44 цитаты на тему «безысходность» — подборка редакции

Собрали 44 цитаты на тему «безысходность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Иногда просто опускаешься на дно ужаса, задираешь лапки – а все равно никак не сдохнешь.

   Иногда просто опускаешься на дно ужаса, задираешь лапки – а все равно никак не сдохнешь.

   — Чарльз Буковски · книга
2. «

   Безнадежно закрытых дверей не бывает. Бывает неверно подобранный ключ.

   Безнадежно закрытых дверей не бывает. Бывает неверно подобранный ключ.

   — Лика Верх · книга
3. «

   Как сберечь — нет ли средства, нет ли, нет ли, есть ли в мире неизвестный узел, лента, шнур, крючок, ключ, цепь, замок, засов, чтоб удержать красоту, сберечь её, красоту, красоту, чтоб не уходила бы от нас? О, нельзя ль глубокий, страшный строй морщин этих строгим взглядом отогнать прочь? Вот взять и убрать мановением — этих скорбных, тихих, горьких вестников, что день красы погас? Нет, нельзя никак, о, нет, никак, и недолго вам хвалиться красотой, Сколько б ни измыслили прикрас. И подъемлет уже мудрость скорбный вой: Так начните же.

   Как сберечь — нет ли средства, нет ли, нет ли, есть ли в мире неизвестный узел, лента, шнур, крючок, ключ, цепь, замок, засов, чтоб удержать красоту, сберечь её, красоту, красоту, чтоб не уходила бы от нас? О, нельзя ль глубокий, страшный строй морщин этих строгим взглядом отогнать прочь? Вот взять и убрать мановением — этих скорбных, тихих, горьких вестников, что день красы погас? Нет, нельзя никак, о, нет, никак, и недолго вам хвалиться красотой, Сколько б ни измыслили прикрас. И подъемлет уже мудрость скорбный вой: Так начните же.

   — Чарльз Амброз · фильм
4. «

   Хочется надеть гольфы, встать на табуретку и так с выражением сказать: — **й!))))

   Хочется надеть гольфы, встать на табуретку и так с выражением сказать: — **й!))))
5. «

   Человек, дошедший до точки, уже не мечтает перевернуть мир.

   Человек, дошедший до точки, уже не мечтает перевернуть мир.
6. «

   Вы можете оставить своё жильё, выгрести и сжечь весь хлам, переехать из трущоб, отречься от собственной матери, купить новую одежду и машину – сменить всё своё окружение. Но что делать мозгу, мечущемуся как мышь в мышеловке?

   Вы можете оставить своё жильё, выгрести и сжечь весь хлам, переехать из трущоб, отречься от собственной матери, купить новую одежду и машину – сменить всё своё окружение. Но что делать мозгу, мечущемуся как мышь в мышеловке?

   — Рэй Брэдбери · книга
7. «

   Когда человека загоняют в угол, он только усугубляет безысходность, цепляясь за несбыточные надежды, будто какое-нибудь чудо всё изменит к лучшему, в таких случаях апатия бывает самым удобным душевным состоянием.

   Когда человека загоняют в угол, он только усугубляет безысходность, цепляясь за несбыточные надежды, будто какое-нибудь чудо всё изменит к лучшему, в таких случаях апатия бывает самым удобным душевным состоянием.

   — Юстейн Гордер · книга
8. «

   Зачем что-то делать, если всё равно мы однажды умрём!..

   Зачем что-то делать, если всё равно мы однажды умрём!..

   — Гомер Симпсон · мультфильм
9. «

   Дорожки кокаина разлетелись в прах, холодный кофе помнит вкус её помады... и вечером она мечтает о мечтах, а утром в зеркале боится своих взглядов...

   Дорожки кокаина разлетелись в прах, холодный кофе помнит вкус её помады... и вечером она мечтает о мечтах, а утром в зеркале боится своих взглядов...
10. «

    — Чарли... — Просто уйди. Оставь меня одного. Я — это уже не я. Я разваливаюсь на части, и ты не нужна мне.

    — Чарли... — Просто уйди. Оставь меня одного. Я — это уже не я. Я разваливаюсь на части, и ты не нужна мне.

    — Дэниел Киз · книга
11. «

    Я хочу со щемящей надеждой посмотреть на небо. Я хочу написать тебе длинное прощальное письмо, оскорбительное, небесное, грязное, самое нежное в мире. Я хочу назвать тебя ангелом, тварью, пожелать тебе счастья и благословить, и еще сказать, что где бы ты ни была, куда бы ни укрылась — моя кровь мириадом непрощающих, никогда не простящих частиц будет виться вокруг тебя. Я хочу забыть, отдохнуть, сесть в поезд, уехать в Россию, пить пиво и есть раков теплым вечером на качающемся поплавке над Невой. Я хочу преодолеть отвратительное чувство оцепенения: у людей нет лиц, у слов нет звука, ни в чем нет смысла. Я хочу разбить его, все равно как. Я хочу просто перевести дыхание, глотнуть воздуху. Но никакого воздуха нет.

