42 цитаты «блокада»: от классиков до современников

42 цитаты про «блокада»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Наверное, Бог дает горе для того, чтобы потом научиться жить в радости.

   Наверное, Бог дает горе для того, чтобы потом научиться жить в радости.

   — Ирина Богданова · книга
2. «

   Нормы выдачи хлеба с 20 ноября по 25 декабря 1941 года: рабочим — 250 граммов, служащим и членам их семей — 125 граммов; личному составу военизированной охраны, пожарных команд, истребительных отрядов, ремесленных училищ и школ ФЗО, находившемуся на котловом довольствии. — 300 граммов.

   Нормы выдачи хлеба с 20 ноября по 25 декабря 1941 года: рабочим — 250 граммов, служащим и членам их семей — 125 граммов; личному составу военизированной охраны, пожарных команд, истребительных отрядов, ремесленных училищ и школ ФЗО, находившемуся на котловом довольствии. — 300 граммов.

   — Ирина Богданова · книга
3. «

   В народе говорят, что для рождения и смерти время не выбирают. И свадьбу тоже надо играть, когда любовь пришла.

   В народе говорят, что для рождения и смерти время не выбирают. И свадьбу тоже надо играть, когда любовь пришла.

   — Василий Ардаматский · книга
4. «

   Огромная роль в медицинском обслуживании людей на льду принадлежала созданным в самом начале действия ледовой дороги специальным перевязочно — обогревательным пунктам. В их задачу входило обогревание людей и оказание им первой медицинской помощи. Эти пункты находились в постоянной готовности, так как противник постоянно обстреливал и бомбардировал трассу.

   Огромная роль в медицинском обслуживании людей на льду принадлежала созданным в самом начале действия ледовой дороги специальным перевязочно — обогревательным пунктам. В их задачу входило обогревание людей и оказание им первой медицинской помощи. Эти пункты находились в постоянной готовности, так как противник постоянно обстреливал и бомбардировал трассу.

   — Ирина Богданова · книга
5. «

   Какая длинная зима, Как время медленно крадётся!.. В ночи ни люди, ни дома, Не знают, кто из них проснётся.

   Какая длинная зима, Как время медленно крадётся!.. В ночи ни люди, ни дома, Не знают, кто из них проснётся.

   — Юрий Воронов
6. «

   Отсюда, из блокады, я ужасаюсь своему прошлому и скорблю, что для исцеления моей души понадобилась война.

   Отсюда, из блокады, я ужасаюсь своему прошлому и скорблю, что для исцеления моей души понадобилась война.

   — Ирина Богданова · книга
7. «

   Театр завораживал, увлекал, дарил забытую радость. Неудивительно, что театральные билеты на чёрном рынке шли равноценно куску хлеба.

   Театр завораживал, увлекал, дарил забытую радость. Неудивительно, что театральные билеты на чёрном рынке шли равноценно куску хлеба.

   — Ирина Богданова · книга
8. «

   Снаряды барабанили слева и справа. Катя их не боялась, она вообще ничего не чувствовала, но, слыша раскат выстрела, наклонялась и прикрывала раненого своим телом. Не потому что она его любила, а потом что так надо, и это «надо» сейчас было самым главным на свете.

   Снаряды барабанили слева и справа. Катя их не боялась, она вообще ничего не чувствовала, но, слыша раскат выстрела, наклонялась и прикрывала раненого своим телом. Не потому что она его любила, а потом что так надо, и это «надо» сейчас было самым главным на свете.

   — Ирина Богданова · книга
9. «

   Сегодня это кажется невероятным, но осаждённый город давал фронту танки. За первые полгода блокады — более 700 машин!

   Сегодня это кажется невероятным, но осаждённый город давал фронту танки. За первые полгода блокады — более 700 машин!

   — Ирина Богданова · книга
10. «

    Мне на войне не повстречался он, Хоть знал я многих фронтовых шофёров, Но хлеб, который автобатальон Доставил в наш непобедимый город, Но кровь, что он для раненых привёз, Хотя по льду хлестала смерть вдогонку, Но дети, что нам дороги до слёз, Усаженные в мёрзлую трёхтонку, Так сблизили и породнили нас, Хоть не встречались ни в гостях, ни дома. Как будто и меня в войну он спас, До самой малой чёрточки знакомый...

    Мне на войне не повстречался он, Хоть знал я многих фронтовых шофёров, Но хлеб, который автобатальон Доставил в наш непобедимый город, Но кровь, что он для раненых привёз, Хотя по льду хлестала смерть вдогонку, Но дети, что нам дороги до слёз, Усаженные в мёрзлую трёхтонку, Так сблизили и породнили нас, Хоть не встречались ни в гостях, ни дома. Как будто и меня в войну он спас, До самой малой чёрточки знакомый...

    — Ирина Богданова · книга
11. «

    С конца января в городе иждивенцам вместо ста двадцати пяти стали давать по двести пятьдесят граммов хлеба, служащим триста, а рабочим четыреста.

