65 цитат на тему «большинство» — читать онлайн

65 цитат про «большинство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Род человеческий постоянно развивается. Передовое меньшинство стремится вперед, не зная, ни куда оно движется, ни что нас ждет за поворотом. Оно бредет неуклюже, на ощупь. Оно полно сомнений. А в это время основная масса, состоящая из реакционеров, тянет человечество назад, будя в нем самые низменные инстинкты. Масса действует эффективно и совершенно уверена в себе.

   Род человеческий постоянно развивается. Передовое меньшинство стремится вперед, не зная, ни куда оно движется, ни что нас ждет за поворотом. Оно бредет неуклюже, на ощупь. Оно полно сомнений. А в это время основная масса, состоящая из реакционеров, тянет человечество назад, будя в нем самые низменные инстинкты. Масса действует эффективно и совершенно уверена в себе.

   — Бернар Вербер · книга
2. «

   Если бы каждый держался за то, что ему причитается, как мученик за веру, это очень бы способствовало счастью и благополучию всех.

   Если бы каждый держался за то, что ему причитается, как мученик за веру, это очень бы способствовало счастью и благополучию всех.

   — Шарлотта Бронте · книга
3. «

   0000742. Если ты не примкнул к нам, ты — не штык. Штык направляют, а не наоборот.

   0000742. Если ты не примкнул к нам, ты — не штык. Штык направляют, а не наоборот.
4. «

   Причина, по которой большинство людей не достигают в своей жизни большего, заключается в том, что они всегда заняты подготовкой к тому, чтобы подготовиться.

   Причина, по которой большинство людей не достигают в своей жизни большего, заключается в том, что они всегда заняты подготовкой к тому, чтобы подготовиться.

   — Аллан Пиз · книга
5. «

   Может быть, сумасшествие — быть одному против всех? Когда-то безумством была вера в то, что Земля вращается вокруг Солнца, сегодня — вера в то, что прошлое нельзя изменить. Возможно, он один верит в это, а раз он один, то это безумие.

   Может быть, сумасшествие — быть одному против всех? Когда-то безумством была вера в то, что Земля вращается вокруг Солнца, сегодня — вера в то, что прошлое нельзя изменить. Возможно, он один верит в это, а раз он один, то это безумие.

   — Джордж Оруэлл · книга
6. «

   При правлении однородного и доктринерского большинства демократия может оказаться не менее тиранической, чем худшая из диктатур.

   При правлении однородного и доктринерского большинства демократия может оказаться не менее тиранической, чем худшая из диктатур.

   — Фридрих Август фон Хайек
7. «

   Всякая стадность — прибежище неодаренности, все равно верность ли это Соловьеву, или Канту, или Марксу. Истину ищут лишь одиночки и порывают со всеми, кто любит ее недостаточно.

   Всякая стадность — прибежище неодаренности, все равно верность ли это Соловьеву, или Канту, или Марксу. Истину ищут лишь одиночки и порывают со всеми, кто любит ее недостаточно.

   — Борис Леонидович Пастернак · книга
8. «

   — Я живу по антиобщественному закону: если большинство считает, что нужно делать так-то и так-то, я поступаю по-другому. — Значит, большинство не правы? — Да, именно так.

   — Я живу по антиобщественному закону: если большинство считает, что нужно делать так-то и так-то, я поступаю по-другому. — Значит, большинство не правы? — Да, именно так.

   — Рикки Рома · фильм
9. «

   Ошибка остаётся ошибкой, даже если ошибаются большинство.

   Ошибка остаётся ошибкой, даже если ошибаются большинство.

   — Бернар Вербер · книга
10. «

    0000928. Большинство в обществе копит противоречия, видит плохо и не дальше своего носа, ему противостоят философы, которые сличают, сравнивают и сопоставляют, чтобы стать ушами и глазами каждого.

    0000928. Большинство в обществе копит противоречия, видит плохо и не дальше своего носа, ему противостоят философы, которые сличают, сравнивают и сопоставляют, чтобы стать ушами и глазами каждого.
11. «

    — Аттикус, ты, наверно, не прав. — Как так? — Ну, ведь почти все думают, что они правы, а ты нет... — Они имеют право так думать, и их мнение, безусловно, надо уважать, — сказал Аттикус. – Но чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой. Есть у человека нечто такое, что не подчиняется большинству, – это его совесть.

    — Аттикус, ты, наверно, не прав. — Как так? — Ну, ведь почти все думают, что они правы, а ты нет... — Они имеют право так думать, и их мнение, безусловно, надо уважать, — сказал Аттикус. – Но чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой. Есть у человека нечто такое, что не подчиняется большинству, – это его совесть.

    — Харпер Ли · книга
12. «

    — Простите за этого идиота! Шиллер и Гете составляют меньшинство в Германии. — Я заметил.

    — Простите за этого идиота! Шиллер и Гете составляют меньшинство в Германии. — Я заметил.
13. «

    Больное дерево лесника не волнует. Он за лес отвечает.

    Больное дерево лесника не волнует. Он за лес отвечает.

