщина, знающая тайну и желавшая разделить её лишь с одним, готовым пройти по тому же пути. До конца, — сказал вампир. — Я смотрел на неё, но она больше не была моей. Не в этой жизни.

    Она была привязана к луне длинными запутанными нитями судьбы, крови и вечности. Луна окутала ее. Подарила холод и покой. Луна открыла для нее абсолютную, совершенную ночь, полную сияющей тьмы, без рассвета. Она двигалась, как женщина, знающая тайну и желавшая разделить её лишь с одним, готовым пройти по тому же пути. До конца, — сказал вампир. — Я смотрел на неё, но она больше не была моей. Не в этой жизни.
18. «

    Нельзя давать людям бессмертие, если они всего лишь звери.

    Нельзя давать людям бессмертие, если они всего лишь звери.

    — Сергей Лукьяненко · книга
19. «

    Помимо перенаселения бессмертие не могло обойти стороной еще одну напасть человечества – войны. Открытие эликсира моментально свело на нет число согласных расплатиться жизнью за чужие территориальные, экономические или лирические аппетиты. «Дураков нет!» – «Нет?» – «Нет!» Вот так лекарство для бессмертия не только спасло людей от смерти, но и покончило с дураками.

    Помимо перенаселения бессмертие не могло обойти стороной еще одну напасть человечества – войны. Открытие эликсира моментально свело на нет число согласных расплатиться жизнью за чужие территориальные, экономические или лирические аппетиты. «Дураков нет!» – «Нет?» – «Нет!» Вот так лекарство для бессмертия не только спасло людей от смерти, но и покончило с дураками.

    — Александр Вяземка · книга
20. «

    Камерадо, это—не книга. Кто прикасается к ней, дотрагивается до человека (Что сейчас—ночь? мы вместе и никого вокруг?), Это — я, и ты держишь в объятьях меня, а я обнимаю тебя, Я выпрыгиваю со страниц прямо в твои объятья—смерть призывает меня.

    Камерадо, это—не книга. Кто прикасается к ней, дотрагивается до человека (Что сейчас—ночь? мы вместе и никого вокруг?), Это — я, и ты держишь в объятьях меня, а я обнимаю тебя, Я выпрыгиваю со страниц прямо в твои объятья—смерть призывает меня.

    — Уолт Уитмен · книга