    С конца января в городе иждивенцам вместо ста двадцати пяти стали давать по двести пятьдесят граммов хлеба, служащим триста, а рабочим четыреста.

    — Ирина Богданова · книга
12. «

    Батюшка передвигался с трудом, остаться дома не мог, потому что люди ждали утешения и ободрения, и кто, как не Господь поставил его служить в блокадном городе? «Блаженны плачущие, ибо они утешатся».

    Батюшка передвигался с трудом, остаться дома не мог, потому что люди ждали утешения и ободрения, и кто, как не Господь поставил его служить в блокадном городе? «Блаженны плачущие, ибо они утешатся».

    — Ирина Богданова · книга
13. «

    Тринадцать сотрудников Всесоюзного института растениеводства в блокаду остались в Ленинграде и спасли от уничтожения вавиловскую коллекцию — десятки тонн зерна и тонны картофеля. Американский журналист Джорджи Эйн Гейер в статье «900 дней самопожертвования» спрашивает, почему ленинградские ученые за коллекцию заплатили жизнью: «Русский дух? Самопожертвование? Желание сохранить материальные ценности7» Действительно, почему?

    Тринадцать сотрудников Всесоюзного института растениеводства в блокаду остались в Ленинграде и спасли от уничтожения вавиловскую коллекцию — десятки тонн зерна и тонны картофеля. Американский журналист Джорджи Эйн Гейер в статье «900 дней самопожертвования» спрашивает, почему ленинградские ученые за коллекцию заплатили жизнью: «Русский дух? Самопожертвование? Желание сохранить материальные ценности7» Действительно, почему?

    — Ирина Богданова · книга
14. «

    В последнее время бомбить стали меньше, а обстрелы, наоборот, усилились. Из-за внезапности горожане обстрелов боялись больше, потому что проход по городу становился чем-то вроде лотереи: убьёт — не убьёт.

    В последнее время бомбить стали меньше, а обстрелы, наоборот, усилились. Из-за внезапности горожане обстрелов боялись больше, потому что проход по городу становился чем-то вроде лотереи: убьёт — не убьёт.

    — Ирина Богданова · книга
15. «

    За одну неделю ленинградские школьники собрали более миллиона бутылок. Бутылки были залиты горючей смесью и отправлены на фронт.

    За одну неделю ленинградские школьники собрали более миллиона бутылок. Бутылки были залиты горючей смесью и отправлены на фронт.

    — Ирина Богданова · книга
16. «

    Часто бывает — большая беда шелуху с людей счищает, и оказывается, что у иных под грязной коркой — чистое золото, а у других под пушистой шкуркой — комок грязи.

    Часто бывает — большая беда шелуху с людей счищает, и оказывается, что у иных под грязной коркой — чистое золото, а у других под пушистой шкуркой — комок грязи.

    — Ирина Богданова · книга
17. «

    В Октябре ленинградские окна обросли жестяными печными трубами. Отопления не было и буржуйки клепались из любых подручных средств. Большой удачей считалось достать железную бочку или огромный молочный бидон.

    В Октябре ленинградские окна обросли жестяными печными трубами. Отопления не было и буржуйки клепались из любых подручных средств. Большой удачей считалось достать железную бочку или огромный молочный бидон.

    — Ирина Богданова · книга
18. «

    Пленный ефрейтор 1-й батареи 768-го артдивизиона Вилли Беккер на Нюрнбергском процессе говорил: "...задача дивизиона состояла в обстреле Ленинграда. Командир батареи мне сказал: «Ваша задача — уничтожение Ленинграда». Мы точно знали, что в Ленинграде много гражданского населения, по нему мы и стреляли».

    Пленный ефрейтор 1-й батареи 768-го артдивизиона Вилли Беккер на Нюрнбергском процессе говорил: "...задача дивизиона состояла в обстреле Ленинграда. Командир батареи мне сказал: «Ваша задача — уничтожение Ленинграда». Мы точно знали, что в Ленинграде много гражданского населения, по нему мы и стреляли».

    — Ирина Богданова · книга
19. «

    Мама умерла от голода... Её выбросили на лестницу... Никакая правда не имела права быть такой бесчеловечной.

    Мама умерла от голода... Её выбросили на лестницу... Никакая правда не имела права быть такой бесчеловечной.

    — Тамара Петкевич · книга
20. «

    — Зачем стучит в репродукторе? — Метроном стучит. Это чтоб население знало, что радио работает. Круглосуточно диктора не посадишь, им тоже спать надо. В Ленинграде запрещено радио выключать, чтоб народ вовремя оповестить о воздушной тревоге. Медленно стучит — отбой, а быстро, значит жильцам бежать в бомбоубежище.

    — Зачем стучит в репродукторе? — Метроном стучит. Это чтоб население знало, что радио работает. Круглосуточно диктора не посадишь, им тоже спать надо. В Ленинграде запрещено радио выключать, чтоб народ вовремя оповестить о воздушной тревоге. Медленно стучит — отбой, а быстро, значит жильцам бежать в бомбоубежище.

    — Ирина Богданова · книга