23 фразы, которые всё говорят о «цензура»

Тема «цензура» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 23 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Запрещать писателей – показывать свою импотенцию.

   Запрещать писателей – показывать свою импотенцию.

   — Виктор Владимирович Ерофеев
2. «

   Не все мысли проходят через мозг, некоторые — только через цензуру.

   Не все мысли проходят через мозг, некоторые — только через цензуру.

   — Станислав Ежи Лец
3. «

   У каждой свободы есть некая грань, которую переходить нельзя. И каждый разумный человек ее чувствует, потому что у него есть некий «внутренний цензор».

   У каждой свободы есть некая грань, которую переходить нельзя. И каждый разумный человек ее чувствует, потому что у него есть некий «внутренний цензор».

   — Вафа Гулузаде
4. «

   Запрещать слова – это самое глупое, что может быть. Если у тебя нет слов для объяснения реальности, ты становишься немым. Сейчас мы все начинаем мычать. Зачем это запрещать? Запрет – это в любом случае знак бессилия. Политтехнология должна обладать мягкой силой. Ты должен выигрывать в риторике, ты должен выигрывать в споре. Если мы запретим слово «брюнетка», то что, все блондинками станут? Нет.

   Запрещать слова – это самое глупое, что может быть. Если у тебя нет слов для объяснения реальности, ты становишься немым. Сейчас мы все начинаем мычать. Зачем это запрещать? Запрет – это в любом случае знак бессилия. Политтехнология должна обладать мягкой силой. Ты должен выигрывать в риторике, ты должен выигрывать в споре. Если мы запретим слово «брюнетка», то что, все блондинками станут? Нет.

   — Сергей Шнуров
5. «

   Эти наезды на искусство, на театр, в частности. Эти совершенно беззаконные, экстремистские, наглые, агрессивные, прикрывающиеся словами о нравственности, о морали, и вообще всяческими, так сказать, благими и высокими словами: «патриотизм», «Родина» и «высокая нравственность» — вот эти группки оскорбленных якобы людей, которые закрывают спектакли, закрывают выставки, нагло очень себя ведут, к которым как-то странно власть нейтральна, дистанцируется. Мне кажется, что это безобразные посягательства на свободу творчества, на запрет цензуры. А запрет цензуры — я считаю, что это величайшее событие векового значения в нашей жизни, в художественной, духовной жизни нашей страны. <...> ...с нами разговаривают наши начальники непосредственные таким лексиконом сталинским, такими сталинскими установками, что просто ушам своим не веришь! Это говорят представители власти, мои непосредственные начальники, господин Аристархов так разговаривает. <...> Мы сидим и слушаем это. <...> Но это полбеды. Главное, что есть такая мерзкая манера — клепать и ябедничать друг на друга. Мне кажется, это просто сейчас недопустимо! Цеховая солидарность, как меня папа учил, обязует каждого из нас, работника театра — артиста ли, режиссера ли, — не говорить в средствах массовой информации плохо друг о друге. <...> Творческое несогласие, возмущение — это нормально. Но когда мы заполняем этим газеты и журналы, и телевидение — это на руку только нашим врагам, то есть тем, кто хочет прогнуть искусство под интересы власти.

   Эти наезды на искусство, на театр, в частности. Эти совершенно беззаконные, экстремистские, наглые, агрессивные, прикрывающиеся словами о нравственности, о морали, и вообще всяческими, так сказать, благими и высокими словами: «патриотизм», «Родина» и «высокая нравственность» — вот эти группки оскорбленных якобы людей, которые закрывают спектакли, закрывают выставки, нагло очень себя ведут, к которым как-то странно власть нейтральна, дистанцируется. Мне кажется, что это безобразные посягательства на свободу творчества, на запрет цензуры. А запрет цензуры — я считаю, что это величайшее событие векового значения в нашей жизни, в художественной, духовной жизни нашей страны. <...> ...с нами разговаривают наши начальники непосредственные таким лексиконом сталинским, такими сталинскими установками, что просто ушам своим не веришь! Это говорят представители власти, мои непосредственные начальники, господин Аристархов так разговаривает. <...> Мы сидим и слушаем это. <...> Но это полбеды. Главное, что есть такая мерзкая манера — клепать и ябедничать друг на друга. Мне кажется, это просто сейчас недопустимо! Цеховая солидарность, как меня папа учил, обязует каждого из нас, работника театра — артиста ли, режиссера ли, — не говорить в средствах массовой информации плохо друг о друге. <...> Творческое несогласие, возмущение — это нормально. Но когда мы заполняем этим газеты и журналы, и телевидение — это на руку только нашим врагам, то есть тем, кто хочет прогнуть искусство под интересы власти.

   — Константин Аркадьевич Райкин
6. «

   Существует несколько способов сжечь книгу. И мир полон людей, бегающих с зажженными спичками.

   Существует несколько способов сжечь книгу. И мир полон людей, бегающих с зажженными спичками.

   — Рэй Брэдбери
7. «

   0001529. Решив однажды скрыть, не повторяют, а молчат в дальнейшем.

   0001529. Решив однажды скрыть, не повторяют, а молчат в дальнейшем.
8. «

   Ни одно цивилизованное государство в мире не должно строиться на цензуре. Если государство причиняет вред свободе, если государство сулит опасность критику режима устами обычного рабочего, то это не государство, а рабская плантация. Не дай бог какой-то раб в поле крикнет, как он устал. Другие рабы его поддержат, они задумаются, в каком аду они живут, и будет восстание. Рабовладельца повесят и будет новый режим.

