416 цитат «бессмертие» — что говорили умные люди

416 цитат про «бессмертие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Бог же не есть [Бог] мёртвых, но живых, ибо у Него все живы.

   Бог же не есть [Бог] мёртвых, но живых, ибо у Него все живы.

   — Библия. Новый Завет · книга
2. «

   Мы больны бессмертием. Кто не дорос до памятника на площади, мечтает хотя бы об улице, названной его именем, хотя бы о мемориальной доске.

   Мы больны бессмертием. Кто не дорос до памятника на площади, мечтает хотя бы об улице, названной его именем, хотя бы о мемориальной доске.

   — Януш Корчак · книга
3. «

   Бессмертники рождаются мёртвыми.

   Бессмертники рождаются мёртвыми.

   — Рамон Гомес Де Ла Серна
4. «

   Мы рождаемся, страдаем, умираем, а горы стоят неколебимо.

   Мы рождаемся, страдаем, умираем, а горы стоят неколебимо.

   — Пауло Коэльо · книга
5. «

   Я отринул хрупкую плоть ради смертоносного холода металла.

   Я отринул хрупкую плоть ради смертоносного холода металла.

   — Сахн-Азал / Мордекайзер (Sahn-Uzal / Mordekaiser) · игра
6. «

   Говорят, ничто не длится вечно, но я твёрдо верю, что для некоторых людей любовь бессмертна.

   Говорят, ничто не длится вечно, но я твёрдо верю, что для некоторых людей любовь бессмертна.

   — Сесилия Ахерн · книга
7. «

   Мне кажется, есть три основных подхода к смерти. Её можно принимать, её можно отрицать, и с ней можно сражаться. Я думаю, в нашем обществе преобладают те, кто её либо принимает, либо отрицает. Я же предпочитаю с ней сражаться.

   Мне кажется, есть три основных подхода к смерти. Её можно принимать, её можно отрицать, и с ней можно сражаться. Я думаю, в нашем обществе преобладают те, кто её либо принимает, либо отрицает. Я же предпочитаю с ней сражаться.

   — Питер Тиль
8. «

   Бессмертие души столь важно для нас, затрагивает нас столь глубоко, что равнодушный отказ узнать, что с ней происходит, означает полную потерю мира эмоций. (Философия Паскаля)

   Бессмертие души столь важно для нас, затрагивает нас столь глубоко, что равнодушный отказ узнать, что с ней происходит, означает полную потерю мира эмоций. (Философия Паскаля)

   — Бернар Вербер · книга
9. «

   — Я была так очарована тобой, — сказала Рори вампиру. — Ты был так нужен, что мое сердце болело. Ты стал чудом, о котором я даже и не мечтала. Моя жизнь не была особо радостной, ты знаешь. Так скажи мне, чем же я заслужила всю ту ложь, которой ты меня так усердно окружал..? Решение впустить тебя в свою жизнь, было моей ошибкой. А твоей, было заставить поверить, что ты меня любишь. — Однажды, ты поймёшь, — прошептал Майкл. — Это ради тебя... Это все было ради тебя.

   — Я была так очарована тобой, — сказала Рори вампиру. — Ты был так нужен, что мое сердце болело. Ты стал чудом, о котором я даже и не мечтала. Моя жизнь не была особо радостной, ты знаешь. Так скажи мне, чем же я заслужила всю ту ложь, которой ты меня так усердно окружал..? Решение впустить тебя в свою жизнь, было моей ошибкой. А твоей, было заставить поверить, что ты меня любишь. — Однажды, ты поймёшь, — прошептал Майкл. — Это ради тебя... Это все было ради тебя.
10. «

    Сила вампира — в человеческих пороках.

    Сила вампира — в человеческих пороках.
11. «

    — Когда я читала древние мифы, чувствовала себя ближе... Ближе к тому, кого так сильно любила в прошлой жизни, но потеряла навсегда в этой. Так, в назидание, богиня Персефона наказывает нас за высокомерие. Не желая зла, но со всей суровостью Богини Подземного Мира. Даёт жизнь, без воспоминаний, но наполненную разрывающей сердце тоской, которую ты не можешь понять. Худшее чувство — знать, что ты живешь в мире, где нет того, с которым билось твое сердце,— сказала девушка вампиру. — Я не могу... просто не могу забыть его... только не снова. Поэтому, прошу, помоги. Не дай мне забыть, того, кого я так сильно любила. Подари мне все время этого мира. И я смогу дождаться того, кто был мне так дорог. За это, каждый день своей вечности буду благодарить тебя.

