467 лучших цитат на тему «безразличие, равнодушие»

Собрали 467 цитат на тему «безразличие, равнодушие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Загорись их изба, все просто следили бы за тем, чтобы огонь не перекинулся на соседние дома. Но никто и пальцем бы не пошевелил, чтобы потушить пожар. Это нормально. Как показывает история, человечество вообще предпочитает такие взаимоотношения. Просто стоять в сторонке и смотреть...

   Загорись их изба, все просто следили бы за тем, чтобы огонь не перекинулся на соседние дома. Но никто и пальцем бы не пошевелил, чтобы потушить пожар. Это нормально. Как показывает история, человечество вообще предпочитает такие взаимоотношения. Просто стоять в сторонке и смотреть...

   — Кирилл Константинович Алексеев · книга
2. «

   Раз так стряслось, что женщина не любит, Ты с дружбой лишь натерпишься стыда, И счастлив тот, кто разом все обрубит, Уйдет, чтоб не вернуться никогда.

   Раз так стряслось, что женщина не любит, Ты с дружбой лишь натерпишься стыда, И счастлив тот, кто разом все обрубит, Уйдет, чтоб не вернуться никогда.

   — Константин Симонов
3. «

   Всем ни до кого и ни до чего… Живем, как в обмороке.

   Всем ни до кого и ни до чего… Живем, как в обмороке.

   — Георгий Вайнер · книга
4. «

   Мне безразлично, жива ты или мертва.

   Мне безразлично, жива ты или мертва.

   — Пенелопа Дуглас · книга
5. «

   – Тебе все равно? – Все равно… Меня всегда забавляло это словосочетание. Ни одному живому существу не может быть «все равно». Разве что только тому, у кого отняли душу, или у него ее вообще никогда не было. Просто кого–то одно волнует больше, нежели другое. Но все дело в степенях сравнения. Нуля в этих определениях не существует. Поэтому никто не может быть безразличным.

   – Тебе все равно? – Все равно… Меня всегда забавляло это словосочетание. Ни одному живому существу не может быть «все равно». Разве что только тому, у кого отняли душу, или у него ее вообще никогда не было. Просто кого–то одно волнует больше, нежели другое. Но все дело в степенях сравнения. Нуля в этих определениях не существует. Поэтому никто не может быть безразличным.
6. «

   Ночные мысли всегда ярче, даже если пространство вокруг тише. Ведь, чередуясь с неизбежностью, люди заполняют его пластмассовыми чувствами. Безразличие давно уже зависло в воздухе, мешая дышать. Ты нужен им, когда ты нужен, и не нужен, если ты счастлив. Они просто будут рядом по умолчанию/всегда. Пустые люди вокруг тебя.

   Ночные мысли всегда ярче, даже если пространство вокруг тише. Ведь, чередуясь с неизбежностью, люди заполняют его пластмассовыми чувствами. Безразличие давно уже зависло в воздухе, мешая дышать. Ты нужен им, когда ты нужен, и не нужен, если ты счастлив. Они просто будут рядом по умолчанию/всегда. Пустые люди вокруг тебя.
7. «

   В одну секунду человек теряет всё – желания, стремления, даже мечты. Он застывает в своём горе, неподвижный, окруженный вихрем чужих жизней. Его душа кричит, но кто услышит этот беззвучный крик? Все пробегают мимо, никто не обращает внимания на его страшный, тоскливый вой. А ведь он был таким долгим, таким беспомощным, таким кровавым, как эти цветы, чей сок просачивается между моими сжатыми в кулак пальцами.

   В одну секунду человек теряет всё – желания, стремления, даже мечты. Он застывает в своём горе, неподвижный, окруженный вихрем чужих жизней. Его душа кричит, но кто услышит этот беззвучный крик? Все пробегают мимо, никто не обращает внимания на его страшный, тоскливый вой. А ведь он был таким долгим, таким беспомощным, таким кровавым, как эти цветы, чей сок просачивается между моими сжатыми в кулак пальцами.

   — Светлана Борыс · книга
8. «

   Я думал о том, как вынести молчание Бога.

   Я думал о том, как вынести молчание Бога.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Он знал, что миллиарды и миллиарды ничего не знают и ничего не хотят знать, а если и узнают, то поужасаются десять минут и снова вернутся на круги своя.

   Он знал, что миллиарды и миллиарды ничего не знают и ничего не хотят знать, а если и узнают, то поужасаются десять минут и снова вернутся на круги своя.

   — Аркадий Стругацкий · книга
10. «

    Лень, безразличие и отчаяние – вот наши главные враги. А совсем не гнев. Он наш друг, пусть и не самый кроткий, зато очень и очень преданный. Он не смолчит, если нас кто-то предал или если мы предали самих себя, и укажет, когда пришло время действовать, отстаивая свои интересы. Сам по себе гнев – не действие. Это приглашение к действию.

