576 цитат про «безответную, неразделенную любовь», которые захочется сохранить

Собрали 576 цитат на тему «безответную, неразделенную любовь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Ты меня отпускал на волю. Улетай, Бог с тобою! Обжег крылья мне до боли. Без тебя нет покоя!

   Ты меня отпускал на волю. Улетай, Бог с тобою! Обжег крылья мне до боли. Без тебя нет покоя!
2. «

   ... А ты не звонишь, не пишешь, А в арке кого-то избили и он плюет кровью. Это был я, слышишь? Я обблевался нашей любовью...

   ... А ты не звонишь, не пишешь, А в арке кого-то избили и он плюет кровью. Это был я, слышишь? Я обблевался нашей любовью...

   — Евгений Ничипурук
3. «

   Лучший друг вернее тысячи солдат, Лучший друг, и ты хотела бы, чтоб у тебя был такой брат. И он не видит твоих преград, а жизнь его превратилась в ад.

   Лучший друг вернее тысячи солдат, Лучший друг, и ты хотела бы, чтоб у тебя был такой брат. И он не видит твоих преград, а жизнь его превратилась в ад.
4. «

   Я знал: мое поведение глупо. Чувства, которые я испытывал, навсегда останутся без ответа. Однако любовь не подчиняется каким-либо разумным доводам. И оттого с ней всегда вместе и безумный восторг, и жгучая боль.

   Я знал: мое поведение глупо. Чувства, которые я испытывал, навсегда останутся без ответа. Однако любовь не подчиняется каким-либо разумным доводам. И оттого с ней всегда вместе и безумный восторг, и жгучая боль.

   — Джон Джейкс · книга
5. «

   — Зачем ты возвращалась? — Чтобы ты всё узнал. — Зачем? — Надеялась, вдруг я что-то значу для тебя, как ты для меня. А из-за гордости признаться в этом, мы так одиноки. Не отвечай ничего. Я все вижу. Давай оставим все как и было. Ты будешь делать при встрече вид, что не знаешь меня, а я делать вид, что ты ничего не значишь для меня. Нам не привыкать.

   — Зачем ты возвращалась? — Чтобы ты всё узнал. — Зачем? — Надеялась, вдруг я что-то значу для тебя, как ты для меня. А из-за гордости признаться в этом, мы так одиноки. Не отвечай ничего. Я все вижу. Давай оставим все как и было. Ты будешь делать при встрече вид, что не знаешь меня, а я делать вид, что ты ничего не значишь для меня. Нам не привыкать.
6. «

   — Но ведь совсем не обязательно, что это именно вина подтолкнула Аои к самоубийству. Вполне возможно, что она умерла, потому что ты на нее надавил. Из-за того, что она натворила, ты начал испытывать к ней отвращение. Она сделала тебя своим врагом и именно поэтому лишилась всякой надежды. — Если дело лишь в этом, то это только злит меня гораздо сильнее. Выходит, она убила одного человека, и только лишь это терзало ее так сильно, что она умерла? Да ее нужно дисквалифицировать из числа убийц. — Ааа, так вот что ты подразумеваешь под чувством ответственности. Не за Аои, но за Эмото… Понятно. Хэх… необычная точка зрения. Но скажи, неужели привязанность к тебе человека для тебя ничего не значит? Она, конечно, выразила это весьма извращенно, но Аои ты действительно нравился. — Слова «Я тебя люблю, так что лучше бы тебе полюбить меня» всего лишь разновидность шантажа. К сожалению, я не из тех, кто отвечает слепой взаимностью. Меня тошнит от людей, убивающих ради своих страстей.

