24 цитаты про «боевые искусства», проверенных временем

Собрали 24 цитаты на тему «боевые искусства» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Когда дело доходит до схватки, избравшие путь воинов должны думать только об уничтожении врага, подавлять сострадания и все человеческие чувства. Убивать всех, кто окажется на пути, даже если это будет сам Будда. Эта истина является основой основ боевого искусства.

   Когда дело доходит до схватки, избравшие путь воинов должны думать только об уничтожении врага, подавлять сострадания и все человеческие чувства. Убивать всех, кто окажется на пути, даже если это будет сам Будда. Эта истина является основой основ боевого искусства.

   — Хаттори Ханзо · фильм
2. «

   Поначалу я был лишь каратистом, который пробует себя в роли актера. Сегодня я стал актером.

   Поначалу я был лишь каратистом, который пробует себя в роли актера. Сегодня я стал актером.

   — Дольф Лундгрен
3. «

   Правило первое: будь на ногах и наготове. Правило второе: покажи, с кем они будут иметь дело. Правило третье: вычисли вожака. Правило четвёртое: вожак выступает первым. Правило пятое: никогда не отступай.

   Правило первое: будь на ногах и наготове. Правило второе: покажи, с кем они будут иметь дело. Правило третье: вычисли вожака. Правило четвёртое: вожак выступает первым. Правило пятое: никогда не отступай.

   — Ли Чайлд · книга
4. «

   Познание тела лежит через познание Духа. Не познавший себя — не познает каратэ.

   Познание тела лежит через познание Духа. Не познавший себя — не познает каратэ.

   — Масутацу Ояма
5. «

   Изучение боевых искусств сделает умного от природы ещё умнее, а глупого от природы — не столь безнадёжным.

   Изучение боевых искусств сделает умного от природы ещё умнее, а глупого от природы — не столь безнадёжным.

   — Дайдодзи Юдзан
6. «

   У одного высокого китайского чиновника был единственный сын. Рос он неглупым мальчиком, но был неусидчивым, и чему бы его ни пытались научить, он ни в чём не проявлял усердия, поэтому его знания были поверхностны. Мальчик рисовал и даже играл на флейте, но безыскусно; изучал законы, но даже простые писцы знали больше него. Отец, обеспокоенный таким положением, чтобы сделать дух сына твёрдым, как и полагается настоящему мужу, отдал его в ученики известному мастеру боевых искусств. Однако юноше вскоре надоело повторять однообразные движения ударов. И он обратился к мастеру: – Учитель! Сколько можно повторять одни и те же движения? Не пора ли мне изучать настоящее боевое искусство, коим так славится ваша школа? Мастер ничего не ответил, но позволил мальчику повторять движения за старшими учениками, и вскоре юноша уже знал множество приёмов. Однажды мастер подозвал юношу и предал ему свиток с письмом. – Отнеси это письмо своему отцу. Юноша взял письмо и пошёл в соседний город, где жил его отец. Дорога в город огибала большой луг, посередине которого какой-то старик тренировал удар рукой. И пока юноша обходил по дороге луг, старик без устали отрабатывал один и тот же удар. – Эй, старик! – крикнул юноша. – Будет тебе молотить воздух! Ты всё равно не сможешь побить даже ребёнка! Старик крикнул в ответ, что пусть он сначала попробует его победить, а потом смеётся. Юноша принял вызов. Десять раз он пробовал напасть на старика и десять раз старик сбивал его с ног одним и тем же ударом руки. Ударом, который он до этого без устали отрабатывал. После десятого раза юноша уже не мог продолжать бой. – Я бы мог убить тебя с первого же удара! – сказал старик. – Но ты ещё молод и глуп. Ступай своей дорогой. Пристыженный, юноша добрался до дома отца и передал ему письмо. Развернув свиток, отец вернул его сыну: – Это тебе. Каллиграфическим почерком учителя на нём было начертано: «Один удар, доведённый до совершенства, лучше, чем сто недоученных».