    — Когда я читала древние мифы, чувствовала себя ближе... Ближе к тому, кого так сильно любила в прошлой жизни, но потеряла навсегда в этой. Так, в назидание, богиня Персефона наказывает нас за высокомерие. Не желая зла, но со всей суровостью Богини Подземного Мира. Даёт жизнь, без воспоминаний, но наполненную разрывающей сердце тоской, которую ты не можешь понять. Худшее чувство — знать, что ты живешь в мире, где нет того, с которым билось твое сердце,— сказала девушка вампиру. — Я не могу... просто не могу забыть его... только не снова. Поэтому, прошу, помоги. Не дай мне забыть, того, кого я так сильно любила. Подари мне все время этого мира. И я смогу дождаться того, кто был мне так дорог. За это, каждый день своей вечности буду благодарить тебя.
12. «

    Смерть страшна, но еще страшнее было бы сознание, что будешь жить вечно и никогда не умрешь.

    Смерть страшна, но еще страшнее было бы сознание, что будешь жить вечно и никогда не умрешь.

    — Антон Павлович Чехов · книга
13. «

    Секрет бессмертия оказался прост – помогая другим, ты помогаешь и себе.

    Секрет бессмертия оказался прост – помогая другим, ты помогаешь и себе.

    — Асылан Смагулов · книга
14. «

    — Знаете… — сказал Selerian, — А мы ведь, люди внешнего мира, похожи на Богов для всех этих… Ну которые в Пилоне живут… — Ты хотел сказать местные? Ну ты в чём-то прав... — ответил я. — Как по мне, мы ничем от них не отличаемся… — сказал Интурист, — Единственное отличие, что мы бессмертны. Про инкарнацию я молчу, это не в счёт. — Ко всему прочему, мы всего лишь игроки… — добавил Велес своим искусственным голосом — Хоть и попали сюда не по своей воли. — Даже если мы создатели этих миров? — спросил Selerian. — Даже если так… — ответил Интурист.

    — Знаете… — сказал Selerian, — А мы ведь, люди внешнего мира, похожи на Богов для всех этих… Ну которые в Пилоне живут… — Ты хотел сказать местные? Ну ты в чём-то прав... — ответил я. — Как по мне, мы ничем от них не отличаемся… — сказал Интурист, — Единственное отличие, что мы бессмертны. Про инкарнацию я молчу, это не в счёт. — Ко всему прочему, мы всего лишь игроки… — добавил Велес своим искусственным голосом — Хоть и попали сюда не по своей воли. — Даже если мы создатели этих миров? — спросил Selerian. — Даже если так… — ответил Интурист.

    — Сергей Хром · книга
15. «

    Бессмертие — дар. Телу не страшны ни ужасные раны, ни стихийные бедствия. Неуязвимость, недосягаемость, прочность. Ты видишь, как движется мир: он развивается, люди достигают новых вершин, повторяется история. Ты ничего не боишься. Ты постигаешь. В твоём распоряжении всё время мира и всего его возможности. Никаких ограничений: ты прочтёшь все книги, заговоришь на всех языках, доберёшься до всех истин, если захочешь. За небольшую цену. Бессмертие — приговор на вечные скитания. Каждые лет десять — смена личности и места жительства. Начинаешь всё сначала, чтобы никто не узнал твой секрет. Если люди узнают, они захотят его разгадать. Этого нельзя допустить: ты ведь не хочешь, чтобы над тобой проводили эксперименты. Бессмертие — горькое, ледяное одиночество. Вечность учит никого себе не подпускать. Быть среди остальных, смешиваться с толпой, притворяться, обманывать. Не доверять и не сближаться. Ты старая женщина, прячущаяся за личиной молодой девушки. Ты похоронила всех любимых. У тебя закончились слёзы и силы продолжать этот спектакль. Но кому это интересно? Ты продолжишь идти. Продолжишь играть, несмотря на то, что вместо сердца у тебя острые осколки и ты разучилась дышать. Так приказала Вечность. Она жестока и слепа, она вгрызается в шею и рвёт душу на куски. И она убивает. Убивает и не даёт умереть, сжимая твои останки в таких странно нежных руках с такой странно доброй улыбкой. Снова, и снова, и снова. Ты не кричишь — теперь нет. Не зовёшь на помощь, не сопротивляешься. Ты разрешаешь себе упасть. Очень низко. Бессмертие — дар?... Или проклятье?