    — Олег Петрович Осипов
14. «

    0001363. Обычно ищут подтверждений тому, что голосами обросло. Тогда как смысла нет в обоснованьях того, что стало общепризнанным давно.

    0001363. Обычно ищут подтверждений тому, что голосами обросло. Тогда как смысла нет в обоснованьях того, что стало общепризнанным давно.
15. «

    Кто же, если не большинство, должен решать, что делать?

    Кто же, если не большинство, должен решать, что делать?

    — Айн Рэнд · книга
16. «

    Разбойник с большой дороги, участвует ли он в шай­ке или грабит в одиночку, равно остается грабителем; и нация, затевающая неправедную войну, есть не что иное, как большая шайка грабителей.

    Разбойник с большой дороги, участвует ли он в шай­ке или грабит в одиночку, равно остается грабителем; и нация, затевающая неправедную войну, есть не что иное, как большая шайка грабителей.

    — Бенджамин Франклин
17. «

    Я расскажу про тех, кто остаётся в середине. Не про неудачников – их повесть слишком горька и скучна. Не про победителей – их историю не рассказать словами. Люди середины – их всегда больше, чем победителей и проигравших. На любой планете, у любой расы…Когда-то проблемы решались очень просто. Если одно племя обрело разум, а другое так и осталось стаей – оно превращалось в пищу. В мишень для стрел, которые не сумело придумать. В костяные наконечники для копий. Это были простые времена – и они ещё долго оставались такими. Те, кто опоздал в гонке, кто отстал хотя бы на полшага, – превращались в рабов. Загонялись в резервации и анклавы. Вставали по заводскому гудку и с первым лучом солнца. Простые времена – простые решения. Но простое время кончилось. Кто-то сумел дотянуться до неба. Кто-то сумел откусить от Древа Жизни. Кто-то оставил разум про запас – как мы оставили свои инстинкты на чердаке сознания. Что это было – один краткий миг или целая эпоха? Я не знаю. Но когда молодые боги уходили, сжигая за собой мосты, за их спиной оставались люди середины. Те, кто не сумел. Те, кто не захотел. Те, кто выбрал привычный и не страшный путь разума… Неудачники не выдержат шока и погибнут. Победители обретут разум и станут править новым миром. Но для большинства, не изменится ничего! Совершенно ничего! Будут они мыслить или продолжат жить инстинктами – это ничуть не изменит их жизнь. Не всем нужен разум. Не все могут думать. И в этом вечная ловушка. Для средних людей, для тех, кто не хочет в землю, но не дорос до неба, есть только место между небом и землёй. Всегда и везде крайними остаются люди середины. У моей истории нет конца, как нет выхода для людей середины.

    Я расскажу про тех, кто остаётся в середине. Не про неудачников – их повесть слишком горька и скучна. Не про победителей – их историю не рассказать словами. Люди середины – их всегда больше, чем победителей и проигравших. На любой планете, у любой расы…Когда-то проблемы решались очень просто. Если одно племя обрело разум, а другое так и осталось стаей – оно превращалось в пищу. В мишень для стрел, которые не сумело придумать. В костяные наконечники для копий. Это были простые времена – и они ещё долго оставались такими. Те, кто опоздал в гонке, кто отстал хотя бы на полшага, – превращались в рабов. Загонялись в резервации и анклавы. Вставали по заводскому гудку и с первым лучом солнца. Простые времена – простые решения. Но простое время кончилось. Кто-то сумел дотянуться до неба. Кто-то сумел откусить от Древа Жизни. Кто-то оставил разум про запас – как мы оставили свои инстинкты на чердаке сознания. Что это было – один краткий миг или целая эпоха? Я не знаю. Но когда молодые боги уходили, сжигая за собой мосты, за их спиной оставались люди середины. Те, кто не сумел. Те, кто не захотел. Те, кто выбрал привычный и не страшный путь разума… Неудачники не выдержат шока и погибнут. Победители обретут разум и станут править новым миром. Но для большинства, не изменится ничего! Совершенно ничего! Будут они мыслить или продолжат жить инстинктами – это ничуть не изменит их жизнь. Не всем нужен разум. Не все могут думать. И в этом вечная ловушка. Для средних людей, для тех, кто не хочет в землю, но не дорос до неба, есть только место между небом и землёй. Всегда и везде крайними остаются люди середины. У моей истории нет конца, как нет выхода для людей середины.

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    — Подождите! Подождите! Не поднимайте руки! Вы их потом всю жизнь не отмоете! — Жена Гуськова, ну что вы так волнуетесь? Может быть собрание и не согласится с правлением.

    — Подождите! Подождите! Не поднимайте руки! Вы их потом всю жизнь не отмоете! — Жена Гуськова, ну что вы так волнуетесь? Может быть собрание и не согласится с правлением.

    — жена Гуськова · фильм
19. «

    Всякая политика основана на безразличии большинства.

    Всякая политика основана на безразличии большинства.

    — Джеймс Рестон
20. «

    Если бы все думали, как большинство, зачем бы рождались умные?

    Если бы все думали, как большинство, зачем бы рождались умные?

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга