286 цитат на тему «человечество»

Собрали 286 цитат на тему «человечество» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Будет новый завет, что война — это мир, Будет новый декрет, что незнание — сила. Будет дверь в кабинет с номером 101, Для кого дважды два остаётся четыре... Министерство любви нам заклеет глаза, Всем преступникам мысли поставят в мозг клизму, Чтоб не помнили, как четверть века назад Крах великой мечты стал началом фашизма!

   Будет новый завет, что война — это мир, Будет новый декрет, что незнание — сила. Будет дверь в кабинет с номером 101, Для кого дважды два остаётся четыре... Министерство любви нам заклеет глаза, Всем преступникам мысли поставят в мозг клизму, Чтоб не помнили, как четверть века назад Крах великой мечты стал началом фашизма!
2. «

   Человечество идёт вперёд, совершенствуя свои силы. Всё, что недосягаемо для него теперь, когда-нибудь станет близким, понятным, только вот надо работать, помогать всеми силами тем, кто ищет истину.

   Человечество идёт вперёд, совершенствуя свои силы. Всё, что недосягаемо для него теперь, когда-нибудь станет близким, понятным, только вот надо работать, помогать всеми силами тем, кто ищет истину.

   — Антон Павлович Чехов · книга
3. «

   Человечество можно грубо разделить на три типа – тех, кто находят утешение в литературе, тех, кто находят утешение в украшении самих себя, и тех, кто находят утешение в еде.

   Человечество можно грубо разделить на три типа – тех, кто находят утешение в литературе, тех, кто находят утешение в украшении самих себя, и тех, кто находят утешение в еде.

   — Элизабет Гоудж · книга
4. «

   Человечество устало. Устало от безуспешных поисков потенциала в будущем. Ученики этой академии не исключение. Глубоко в сердце, они боятся выйти в опасный мир, они не хотят верить в собственные силы или противостоять опасностям внешнего мира.

   Человечество устало. Устало от безуспешных поисков потенциала в будущем. Ученики этой академии не исключение. Глубоко в сердце, они боятся выйти в опасный мир, они не хотят верить в собственные силы или противостоять опасностям внешнего мира.

   — Даркнесс · аниме
5. «

   Мы испортили нашу планету из жадности. В известном смысле что-то делать на этой планете настолько поздно, что мне важнейшими кажутся самые простые вещи, такие как беседа, или прогулка с кем-нибудь, или манера определённого облака проплывать мимо.

   Мы испортили нашу планету из жадности. В известном смысле что-то делать на этой планете настолько поздно, что мне важнейшими кажутся самые простые вещи, такие как беседа, или прогулка с кем-нибудь, или манера определённого облака проплывать мимо.

   — Джим Джармуш
6. «

   Прежде чем говорить, что человечество должно прислушаться к голосу разума, надо ответить на вопрос, имеет ли сегодня разум свой голос?

   Прежде чем говорить, что человечество должно прислушаться к голосу разума, надо ответить на вопрос, имеет ли сегодня разум свой голос?

   — Ролан Быков · книга
7. «

   Люди стали сентиментальнее, с этим я согласен, но что касаемо доброты — позвольте мне остаться при своём мнении. Человечество плошает, Виталий Всеволодович...

   Люди стали сентиментальнее, с этим я согласен, но что касаемо доброты — позвольте мне остаться при своём мнении. Человечество плошает, Виталий Всеволодович...

   — Андрей Андреевич Зотов · сериал
8. «

   Всё человечество делится на пять суицидологичечких категорий:

   Всё человечество делится на пять суицидологичечких категорий:

   — Борис Акунин · книга
9. «

   Многие боятся, что мы перестанем быть людьми. Соблазненные обещаниями прогресса, мы забывали о морали, соединяя металл с плотью, пока он не стал течь по нашим венам. Мы слишком поздно осознали, что технологии, восхваляющие свободу, стали идеальным средством порабощения человечества. Оппортунисты Нового мира манипулировали нами, паразитируя на нашем стремлении к свободе и уникальности. Они утверждали, что бог — это мечта о хорошем правительстве. Мечта, обезображенная их алчностью. Они постоянно наблюдают. Их невидимые руки дергают за нити судьбы и ткут завесу лжи над истиной. Мы чувствуем себя ничтожными перед такой властью. Но, открыв глаза, мы становимся сильнее. В хаосе нарастающего противостояния, у каждого действия есть последствие. Бесчисленным множеством способов можно бороться с теми, кто использует свое влияние как оружие. Но, несмотря на то, с кем мы объединяемся... Какой бы путь мы не выбрали... Какой бы выбор мы не сделали... Мы восстанем из пепла в новую эру просвещения, чтобы вновь познать, что значит быть человеком.

   Многие боятся, что мы перестанем быть людьми. Соблазненные обещаниями прогресса, мы забывали о морали, соединяя металл с плотью, пока он не стал течь по нашим венам. Мы слишком поздно осознали, что технологии, восхваляющие свободу, стали идеальным средством порабощения человечества. Оппортунисты Нового мира манипулировали нами, паразитируя на нашем стремлении к свободе и уникальности. Они утверждали, что бог — это мечта о хорошем правительстве. Мечта, обезображенная их алчностью. Они постоянно наблюдают. Их невидимые руки дергают за нити судьбы и ткут завесу лжи над истиной. Мы чувствуем себя ничтожными перед такой властью. Но, открыв глаза, мы становимся сильнее. В хаосе нарастающего противостояния, у каждого действия есть последствие. Бесчисленным множеством способов можно бороться с теми, кто использует свое влияние как оружие. Но, несмотря на то, с кем мы объединяемся... Какой бы путь мы не выбрали... Какой бы выбор мы не сделали... Мы восстанем из пепла в новую эру просвещения, чтобы вновь познать, что значит быть человеком.
10. «

    Ох, диво вы дивное, чудо вы чудное! Ужель вам и впрямь не понять вовек, Что «секс-революция» ваша шумная Как раз ведь и есть тот «пещерный век»!

    Ох, диво вы дивное, чудо вы чудное! Ужель вам и впрямь не понять вовек, Что «секс-революция» ваша шумная Как раз ведь и есть тот «пещерный век»!

    — Эдуард Аркадьевич Асадов
11. «

    И если я вне человечества, то только потому, что мой мир перелился через свой человеческий край, потому, что быть человечным — скучное и жалкое занятие, ограниченное нашими пятью чувствами, моралью и законом, определяемое затасканными теориями и трюизмами.

    И если я вне человечества, то только потому, что мой мир перелился через свой человеческий край, потому, что быть человечным — скучное и жалкое занятие, ограниченное нашими пятью чувствами, моралью и законом, определяемое затасканными теориями и трюизмами.

    — Генри Миллер · книга
12. «

    Мой пацифизм — это инстинктивное чувство, которое владеет мной потому, что убийство человека отвратительно. Моё отношение исходит не из какой-либо умозрительной теории, а основано на глубочайшей антипатии к любому виду жестокости и ненависти.

    Мой пацифизм — это инстинктивное чувство, которое владеет мной потому, что убийство человека отвратительно. Моё отношение исходит не из какой-либо умозрительной теории, а основано на глубочайшей антипатии к любому виду жестокости и ненависти.

    — Альберт Эйнштейн
13. «

    Пока сотни тысяч специалистов лихорадочно экспериментируют с атомами и лазерами, наша маленькая планета летит со сверхзвуковой скоростью в завтрашний день, и все мы – участники огромного технического эксперимента, и нам надо научиться сотрудничать, если мы не хотим пойти ко дну вместе с нашим общим грузом.

    Пока сотни тысяч специалистов лихорадочно экспериментируют с атомами и лазерами, наша маленькая планета летит со сверхзвуковой скоростью в завтрашний день, и все мы – участники огромного технического эксперимента, и нам надо научиться сотрудничать, если мы не хотим пойти ко дну вместе с нашим общим грузом.

    — Тур Хейердал · книга
14. «

    Главным изобретением человечества до сих пор остаётся палка, из-под которой оно работает.

    Главным изобретением человечества до сих пор остаётся палка, из-под которой оно работает.

    — Стас Янковский
15. «

    Отдельный человек умирает, но народ может жить вечно!

    Отдельный человек умирает, но народ может жить вечно!

    — Варг Викернес
16. «

    В своей борьбе за этическое добро учителя от религии должны иметь мужество отказаться от доктрины Бога как личности, т. е. отказаться от этого источника страха и надежды, который в прошлом дал такую всеобъемлющую власть в руки служителей церкви. В своих работах они должны будут посвятить себя тем силам, которые способны культивировать Божественность, Истину и Красоту в самом человечестве. Это, конечно, более трудная, но и несравненно более достойная задача.

    В своей борьбе за этическое добро учителя от религии должны иметь мужество отказаться от доктрины Бога как личности, т. е. отказаться от этого источника страха и надежды, который в прошлом дал такую всеобъемлющую власть в руки служителей церкви. В своих работах они должны будут посвятить себя тем силам, которые способны культивировать Божественность, Истину и Красоту в самом человечестве. Это, конечно, более трудная, но и несравненно более достойная задача.

    — Альберт Эйнштейн · книга
17. «

    Личностей могут запоминать, но организации всячески препятствуют этому. Один художник, один генерал, один герой или один злодей может умереть, но невозможно убить людей, нацию, идею — только если идея не произрастает из слабовольных и давится более сильными.

    Личностей могут запоминать, но организации всячески препятствуют этому. Один художник, один генерал, один герой или один злодей может умереть, но невозможно убить людей, нацию, идею — только если идея не произрастает из слабовольных и давится более сильными.
18. «

    Иногда необходимо забыть о человечности, чтобы спасти человечество.

    Иногда необходимо забыть о человечности, чтобы спасти человечество.

    — полковник Дж. Уэсли Маккаллоу · фильм
19. «

    Меня сомненья — черт возьми! - Давно буравами сверлили: Зачем мы сделались людьми? Зачем потом заговорили?

    Меня сомненья — черт возьми! - Давно буравами сверлили: Зачем мы сделались людьми? Зачем потом заговорили?

    — Владимир Семёнович Высоцкий
20. «

    ... Чтобы человечество наконец уяснило: не Смерть тащит в мир иной, а лишь итоги их дебильных поступков.

    ... Чтобы человечество наконец уяснило: не Смерть тащит в мир иной, а лишь итоги их дебильных поступков.

    — Георгий Зотов · книга