   — Но ведь совсем не обязательно, что это именно вина подтолкнула Аои к самоубийству. Вполне возможно, что она умерла, потому что ты на нее надавил. Из-за того, что она натворила, ты начал испытывать к ней отвращение. Она сделала тебя своим врагом и именно поэтому лишилась всякой надежды. — Если дело лишь в этом, то это только злит меня гораздо сильнее. Выходит, она убила одного человека, и только лишь это терзало ее так сильно, что она умерла? Да ее нужно дисквалифицировать из числа убийц. — Ааа, так вот что ты подразумеваешь под чувством ответственности. Не за Аои, но за Эмото… Понятно. Хэх… необычная точка зрения. Но скажи, неужели привязанность к тебе человека для тебя ничего не значит? Она, конечно, выразила это весьма извращенно, но Аои ты действительно нравился. — Слова «Я тебя люблю, так что лучше бы тебе полюбить меня» всего лишь разновидность шантажа. К сожалению, я не из тех, кто отвечает слепой взаимностью. Меня тошнит от людей, убивающих ради своих страстей.

   — Нисио Исин · книга
7. «

   Судьба нас в неравном свела поединке, Который зовётся несчастной любовью В глазах у тебя равнодушные льдинки, А я задыхаюсь от счастья и боли, А я задыхаюсь от счастья и боли!

   Судьба нас в неравном свела поединке, Который зовётся несчастной любовью В глазах у тебя равнодушные льдинки, А я задыхаюсь от счастья и боли, А я задыхаюсь от счастья и боли!
8. «

   Когда ты ковыряешься в говне, пытаясь сделать из него замок, а потом перестаёшь — это не проигрыш. Это результат исследования.

   Когда ты ковыряешься в говне, пытаясь сделать из него замок, а потом перестаёшь — это не проигрыш. Это результат исследования.
9. «

   Вновь и вновь мудрецов трогает красота. И они страдают от любви. Счастливы глупцы, которые остаются равнодушными и свободными.

   Вновь и вновь мудрецов трогает красота. И они страдают от любви. Счастливы глупцы, которые остаются равнодушными и свободными.

   — Флоки · сериал
10. «

    И мне становится невыносимо грустно. Почему? Потому что она меня даже не любила.

    И мне становится невыносимо грустно. Почему? Потому что она меня даже не любила.

    — Харуки Мураками · книга
11. «

    Я не хочу тебя больше знать. Я не хочу тебя больше видеть. Я не пытаюсь любить опять. Я лишь пытаюсь не ненавидеть.

    Я не хочу тебя больше знать. Я не хочу тебя больше видеть. Я не пытаюсь любить опять. Я лишь пытаюсь не ненавидеть.
12. «

    Я подарил ей свое сердце, а она выбросила его, я подарил ей свою душу, а она прогнала ее прочь, я подарил ей счастье, но она, как и все вы, нашла ему замену.

    Я подарил ей свое сердце, а она выбросила его, я подарил ей свою душу, а она прогнала ее прочь, я подарил ей счастье, но она, как и все вы, нашла ему замену.

    — Эльшан Мамедли · книга
13. «

    Тогда и она ожесточилась, ведь любовь питается чувством другого. Без практики сердце черствеет, теряешь всякую способность к взаимности. И в конце концов, пытаясь защитить себя, замыкаешься в самом грустном, что только есть на свете: в своём одиночестве.

    Тогда и она ожесточилась, ведь любовь питается чувством другого. Без практики сердце черствеет, теряешь всякую способность к взаимности. И в конце концов, пытаясь защитить себя, замыкаешься в самом грустном, что только есть на свете: в своём одиночестве.

    — Жан-Кристоф Гранже · книга
14. «

    Вам не нужна любовь моя, Не слишком заняты вы мною, Не нежность, прихоть вашу я Признаньем страстным успокою.

    Вам не нужна любовь моя, Не слишком заняты вы мною, Не нежность, прихоть вашу я Признаньем страстным успокою.

    — Евгений Баратынский
15. «

    «Несчастный!» — шепнёшь ли ты? Когда бы могло состраданье Проснуться в сердце твоём! Незнатен я, но различий Не знает тоска любви.

    «Несчастный!» — шепнёшь ли ты? Когда бы могло состраданье Проснуться в сердце твоём! Незнатен я, но различий Не знает тоска любви.