   Ни одно цивилизованное государство в мире не должно строиться на цензуре. Если государство причиняет вред свободе, если государство сулит опасность критику режима устами обычного рабочего, то это не государство, а рабская плантация. Не дай бог какой-то раб в поле крикнет, как он устал. Другие рабы его поддержат, они задумаются, в каком аду они живут, и будет восстание. Рабовладельца повесят и будет новый режим.

   — Алексей Шевцов (itpedia)
9. «

   Я хорошо знаю ­телевизионную практику в Штатах, Европе и Англии. У меня там куча друзей и знакомых, я обсуждаю с ними их взаимодействия с властью. Так вот, СМИ, построенного на свободе слова, не существует нигде. Наверное, было бы интересно, чтобы такие СМИ и такие страны были. Но так не бывает.

   Я хорошо знаю ­телевизионную практику в Штатах, Европе и Англии. У меня там куча друзей и знакомых, я обсуждаю с ними их взаимодействия с властью. Так вот, СМИ, построенного на свободе слова, не существует нигде. Наверное, было бы интересно, чтобы такие СМИ и такие страны были. Но так не бывает.

   — Константин Эрнст
10. «

    Не может быть цензуры мысли, цензуры эмоций.

    Не может быть цензуры мысли, цензуры эмоций.

    — Ирвин Уэлш
11. «

    Свободная печать бывает хорошей или плохой, это верно. Но еще более верно то, что несвободная печать бывает только плохой.

    Свободная печать бывает хорошей или плохой, это верно. Но еще более верно то, что несвободная печать бывает только плохой.

    — Альбер Камю
12. «

    Это самая обычная музыка, Быть обо всём — её обычная черта! И не изменит этого ничто, никто И никогда, никогда, никогда! Это самая обычная музыка — Гудит в наушниках, гоняет поезда! Без саундтрека вымершими кажутся мне Города, города, города!

    Это самая обычная музыка, Быть обо всём — её обычная черта! И не изменит этого ничто, никто И никогда, никогда, никогда! Это самая обычная музыка — Гудит в наушниках, гоняет поезда! Без саундтрека вымершими кажутся мне Города, города, города!
13. «

    Цензура помогает против обычных людей, но бессильна против высоко мотивированных.

    Цензура помогает против обычных людей, но бессильна против высоко мотивированных.

    — Джулиан Ассанж
14. «

    Блокировку аккаунтов в Facebook за использование слова из пяти букв, первая и третья буква, которого «Х» считаю проявлением цензуры. Но не обычной, а наиглупейшей и поэтому особенно опасной.

    Блокировку аккаунтов в Facebook за использование слова из пяти букв, первая и третья буква, которого «Х» считаю проявлением цензуры. Но не обычной, а наиглупейшей и поэтому особенно опасной.

    — Мария Захарова
15. «

    Большую часть моей жизни я мечтал, чтобы цензуры не было, а сейчас я абсолютно искренне говорю, что цензура должна быть. Цензура на уровне культуры, морали…

    Большую часть моей жизни я мечтал, чтобы цензуры не было, а сейчас я абсолютно искренне говорю, что цензура должна быть. Цензура на уровне культуры, морали…

    — Леонид Ярмольник
16. «

    Цензура – это тоже самое, что сказать взрослому мужчине, что он не может есть стейк, потому что его не может прожевать младенец.

    Цензура – это тоже самое, что сказать взрослому мужчине, что он не может есть стейк, потому что его не может прожевать младенец.

    — Марк Твен
17. «

    Детки твои в Кишиневе хотят каждый по айпэду, чтобы побыстрей познакомиться с педофилами, изучить производство наркотиков и склониться к самоубийству.

    Детки твои в Кишиневе хотят каждый по айпэду, чтобы побыстрей познакомиться с педофилами, изучить производство наркотиков и склониться к самоубийству.

    — Виктор Пелевин · книга
18. «

    Мой мощный потенциал, в чем бы ни был выражен, — беспомощен. Эта мысль меня доконала. (Хотя эту фразу мы, если надо вырежем – святое, для федерального-то канала).

    Мой мощный потенциал, в чем бы ни был выражен, — беспомощен. Эта мысль меня доконала. (Хотя эту фразу мы, если надо вырежем – святое, для федерального-то канала).

    — Вера Полозкова
19. «

    Самая главная беда очень многих тележурналистов в том, что не существует внутренней цензуры. А внутренняя цензура, для меня, это культура и совесть. Вместе взятый такой сплав. И зачастую либо нет одного, либо другого, либо и того и другого вместе.

    Самая главная беда очень многих тележурналистов в том, что не существует внутренней цензуры. А внутренняя цензура, для меня, это культура и совесть. Вместе взятый такой сплав. И зачастую либо нет одного, либо другого, либо и того и другого вместе.

    — Эльдар Рязанов
20. «

    Ограничить прессу — значит оскорбить нацию; запретить чтение определенных книг — значит провозгласить народ либо дураками, либо рабами.

    Ограничить прессу — значит оскорбить нацию; запретить чтение определенных книг — значит провозгласить народ либо дураками, либо рабами.

    — Клод Адриан Гельвеций