   У одного высокого китайского чиновника был единственный сын. Рос он неглупым мальчиком, но был неусидчивым, и чему бы его ни пытались научить, он ни в чём не проявлял усердия, поэтому его знания были поверхностны. Мальчик рисовал и даже играл на флейте, но безыскусно; изучал законы, но даже простые писцы знали больше него. Отец, обеспокоенный таким положением, чтобы сделать дух сына твёрдым, как и полагается настоящему мужу, отдал его в ученики известному мастеру боевых искусств. Однако юноше вскоре надоело повторять однообразные движения ударов. И он обратился к мастеру: – Учитель! Сколько можно повторять одни и те же движения? Не пора ли мне изучать настоящее боевое искусство, коим так славится ваша школа? Мастер ничего не ответил, но позволил мальчику повторять движения за старшими учениками, и вскоре юноша уже знал множество приёмов. Однажды мастер подозвал юношу и предал ему свиток с письмом. – Отнеси это письмо своему отцу. Юноша взял письмо и пошёл в соседний город, где жил его отец. Дорога в город огибала большой луг, посередине которого какой-то старик тренировал удар рукой. И пока юноша обходил по дороге луг, старик без устали отрабатывал один и тот же удар. – Эй, старик! – крикнул юноша. – Будет тебе молотить воздух! Ты всё равно не сможешь побить даже ребёнка! Старик крикнул в ответ, что пусть он сначала попробует его победить, а потом смеётся. Юноша принял вызов. Десять раз он пробовал напасть на старика и десять раз старик сбивал его с ног одним и тем же ударом руки. Ударом, который он до этого без устали отрабатывал. После десятого раза юноша уже не мог продолжать бой. – Я бы мог убить тебя с первого же удара! – сказал старик. – Но ты ещё молод и глуп. Ступай своей дорогой. Пристыженный, юноша добрался до дома отца и передал ему письмо. Развернув свиток, отец вернул его сыну: – Это тебе. Каллиграфическим почерком учителя на нём было начертано: «Один удар, доведённый до совершенства, лучше, чем сто недоученных».
7. «

   Я никогда не был жестоким, но контактный поединок помог мне самоутвердиться. Били меня, бил я — и мне это нравилось. Занимался я как одержимый: сотнями колол кирпичи и доски, на улицах постоянно ввязывался в драки, а на тренировки приходил, предварительно размявшись, чтобы сразу кинуться в спарринг.

   Я никогда не был жестоким, но контактный поединок помог мне самоутвердиться. Били меня, бил я — и мне это нравилось. Занимался я как одержимый: сотнями колол кирпичи и доски, на улицах постоянно ввязывался в драки, а на тренировки приходил, предварительно размявшись, чтобы сразу кинуться в спарринг.

   — Дольф Лундгрен
8. «

   Никакое боевое искусство вам не поддастся, пока вы настроены на зло.

   Никакое боевое искусство вам не поддастся, пока вы настроены на зло.

   — Дональд · сериал
9. «

   — Анекдоты хорошо, а что все-таки с песней? — Извини, за пять минут всю песню не вспомню. Если только первый куплет осилю.

   — Анекдоты хорошо, а что все-таки с песней? — Извини, за пять минут всю песню не вспомню. Если только первый куплет осилю.

   — Виктор Селезнев
10. «

    Мне грустно, когда я думаю, что показал только, как боевые искусства причиняют людям боль. Мне не выпало шанса доказать, что самое главное — это не бой. Это познание гармонии Инь и Ян, баланса между черным и белым. Только познав гармонию, ты станешь великим.

    Мне грустно, когда я думаю, что показал только, как боевые искусства причиняют людям боль. Мне не выпало шанса доказать, что самое главное — это не бой. Это познание гармонии Инь и Ян, баланса между черным и белым. Только познав гармонию, ты станешь великим.

