144 сильных цитаты: «цари»

144 цитаты про «цари»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Как возрождается Солнце, вечно побеждая тьму, так в вечной внутренней победе над смертной и инстинктивной природой исполняется существо, которому мистическая добродетель свыше даёт функции царя, главы, вождя.

   Как возрождается Солнце, вечно побеждая тьму, так в вечной внутренней победе над смертной и инстинктивной природой исполняется существо, которому мистическая добродетель свыше даёт функции царя, главы, вождя.

   — Юлиус Эвола
2. «

   Бузурджмихр сказал: — Некоторых помощников царя можно уподобить метательному копью — они охраняют только на почтительном расстоянии. Другие напоминают стрелы — они улетают и не возвращаются. Третьи же похожи на мечи, которыми можно пользоваться лишь на близком расстоянии.

   Бузурджмихр сказал: — Некоторых помощников царя можно уподобить метательному копью — они охраняют только на почтительном расстоянии. Другие напоминают стрелы — они улетают и не возвращаются. Третьи же похожи на мечи, которыми можно пользоваться лишь на близком расстоянии.

   — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
3. «

   Разве подобает царю, если его бьют по щеке, подставлять другую? Как же царь сможет управлять царством, если допустит над собой бесчестье?

   Разве подобает царю, если его бьют по щеке, подставлять другую? Как же царь сможет управлять царством, если допустит над собой бесчестье?

   — Иван Грозный
4. «

   Властитель слабый и лукавый, Плешивый щеголь, враг труда, Нечаянно пригретый славой, Над нами властвовал тогда.

   Властитель слабый и лукавый, Плешивый щеголь, враг труда, Нечаянно пригретый славой, Над нами властвовал тогда.

   — Александр Сергеевич Пушкин
5. «

   Я для них злодей, знающий секрет Низменных страстей нищих и царей.

   Я для них злодей, знающий секрет Низменных страстей нищих и царей.
6. «

   Не царям, Лемуил, не царям пить вино, и не князьям — сикеру, чтобы, напившись, они не забыли закона и не превратили суда всех угнетаемых. Дайте сикеру погибающему и вино огорчённому душою; пусть он выпьет и забудет бедность свою и не вспомнит больше о своём страдании.

   Не царям, Лемуил, не царям пить вино, и не князьям — сикеру, чтобы, напившись, они не забыли закона и не превратили суда всех угнетаемых. Дайте сикеру погибающему и вино огорчённому душою; пусть он выпьет и забудет бедность свою и не вспомнит больше о своём страдании.

   — Царь Лемуил · книга
7. «

   Опосля дождя, в четверг, Дам еще медальку, сверх. Только ты уж постарайся, Чтоб народ меня не сверг.

   Опосля дождя, в четверг, Дам еще медальку, сверх. Только ты уж постарайся, Чтоб народ меня не сверг.

   — Леонид Филатов · книга
8. «

   Царское слово было словом — взвешенным, продуманным и решающим. Кто разумный станет принимать всерьез конференции прессы, на которых президенты и министры, генералы и дипломаты несут такую чушь, что становится неудобно за человечество.

   Царское слово было словом — взвешенным, продуманным и решающим. Кто разумный станет принимать всерьез конференции прессы, на которых президенты и министры, генералы и дипломаты несут такую чушь, что становится неудобно за человечество.

   — Иван Лукьянович Солоневич · книга
9. «

   Ты все простишь преступникам любым, Раз мог в злодействах с ними поравняться! Не лучше ль будет с ними не сближаться? Цари — зерцало и наука нам, А мы стремимся подражать царям!

   Ты все простишь преступникам любым, Раз мог в злодействах с ними поравняться! Не лучше ль будет с ними не сближаться? Цари — зерцало и наука нам, А мы стремимся подражать царям!

   — Уильям Шекспир · книга
10. «

    Хотя подвижная впечатлительность Иоанна и побуждала его иногда отказываться от кровавых дел своих и предаваться раскаянию, но то были исключения; в обыкновенное же время он был проникнут сознанием своей непогрешимости, верил твердо в божественное начало своей власти и ревниво охранял ее от посторонних посягательств; а посягательством казалось ему всякое, даже молчаливое осуждение. Так случилось и теперь. Мысль простить Серебряного мелькнула в душе его, но тотчас же уступила место убеждению, что Никита Романович принадлежит к числу людей, которых не должно терпеть в государстве.

