81 цитата на тему «Жизненные цитаты про безразличие, равнодушие» для размышлений

Тема «Жизненные цитаты про безразличие, равнодушие» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 81 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Вытрите слёзы. Миру неведомы слёзы отчаяния, которые вы проливаете, миру нет до них дела.

   Вытрите слёзы. Миру неведомы слёзы отчаяния, которые вы проливаете, миру нет до них дела.

   — Хилари Мантел · книга
2. «

   Дело в том, что никому ни до кого нет дела. Очень мало смертей, которые наносят нам раны. Если не считать потерь внутри собственного клана, все прочее по большей части нам безразлично.

   Дело в том, что никому ни до кого нет дела. Очень мало смертей, которые наносят нам раны. Если не считать потерь внутри собственного клана, все прочее по большей части нам безразлично.

   — Джоанн Харрис · книга
3. «

   Стремление отгородиться — от глупости ли, от жестокости ли других — всегда бессмысленно. Невозможно сказать: «Я об этом ничего не знаю». Приходится либо сотрудничать, либо бороться.

   Стремление отгородиться — от глупости ли, от жестокости ли других — всегда бессмысленно. Невозможно сказать: «Я об этом ничего не знаю». Приходится либо сотрудничать, либо бороться.

   — Альбер Камю · книга
4. «

   — Знаешь что в тебе самое плохое, Борщов? То, что ты равнодушный. — Да? Ну и что здесь плохого? Я равнодушный, Коля, вон, женой затюканный, вы угрюмый — все разные. Ну и что? — А я вот где-то читал, Борщов, что не так страшны предатели и убийцы, потому что они могут только предать или убить, а страшны равнодушные, это с их молчаливого согласия происходят все преступления.

   — Знаешь что в тебе самое плохое, Борщов? То, что ты равнодушный. — Да? Ну и что здесь плохого? Я равнодушный, Коля, вон, женой затюканный, вы угрюмый — все разные. Ну и что? — А я вот где-то читал, Борщов, что не так страшны предатели и убийцы, потому что они могут только предать или убить, а страшны равнодушные, это с их молчаливого согласия происходят все преступления.

   — Афанасий Николаевич Борщов / «Афоня» · фильм
5. «

   ... Наш взрослый мир так плохо думает о нас, И мы бежим, бежим от равнодушных глаз В другую жизнь — туда, где кто-то верит в нас...

   ... Наш взрослый мир так плохо думает о нас, И мы бежим, бежим от равнодушных глаз В другую жизнь — туда, где кто-то верит в нас...
6. «

   Равнодушие подобно полярным льдам, оно сковывает.

   Равнодушие подобно полярным льдам, оно сковывает.

   — Оноре де Бальзак · книга
7. «

   — Мне в самом деле плохо, настолько, что даже не хватает слов красиво описать свои чувства, я просто по кусочкам рассыпаюсь, больными щипками трогает сердце и перехватывает дыхание... — Закрой в себе боль и держи голову прямо. Но буду честен, это никого не волнует. Ты никого не волнуешь.

   — Мне в самом деле плохо, настолько, что даже не хватает слов красиво описать свои чувства, я просто по кусочкам рассыпаюсь, больными щипками трогает сердце и перехватывает дыхание... — Закрой в себе боль и держи голову прямо. Но буду честен, это никого не волнует. Ты никого не волнуешь.
8. «

   Что тебе осталось? Утром — стон, вечером — скрежет зубовный... И кому, кому в мире есть дело до твоего сердца? Кому?... Вот, войди в любой петушинский дом, у любого порога спроси: «Какое вам дело до моего сердца?» Боже мой...

   Что тебе осталось? Утром — стон, вечером — скрежет зубовный... И кому, кому в мире есть дело до твоего сердца? Кому?... Вот, войди в любой петушинский дом, у любого порога спроси: «Какое вам дело до моего сердца?» Боже мой...

   — Венедикт Васильевич Ерофеев · книга
9. «

   Ему действительно было сейчас всё равно: внутри словно что-то сломалось, сдулось; то напряжение, которое питало его силы и благодаря которому он ещё был жив, ушло. Из всех желаний остались только два — спать и есть. Причём спать, почему-то, хотелось сильнее.

   Ему действительно было сейчас всё равно: внутри словно что-то сломалось, сдулось; то напряжение, которое питало его силы и благодаря которому он ещё был жив, ушло. Из всех желаний остались только два — спать и есть. Причём спать, почему-то, хотелось сильнее.