    Бессмертие — дар. Телу не страшны ни ужасные раны, ни стихийные бедствия. Неуязвимость, недосягаемость, прочность. Ты видишь, как движется мир: он развивается, люди достигают новых вершин, повторяется история. Ты ничего не боишься. Ты постигаешь. В твоём распоряжении всё время мира и всего его возможности. Никаких ограничений: ты прочтёшь все книги, заговоришь на всех языках, доберёшься до всех истин, если захочешь. За небольшую цену. Бессмертие — приговор на вечные скитания. Каждые лет десять — смена личности и места жительства. Начинаешь всё сначала, чтобы никто не узнал твой секрет. Если люди узнают, они захотят его разгадать. Этого нельзя допустить: ты ведь не хочешь, чтобы над тобой проводили эксперименты. Бессмертие — горькое, ледяное одиночество. Вечность учит никого себе не подпускать. Быть среди остальных, смешиваться с толпой, притворяться, обманывать. Не доверять и не сближаться. Ты старая женщина, прячущаяся за личиной молодой девушки. Ты похоронила всех любимых. У тебя закончились слёзы и силы продолжать этот спектакль. Но кому это интересно? Ты продолжишь идти. Продолжишь играть, несмотря на то, что вместо сердца у тебя острые осколки и ты разучилась дышать. Так приказала Вечность. Она жестока и слепа, она вгрызается в шею и рвёт душу на куски. И она убивает. Убивает и не даёт умереть, сжимая твои останки в таких странно нежных руках с такой странно доброй улыбкой. Снова, и снова, и снова. Ты не кричишь — теперь нет. Не зовёшь на помощь, не сопротивляешься. Ты разрешаешь себе упасть. Очень низко. Бессмертие — дар?... Или проклятье?

    — Теодора Эйвери · игра
16. «

    Тяжесть созерцания гибнущей цивилизации смягчается истиной бессмертия души.

    Тяжесть созерцания гибнущей цивилизации смягчается истиной бессмертия души.

    — Авессалом Подводный · книга
17. «

    Не пытай бессмертия, милая душа, - Обопри на себя лишь посильное.

    Не пытай бессмертия, милая душа, - Обопри на себя лишь посильное.

    — Пиндар
18. «

    ...его переполняло сострадание — и к ней, и к остальным собратьям, ставшим, как и он, жертвами легкомысленной эволюции, из собственной прихоти наделяющей несчастных сознанием и не заботящейся о том, чтобы снабдить их психологическим механизмом защиты от страданий бренного бытия. А потому мы год за годом, веками, тысячелетиями с редким упорством продолжаем воздвигать одно доморощенное доказательство собственного бессмертия за другим. Когда же мы, каждый из нас, перестанем искать ту неведомую высшую силу, слившись с которой можно было бы, наконец, обеспечить себе вечность? Когда перестанем вымаливать у небес подробные наставления на путь истинный, цепляться за краешек чей-то большой одежды, плодить все новые церемонии и обряды?

    ...его переполняло сострадание — и к ней, и к остальным собратьям, ставшим, как и он, жертвами легкомысленной эволюции, из собственной прихоти наделяющей несчастных сознанием и не заботящейся о том, чтобы снабдить их психологическим механизмом защиты от страданий бренного бытия. А потому мы год за годом, веками, тысячелетиями с редким упорством продолжаем воздвигать одно доморощенное доказательство собственного бессмертия за другим. Когда же мы, каждый из нас, перестанем искать ту неведомую высшую силу, слившись с которой можно было бы, наконец, обеспечить себе вечность? Когда перестанем вымаливать у небес подробные наставления на путь истинный, цепляться за краешек чей-то большой одежды, плодить все новые церемонии и обряды?

    — Ирвин Ялом · книга
19. «

    Жизнь состоит из маленьких моментов, драгоценных как алмазы. Но представь бесконечное море алмазов, они бы стали бесполезны, так же как обычный песок.

    Жизнь состоит из маленьких моментов, драгоценных как алмазы. Но представь бесконечное море алмазов, они бы стали бесполезны, так же как обычный песок.

    — Мерлин · сериал
20. «

    Быть вампиром, значит быть свободным. Каждый прожитый век укрепляет твою власть в мире смертных. Одно порождает другое. И вот уже власть — это одна из форм свободы доступных тебе.

    Быть вампиром, значит быть свободным. Каждый прожитый век укрепляет твою власть в мире смертных. Одно порождает другое. И вот уже власть — это одна из форм свободы доступных тебе.