    Хотя подвижная впечатлительность Иоанна и побуждала его иногда отказываться от кровавых дел своих и предаваться раскаянию, но то были исключения; в обыкновенное же время он был проникнут сознанием своей непогрешимости, верил твердо в божественное начало своей власти и ревниво охранял ее от посторонних посягательств; а посягательством казалось ему всякое, даже молчаливое осуждение. Так случилось и теперь. Мысль простить Серебряного мелькнула в душе его, но тотчас же уступила место убеждению, что Никита Романович принадлежит к числу людей, которых не должно терпеть в государстве.

    — Алексей Константинович Толстой · книга
11. «

    ...поставь над собою царя, которого изберет Господь, Бог твой; из среды братьев твоих поставь над собою царя; не можешь поставить над собою [царем] иноземца, который не брат тебе.

    ...поставь над собою царя, которого изберет Господь, Бог твой; из среды братьев твоих поставь над собою царя; не можешь поставить над собою [царем] иноземца, который не брат тебе.

    — Библия. Ветхий Завет. Второзаконие · книга
12. «

    Где царь, там будет и слуга его.

    Где царь, там будет и слуга его.

    — Русские пословицы и поговорки
13. «

    Цесаревич Александр Александрович в шутку называл себя философом. Но это не было шуткою — он действительно был философом, в смысле такого им добытого мировоззрения и таких особенностей его духовного существа, которые позволяли ему, во-первых, жить отдельною от других жизнью и не испытывать влияния людей в той степени, в какой обыкновенно испытывает большая часть людей, а тем паче, влияния придворной людской среды.

    Цесаревич Александр Александрович в шутку называл себя философом. Но это не было шуткою — он действительно был философом, в смысле такого им добытого мировоззрения и таких особенностей его духовного существа, которые позволяли ему, во-первых, жить отдельною от других жизнью и не испытывать влияния людей в той степени, в какой обыкновенно испытывает большая часть людей, а тем паче, влияния придворной людской среды.

    — Александр III · книга
14. «

    Не приставай к царю!

    Не приставай к царю!

    — Жорж Милославский · фильм
15. «

    — Царь тут! — А где же ему быть? Царь всегда на своем месте.

    — Царь тут! — А где же ему быть? Царь всегда на своем месте.

    — дьяк Феофан · фильм
16. «

    В царской России можно было поменять фамилию только с разрешения царя. Однажды к Александру Третьему с просьбой переменить фамилию обратился купец с фамилией Семижопкин... А Александр Третий написал на прошении: «Сбавить две». И купец стал Пятижопкиным.

    В царской России можно было поменять фамилию только с разрешения царя. Однажды к Александру Третьему с просьбой переменить фамилию обратился купец с фамилией Семижопкин... А Александр Третий написал на прошении: «Сбавить две». И купец стал Пятижопкиным.

    — Елена Колина · книга
17. «

    Говорят, царь — ненастоящий!

    Говорят, царь — ненастоящий!

    — боярин · фильм
18. «

    Некто сказал: — При несправедливом царе государство быстро приходит в упадок, а при справедливом — стоит незыблемо, ибо несправедливый правитель все разрушает, а справедливый — созидает. Но разрушение совершается быстро, а результаты созидания видны лишь по истечении большого времени.

    Некто сказал: — При несправедливом царе государство быстро приходит в упадок, а при справедливом — стоит незыблемо, ибо несправедливый правитель все разрушает, а справедливый — созидает. Но разрушение совершается быстро, а результаты созидания видны лишь по истечении большого времени.

    — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
19. «

    Из своего детства он запомнил бесчисленные заговоры, интриги, предательства, людей, стремящихся к правлению убийствами или хитростью. Чувствительный, начитанный мальчик, не по годам хорошо разбиравшийся в политике, прекрасно понимал опасность своего высокого положения. Источник многих трагедий его царствования — в детских страхах, ужасах.

    Из своего детства он запомнил бесчисленные заговоры, интриги, предательства, людей, стремящихся к правлению убийствами или хитростью. Чувствительный, начитанный мальчик, не по годам хорошо разбиравшийся в политике, прекрасно понимал опасность своего высокого положения. Источник многих трагедий его царствования — в детских страхах, ужасах.

    — Роберт Пейн · книга
20. «

    Натурально как вы играете… И царь у вас такой… такой типичный! На нашего Буншу похож…

    Натурально как вы играете… И царь у вас такой… такой типичный! На нашего Буншу похож…

    — Антон Семёнович Шпак · фильм