    — Джет Ли
11. «

    — Ну расскажи нам, как ты его порезал! — Я его порезал, но не ножом, чувак! — Вчера ты точно мне сказал, что зарезал гада! — Я его исполосовал вот этими руками! У меня стальной пояс по кунг-фу. Брюс Ли был моим сенсеем. <...> — Кто-то из-за тебя в больницу загремел. А у тебя даже синяков нет! — Вот именно! — Потому что я по карате спец! Ты понял, нет? А у таких профи все синяки не снаружи, а внутри! И слабость они свою не показывают!

    — Ну расскажи нам, как ты его порезал! — Я его порезал, но не ножом, чувак! — Вчера ты точно мне сказал, что зарезал гада! — Я его исполосовал вот этими руками! У меня стальной пояс по кунг-фу. Брюс Ли был моим сенсеем. <...> — Кто-то из-за тебя в больницу загремел. А у тебя даже синяков нет! — Вот именно! — Потому что я по карате спец! Ты понял, нет? А у таких профи все синяки не снаружи, а внутри! И слабость они свою не показывают!

    — Билли Рэй Валентайн · фильм
12. «

    Только вперёд, другого пути не дано, Не ошибаться, не отступать перед врагом, Вариантов нет и новых не дано, по сути Главная задача не опускать руки.

    Только вперёд, другого пути не дано, Не ошибаться, не отступать перед врагом, Вариантов нет и новых не дано, по сути Главная задача не опускать руки.
13. «

    Врагов вокруг тебя плодит твое стремление выпятить собственное эго. Я не особенный, я просто кучу времени потратил на боевые искусства. Теперь я показываю, что умею. В мире есть много людей, которые могут сделать то же самое.

    Врагов вокруг тебя плодит твое стремление выпятить собственное эго. Я не особенный, я просто кучу времени потратил на боевые искусства. Теперь я показываю, что умею. В мире есть много людей, которые могут сделать то же самое.

    — Джет Ли
14. «

    Если вы доверяете себе, любой ваш выбор будет верным. Если вы не доверяете себе, все, что вы делаете, будет неверным.

    Если вы доверяете себе, любой ваш выбор будет верным. Если вы не доверяете себе, все, что вы делаете, будет неверным.

    — Дэвид Кэррадайн
15. «

    Это не афишируется, об этом не принято говорить вслух, но ни один из попытавшихся разнюхать и предать огласке правила адептов Тьмы элементарно долго не живут. Долго не живут... но и умирают не быстро. Во все времена бедные и угнетаемые тешили себя мыслью, что в смерти все равны. Но появились бессмертные одарённые. Да, это бессмертие техническое — скорее несмертие, потому что любого одарённого можно убить. Да, за последнюю сотню лет не один одарённый не умер своей смертью, кроме адептов. И если об этом узнает широкие сообщества, то сойдут с ума от ярости. Ведь как смириться с мыслью, что ваша жизнь будет короткой и не комфортной, а у адептов жизнь будет продолжаться хорошо и вечно... А теперь я вижу по глазам, до вас дошёл весь глубокий смысл демонстрации тьмы. Да, наша грядущая жизнь, как адептов — такая же рискованная демонстрация умений. И если вы не удержите контроль, то вам не дадут стоять на месте, спокойно контролируя весь ход жизни. Боевая устойчивость — это способ предпринимать непрерывные действия для обучения контроля умения на рефлекторном уровне.

    Это не афишируется, об этом не принято говорить вслух, но ни один из попытавшихся разнюхать и предать огласке правила адептов Тьмы элементарно долго не живут. Долго не живут... но и умирают не быстро. Во все времена бедные и угнетаемые тешили себя мыслью, что в смерти все равны. Но появились бессмертные одарённые. Да, это бессмертие техническое — скорее несмертие, потому что любого одарённого можно убить. Да, за последнюю сотню лет не один одарённый не умер своей смертью, кроме адептов. И если об этом узнает широкие сообщества, то сойдут с ума от ярости. Ведь как смириться с мыслью, что ваша жизнь будет короткой и не комфортной, а у адептов жизнь будет продолжаться хорошо и вечно... А теперь я вижу по глазам, до вас дошёл весь глубокий смысл демонстрации тьмы. Да, наша грядущая жизнь, как адептов — такая же рискованная демонстрация умений. И если вы не удержите контроль, то вам не дадут стоять на месте, спокойно контролируя весь ход жизни. Боевая устойчивость — это способ предпринимать непрерывные действия для обучения контроля умения на рефлекторном уровне.