   — Ирина Баранова · книга
10. «

    В любовных отношениях очень важно иметь в виду, что единственный непробиваемый «панцирь» ... — это равнодушие.

    В любовных отношениях очень важно иметь в виду, что единственный непробиваемый «панцирь» ... — это равнодушие.

    — Франсуаза Саган · книга
11. «

    Болезнь — врач, которого мы слушаемся более всего: доброте и знанию мы умеем только обещать; страданию мы повинуемся.

    Болезнь — врач, которого мы слушаемся более всего: доброте и знанию мы умеем только обещать; страданию мы повинуемся.

    — Марсель Пруст · книга
12. «

    На свете много мы таких людей найдём, Которым всё, кроме себя, постыло, И кои думают, лишь мне бы ладно было, А там весь свет гори огнём.

    На свете много мы таких людей найдём, Которым всё, кроме себя, постыло, И кои думают, лишь мне бы ладно было, А там весь свет гори огнём.

    — Иван Андреевич Крылов
13. «

    Все же искреннее равнодушие лучше лицемерия.

    Все же искреннее равнодушие лучше лицемерия.

    — Олег Рой · книга
14. «

    Есть кое-что похуже презрения — это безразличие.

    Есть кое-что похуже презрения — это безразличие.

    — Анн-Софи Брасм · книга
15. «

    ... Все мы тупеем, когда пытаемся судить о безразличных для нас вещах.

    ... Все мы тупеем, когда пытаемся судить о безразличных для нас вещах.

    — Клайв Стейплз Льюис · книга
16. «

    В определенный период жизни наступает момент, когда тебе уже все равно, есть друзья или нет, любит тебя кто-то или нет, нравишься ты соседям или не очень. Главное — быть в ладу с самим собой, но и это не всегда выходит. Постепенно появляется что-то такое во взгляде, чего люди начинают бояться, и держатся от тебя подальше, а ты уже входишь во вкус и специально проверяешь их на прочность. Пока ни один не выстоял.

    В определенный период жизни наступает момент, когда тебе уже все равно, есть друзья или нет, любит тебя кто-то или нет, нравишься ты соседям или не очень. Главное — быть в ладу с самим собой, но и это не всегда выходит. Постепенно появляется что-то такое во взгляде, чего люди начинают бояться, и держатся от тебя подальше, а ты уже входишь во вкус и специально проверяешь их на прочность. Пока ни один не выстоял.

    — Александра Макарова · книга
17. «

    У людей теперь нет времени друг для друга.

    У людей теперь нет времени друг для друга.

    — Рэй Брэдбери · книга
18. «

    Какой урок я усвоил в Доме Вековечной Краски? Люди делятся не на две категории – плохие и хорошие, – так я думал в детстве, когда получал большую часть знаний о мире и людях из телевизора. На самом деле категорий три. Третья – это люди, которые не выделываются. Так вот почти все люди на свете именно такие и я их называю серыми. Они тебя не обижают (по крайней мере нарочно) но и помогать тебе не хотят. Они говорят делай что хочешь и да поможет тебе Бог. Думаю в этом мире надо помогать себе самому.

    Какой урок я усвоил в Доме Вековечной Краски? Люди делятся не на две категории – плохие и хорошие, – так я думал в детстве, когда получал большую часть знаний о мире и людях из телевизора. На самом деле категорий три. Третья – это люди, которые не выделываются. Так вот почти все люди на свете именно такие и я их называю серыми. Они тебя не обижают (по крайней мере нарочно) но и помогать тебе не хотят. Они говорят делай что хочешь и да поможет тебе Бог. Думаю в этом мире надо помогать себе самому.

    — Стивен Кинг · книга
19. «

    Мы живём в мире, где чёрствость и безразличие всё чаще становятся нормой человеческих отношений, а наши души, как панцирем, покрыты струпьями засохших страданий и обид.

    Мы живём в мире, где чёрствость и безразличие всё чаще становятся нормой человеческих отношений, а наши души, как панцирем, покрыты струпьями засохших страданий и обид.

    — Роберт Джеймс Уоллер · книга
20. «

    А воде совершенно безразлично, что будет с нами, людьми, или с каким-то еще народом, вяло думал Эрагон, этот ручей бежит себе и горя не знает…

    А воде совершенно безразлично, что будет с нами, людьми, или с каким-то еще народом, вяло думал Эрагон, этот ручей бежит себе и горя не знает…

    — Кристофер Паолини · книга