    — Сайгё-хоси
16. «

    Я теперь еду, но знайте, Катерина Ивановна, что вы действительно любите только его. И по мере оскорблений его все больше и больше. Вот это и есть ваш надрыв. Вы именно любите его таким, каким он есть, вас оскорбляющим его любите. Если б он исправился, вы его тотчас забросили бы и разлюбили вовсе. Но вам он нужен, чтобы созерцать беспрерывно ваш подвиг верности и упрекать его в неверности. И все это от вашей гордости. О, тут много принижения и унижения, но все это от гордости... Я слишком молод и слишком сильно любил вас. Я знаю, что это бы не надо мне вам говорить, что было бы больше достоинства с моей стороны просто выйти от вас; было бы и не так для вас оскорбительно. Но ведь я еду далеко и не приеду никогда. Это ведь навеки... Я не хочу сидеть подле надрыва... Впрочем, я уже не умею говорить, все сказал... Прощайте, Катерина Ивановна, вам нельзя на меня сердиться, потому что я во сто раз более вас наказан: наказан уже тем одним, что никогда вас не увижу. Прощайте. Мне не надобно руки вашей. Вы слишком сознательно меня мучили, чтоб я вам в эту минуту мог простить... Потом прощу, а теперь не надо руки.

    Я теперь еду, но знайте, Катерина Ивановна, что вы действительно любите только его. И по мере оскорблений его все больше и больше. Вот это и есть ваш надрыв. Вы именно любите его таким, каким он есть, вас оскорбляющим его любите. Если б он исправился, вы его тотчас забросили бы и разлюбили вовсе. Но вам он нужен, чтобы созерцать беспрерывно ваш подвиг верности и упрекать его в неверности. И все это от вашей гордости. О, тут много принижения и унижения, но все это от гордости... Я слишком молод и слишком сильно любил вас. Я знаю, что это бы не надо мне вам говорить, что было бы больше достоинства с моей стороны просто выйти от вас; было бы и не так для вас оскорбительно. Но ведь я еду далеко и не приеду никогда. Это ведь навеки... Я не хочу сидеть подле надрыва... Впрочем, я уже не умею говорить, все сказал... Прощайте, Катерина Ивановна, вам нельзя на меня сердиться, потому что я во сто раз более вас наказан: наказан уже тем одним, что никогда вас не увижу. Прощайте. Мне не надобно руки вашей. Вы слишком сознательно меня мучили, чтоб я вам в эту минуту мог простить... Потом прощу, а теперь не надо руки.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
17. «

    Я согласна даже на спор, не нужны мне ласковые слова. Только бы продлить время, проведенное с ним.

    Я согласна даже на спор, не нужны мне ласковые слова. Только бы продлить время, проведенное с ним.

    — Сасамото Сава · сериал
18. «

    С тобой всё очевидно: ты ослеплена любовью. И всё, что ты любишь — поэзия, этот город, твои друзья. Главное — мужчина вроде Бенджи. У них есть что-то общее: они не полюбят тебя в ответ.

    С тобой всё очевидно: ты ослеплена любовью. И всё, что ты любишь — поэзия, этот город, твои друзья. Главное — мужчина вроде Бенджи. У них есть что-то общее: они не полюбят тебя в ответ.

    — Джо Голдберг · сериал
19. «

    Как там на счет суперспособностей, например, забывать незабываемых?

    Как там на счет суперспособностей, например, забывать незабываемых?
20. «

    — Я рисковал своей жизнью, защищая вас. — Да, рисковали. И, хоть убейте, не понимаю зачем. Ваше сердце принадлежит другой. — Когда вы узнали? — Когда вы с ней танцевали. На приеме, в честь помолвки. — Было так очевидно? — Даже слишком. Для меня.

    — Я рисковал своей жизнью, защищая вас. — Да, рисковали. И, хоть убейте, не понимаю зачем. Ваше сердце принадлежит другой. — Когда вы узнали? — Когда вы с ней танцевали. На приеме, в честь помолвки. — Было так очевидно? — Даже слишком. Для меня.

    — Александр Грейсон / Дракула · сериал