    — Сергей Извольский · книга
16. «

    Традиции традициями, но в боевом искусстве, которое не несет смерть, нет никакого смысла.

    Традиции традициями, но в боевом искусстве, которое не несет смерть, нет никакого смысла.

    — Ген · игра
17. «

    Твои противники — твои самые главные учителя. Учись у них. Изучай их манеру боя, перенимай самые эффективные приемы и оборачивай против них в самый неожиданный момент.

    Твои противники — твои самые главные учителя. Учись у них. Изучай их манеру боя, перенимай самые эффективные приемы и оборачивай против них в самый неожиданный момент.

    — Виктор Селезнев
18. «

    Боевые искусства были придуманы слабыми, чтобы успешно противостоять сильным.

    Боевые искусства были придуманы слабыми, чтобы успешно противостоять сильным.
19. «

    И после трапезы – один час для отдыха. Всего один, невозможно короткий час. В первый же день монашества Маленький Архат незаметно подсказал Змеенышу, задержавшись на миг около Цая и шепнув, ни к кому вроде бы конкретно не обращаясь: – Новички не отдыхают. Как правило, первым делом они идут осматривать оружейную… И Змееныш покорно двинулся осматривать Большой зал оружия. Час пролетал подобно мигу. И вновь наступал черед воинского искусства, но уже не общий для всей братии: отдельно строились новички, отдельно – «опоясанные веревкой», отдельно от тех и других – знатоки-шифу, хранители секретов и умений. И – что сразу заинтересовало Змееныша – в отличие от мирских школ и школ иных обителей, здесь никогда не допускали свободного поединка (пусть даже и учебного, пусть по договоренности!), если монах-воин провел в усердных занятиях менее трех лет. До того – нет тебе соперника, нет тебе помощника! Сам трудись! Воистину: Пока готовится рука Для ноши кулака — Пройдет снаружи год иль два, В душе пройдут века! И на закате – ужин.

    И после трапезы – один час для отдыха. Всего один, невозможно короткий час. В первый же день монашества Маленький Архат незаметно подсказал Змеенышу, задержавшись на миг около Цая и шепнув, ни к кому вроде бы конкретно не обращаясь: – Новички не отдыхают. Как правило, первым делом они идут осматривать оружейную… И Змееныш покорно двинулся осматривать Большой зал оружия. Час пролетал подобно мигу. И вновь наступал черед воинского искусства, но уже не общий для всей братии: отдельно строились новички, отдельно – «опоясанные веревкой», отдельно от тех и других – знатоки-шифу, хранители секретов и умений. И – что сразу заинтересовало Змееныша – в отличие от мирских школ и школ иных обителей, здесь никогда не допускали свободного поединка (пусть даже и учебного, пусть по договоренности!), если монах-воин провел в усердных занятиях менее трех лет. До того – нет тебе соперника, нет тебе помощника! Сам трудись! Воистину: Пока готовится рука Для ноши кулака — Пройдет снаружи год иль два, В душе пройдут века! И на закате – ужин.

    — Генри Лайон Олди · книга
20. «

    — Если и правда хочешь стать сильным — могу подсказать верный способ. — Я стану таким как ты? — Если придешь туда и будешь заниматься точно станешь сильным. — Точно? Точно? Точно? — Только единственное условие... Если доживешь.

    — Если и правда хочешь стать сильным — могу подсказать верный способ. — Я стану таким как ты? — Если придешь туда и будешь заниматься точно станешь сильным. — Точно? Точно? Точно? — Только единственное условие... Если доживешь.