    Лень, безразличие и отчаяние – вот наши главные враги. А совсем не гнев. Он наш друг, пусть и не самый кроткий, зато очень и очень преданный. Он не смолчит, если нас кто-то предал или если мы предали самих себя, и укажет, когда пришло время действовать, отстаивая свои интересы. Сам по себе гнев – не действие. Это приглашение к действию.

    — Джулия Кэмерон · книга
11. «

    О том, как дерзких юношей в рабов Любовь в безумстве мудром обращает, Как губит в детство впавших стариков, Она уныло песню начинает.

    О том, как дерзких юношей в рабов Любовь в безумстве мудром обращает, Как губит в детство впавших стариков, Она уныло песню начинает.

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    Равнодушие — это болезнь. И я сожалею, что в медицине не ставят этот диагноз. В жизни, полной запахов, цветов и музыки, перед которой порой бывают бессильны наши огрубевшие струны. Оставаться слепым, глухим и немым — болезнь куда страшнее, чем жить в выдуманном мире.

    Равнодушие — это болезнь. И я сожалею, что в медицине не ставят этот диагноз. В жизни, полной запахов, цветов и музыки, перед которой порой бывают бессильны наши огрубевшие струны. Оставаться слепым, глухим и немым — болезнь куда страшнее, чем жить в выдуманном мире.
13. «

    Теперь, когда мир, в котором мы обитаем, огрубил наши сердца и сделал их бесчувственными к проявлениям низости и беспутства, нам иногда полезно взглянуть на предметы, все еще представляющиеся людям воплощением зла и пока еще способные пробудить от сна равнодушия нашу так похожую на тесто, вялую совесть.

    Теперь, когда мир, в котором мы обитаем, огрубил наши сердца и сделал их бесчувственными к проявлениям низости и беспутства, нам иногда полезно взглянуть на предметы, все еще представляющиеся людям воплощением зла и пока еще способные пробудить от сна равнодушия нашу так похожую на тесто, вялую совесть.

    — Томас Харрис · книга
14. «

    Порой я как будто горячо принимал к сердцу дело, совершенно чуждое моей повседневной жизни. Но по существу оставался к нему равнодушен, за исключением тех случаев, когда стесняли мою свободу. Как бы это сказать? Все скользило. Да, все скользило по поверхности моей души.

    Порой я как будто горячо принимал к сердцу дело, совершенно чуждое моей повседневной жизни. Но по существу оставался к нему равнодушен, за исключением тех случаев, когда стесняли мою свободу. Как бы это сказать? Все скользило. Да, все скользило по поверхности моей души.

    — Альбер Камю · книга
15. «

    — Ты даже не слушаешь меня. — Какое слово во фразе «Мне все равно» тебе не понятно?

    — Ты даже не слушаешь меня. — Какое слово во фразе «Мне все равно» тебе не понятно?

    — Бун Карлайл · сериал
16. «

    За плечами у нас двадцать лет брака. Двадцать лет взаимной обособленности и равнодушия к жизни.

    За плечами у нас двадцать лет брака. Двадцать лет взаимной обособленности и равнодушия к жизни.

    — Сергей Довлатов · книга
17. «

    Эта жестокая земля, дающая рождение всему живому, большому и малому. Какие плоды приносит она? Эта горькая земля. Часы жизни настраивают свои стрелки. Нужно успеть и поторопиться, пока еще есть силы, пока не угасло желание запускать вновь и вновь этот уставший часовой механизм. Жизнь неумолимо быстротечна. Что, если моя жизнь – одуванчик, дрожащий и тонкий. Коснись такого легким дыханием – и нет его больше. И единственным воспоминанием обо мне останется осиротевший стебель, покорно отдавший свои нахохлившиеся цветки ветреному сопернику.

    Эта жестокая земля, дающая рождение всему живому, большому и малому. Какие плоды приносит она? Эта горькая земля. Часы жизни настраивают свои стрелки. Нужно успеть и поторопиться, пока еще есть силы, пока не угасло желание запускать вновь и вновь этот уставший часовой механизм. Жизнь неумолимо быстротечна. Что, если моя жизнь – одуванчик, дрожащий и тонкий. Коснись такого легким дыханием – и нет его больше. И единственным воспоминанием обо мне останется осиротевший стебель, покорно отдавший свои нахохлившиеся цветки ветреному сопернику.
18. «

    Любой «сухарь» размачивается либо сверху, либо снизу.

    Любой «сухарь» размачивается либо сверху, либо снизу.

    — Евгений Янович Сатановский
19. «

    Хорошее и даже самое лучшее быстро приедается, если оно становится повседневным.

    Хорошее и даже самое лучшее быстро приедается, если оно становится повседневным.

    — Готхольд Эфраим Лессинг
20. «

    — Когда мне плевать на человека, я говорю, что у него красивые глаза. Что ты так смотришь? — Глаза у тебя красивые.

    — Когда мне плевать на человека, я говорю, что у него красивые глаза. Что ты так смотришь? — Глаза у тебя красивые.

    — Начос