    Я хочу со щемящей надеждой посмотреть на небо. Я хочу написать тебе длинное прощальное письмо, оскорбительное, небесное, грязное, самое нежное в мире. Я хочу назвать тебя ангелом, тварью, пожелать тебе счастья и благословить, и еще сказать, что где бы ты ни была, куда бы ни укрылась — моя кровь мириадом непрощающих, никогда не простящих частиц будет виться вокруг тебя. Я хочу забыть, отдохнуть, сесть в поезд, уехать в Россию, пить пиво и есть раков теплым вечером на качающемся поплавке над Невой. Я хочу преодолеть отвратительное чувство оцепенения: у людей нет лиц, у слов нет звука, ни в чем нет смысла. Я хочу разбить его, все равно как. Я хочу просто перевести дыхание, глотнуть воздуху. Но никакого воздуха нет.

    — Георгий Иванов · книга
12. «

    Опустошенный человек способен на что угодно — и, припертый к стене, может признаться в убийстве, которого не совершал.

    Опустошенный человек способен на что угодно — и, припертый к стене, может признаться в убийстве, которого не совершал.

    — Маргарет Мадзантини · книга
13. «

    Когда лишаешься всего, любая мелочь, напоминающая нам о счастливом прошлом, может оказаться чрезвычайно ценной и необходимой.

    Когда лишаешься всего, любая мелочь, напоминающая нам о счастливом прошлом, может оказаться чрезвычайно ценной и необходимой.
14. «

    Вроде слиты в одно и, однако, не схожи — «Никогда» и «когда-нибудь» слишком похожи...

    Вроде слиты в одно и, однако, не схожи — «Никогда» и «когда-нибудь» слишком похожи...

    — Татьяна Устименко · книга
15. «

    Нас бесит, когда нам указывают, что нам делать, но не знаем, что делать, пока кто-нибудь нам не скажет. Пусть кто-нибудь другой думает вместо нас и действует вместо нас. Пусть они строят дома, дороги, делают автомобили, проводят газ, свет, воду и канализацию. А мы будем сидеть тут, на наших мозолистых задницах с опущенными руками.

    Нас бесит, когда нам указывают, что нам делать, но не знаем, что делать, пока кто-нибудь нам не скажет. Пусть кто-нибудь другой думает вместо нас и действует вместо нас. Пусть они строят дома, дороги, делают автомобили, проводят газ, свет, воду и канализацию. А мы будем сидеть тут, на наших мозолистых задницах с опущенными руками.

    — Беатрис Спаркс · книга
16. «

    Отступление — не выход. Наступление — не выход. Оставаться на месте — не выход. Выхода вообще нет.

    Отступление — не выход. Наступление — не выход. Оставаться на месте — не выход. Выхода вообще нет.

    — Рик Янси · книга
17. «

    Лучше бы чувства не возвращались – такая беспросветная навалилась безысходность, но что ж поделаешь.

    Лучше бы чувства не возвращались – такая беспросветная навалилась безысходность, но что ж поделаешь.

    — Гарри Гаррисон · книга
18. «

    Мы не властны над своими судьбами. Но сознавать это каждую минуту было бы слишком горько.

    Мы не властны над своими судьбами. Но сознавать это каждую минуту было бы слишком горько.

    — Филип Пулман · книга
19. «

    Я кричу от кипящей внутри меня боли, но ничего кроме тишины не оглушает мой крик. Я обречён блуждать по лабиринту изгибов и поворотов. Это конец, выхода нет...

    Я кричу от кипящей внутри меня боли, но ничего кроме тишины не оглушает мой крик. Я обречён блуждать по лабиринту изгибов и поворотов. Это конец, выхода нет...
20. «

    Безысходность. Что может быть хуже? Мы бежим по лабиринту своего сознания в поисках выхода, но его нет. Это замкнутый круг, в который заковывает потерянная надежда. Боль и ненависть к судьбе рондообразно проходят по телу, усиливаясь с каждой новой волной. Мы осознаём, что ничего нельзя сделать, но не можем смириться с этим. Пытаемся бороться, разбивая руки в кровь об ненавистные стены, которые преграждают путь к спасению. Разрываемся на части от накопленных эмоций. Хочется кричать, метаться из угла в угол, проклиная весь мир. Мы теряем веру в лучшее, в людей, в себя. Ненавидим за слабость и готовы принести величайшие жертвы ради выхода. Но его нет, просто нет.

    Безысходность. Что может быть хуже? Мы бежим по лабиринту своего сознания в поисках выхода, но его нет. Это замкнутый круг, в который заковывает потерянная надежда. Боль и ненависть к судьбе рондообразно проходят по телу, усиливаясь с каждой новой волной. Мы осознаём, что ничего нельзя сделать, но не можем смириться с этим. Пытаемся бороться, разбивая руки в кровь об ненавистные стены, которые преграждают путь к спасению. Разрываемся на части от накопленных эмоций. Хочется кричать, метаться из угла в угол, проклиная весь мир. Мы теряем веру в лучшее, в людей, в себя. Ненавидим за слабость и готовы принести величайшие жертвы ради выхода. Но его нет, просто нет.