484 цитаты про «честь» — большая подборка

Тема «честь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 484 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Let me confess that we two must be twain, Although our undivided loves are one: So shall those blots that do with me remain, Without thy help, by me be borne alone.

   Let me confess that we two must be twain, Although our undivided loves are one: So shall those blots that do with me remain, Without thy help, by me be borne alone.

   — Уильям Шекспир
2. «

   Нападать сзади постыдно для фехтовальщика.

   Нападать сзади постыдно для фехтовальщика.

   — Ророноа Зоро · аниме
3. «

   Я обязан вам больше, чем жизнью. Я обязан вам честью.

   Я обязан вам больше, чем жизнью. Я обязан вам честью.

   — Каташи · сериал
4. «

   Женщина есть жертва новейшего общества. Честь женщины общественное мнение относит к ее ***, а совсем не к душе, как будто бы не душа, а тело может загрязниться. Помилуйте, господа, да тело можно обмыть, а душу ничем не очистишь. Замужняя женщина любит тебя от мужа, но не дает тебе – она честна в глазах общества; она дает тебе – и честь ее запятнана: какие киргизкайсацкие понятия! ты имеешь право иметь от жены сто любовниц – тебя будут осуждать, но чести не лишат, а женщина не имеет этого права, да почему же это, г**нюки, подлые и бездушные резонеры, мистики пиэтисты поганые, говно человечества? Женщина тогда блядь, когда предлагает тело свое без любви, и замужняя женщина, не любящая мужа, есть блядь; напротив, женщина, которая в жизнь свою дает 500 человекам не из выгод, а хотя бы по сладострастию, есть честная женщина, и уж, конечно, честнее многих женщин, которые, кроме глупых мужей своих, никому не дают. Странная идея, которая могла родиться только в головах каннибалов – сделать… престолом чести: если у девушки… цела – честна, если нет – бесчестна.

   Женщина есть жертва новейшего общества. Честь женщины общественное мнение относит к ее ***, а совсем не к душе, как будто бы не душа, а тело может загрязниться. Помилуйте, господа, да тело можно обмыть, а душу ничем не очистишь. Замужняя женщина любит тебя от мужа, но не дает тебе – она честна в глазах общества; она дает тебе – и честь ее запятнана: какие киргизкайсацкие понятия! ты имеешь право иметь от жены сто любовниц – тебя будут осуждать, но чести не лишат, а женщина не имеет этого права, да почему же это, г**нюки, подлые и бездушные резонеры, мистики пиэтисты поганые, говно человечества? Женщина тогда блядь, когда предлагает тело свое без любви, и замужняя женщина, не любящая мужа, есть блядь; напротив, женщина, которая в жизнь свою дает 500 человекам не из выгод, а хотя бы по сладострастию, есть честная женщина, и уж, конечно, честнее многих женщин, которые, кроме глупых мужей своих, никому не дают. Странная идея, которая могла родиться только в головах каннибалов – сделать… престолом чести: если у девушки… цела – честна, если нет – бесчестна.

   — Виссарион Григорьевич Белинский
5. «

   Честь моя дороже, чем голова.

   Честь моя дороже, чем голова.
6. «

   Моя молитва посильней молитв «святых», А всё из-за того, что я себя таким не называю. Живу по чести, и стараюсь я не забывать родных, А также всех обидчиков своих прощаю.

   Моя молитва посильней молитв «святых», А всё из-за того, что я себя таким не называю. Живу по чести, и стараюсь я не забывать родных, А также всех обидчиков своих прощаю.
7. «

   Честь не криклива, доброта тиха, Но слышен голос злобы и греха.

   Честь не криклива, доброта тиха, Но слышен голос злобы и греха.

   — Юсуф Баласагуни
8. «

   Боль невыносима, терпи, но не прощай. Решившись на поступок, никогда не отступай. Помни песни, чти законы чести.

   Боль невыносима, терпи, но не прощай. Решившись на поступок, никогда не отступай. Помни песни, чти законы чести.
9. «

   Скажут: «Береги девица честь смолоду»; на то и наши приступы, чтобы закалить борьбою девичью «честь». Позвольте, тут всегда и всемирно активная сторона принадлежит мужчине, а девушка всемирным инстинктом находится в состоянии пассивного ожидания. Может быть, это худо, но так Богом устроено. Так Богом устроено, а человеческое уложение должно бы дополнить, что самая пассивность девушек, решительно неразделимая с прекрасною в них «женственностью», должна быть под охраною внимательнейшего и бережливого отношения активной стороны.

   Скажут: «Береги девица честь смолоду»; на то и наши приступы, чтобы закалить борьбою девичью «честь». Позвольте, тут всегда и всемирно активная сторона принадлежит мужчине, а девушка всемирным инстинктом находится в состоянии пассивного ожидания. Может быть, это худо, но так Богом устроено. Так Богом устроено, а человеческое уложение должно бы дополнить, что самая пассивность девушек, решительно неразделимая с прекрасною в них «женственностью», должна быть под охраною внимательнейшего и бережливого отношения активной стороны.

   — Василий Розанов · книга
10. «

    Мужчины так смешно носятся со своим понятием чести...

    Мужчины так смешно носятся со своим понятием чести...

    — Атия Юлия · сериал
11. «

    Жизнь очень непростая штука. Зачастую то, что приносит самую большую честь, оборачивается самыми большими проблемами.

    Жизнь очень непростая штука. Зачастую то, что приносит самую большую честь, оборачивается самыми большими проблемами.

    — Филис Каст · книга
12. «

    Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

    Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

    — Франц Вертфоллен · книга
13. «

    Нет чести в уличных драках.

    Нет чести в уличных драках.

    — Брюс Уэйн (Бэтмен)
14. «

    Если есть в преисподней рожа, отвратительное всех других, то это рожа подлости под маской благородства.

    Если есть в преисподней рожа, отвратительное всех других, то это рожа подлости под маской благородства.

    — Вальтер Скотт · книга
15. «

    Честь вещь хорошая, но не тогда, когда она в избытке.

    Честь вещь хорошая, но не тогда, когда она в избытке.

    — Наталья Савицкая · книга
16. «

    — Я уже не думаю, как бы мне хорошо прожить. С некоторых пор я стал больше заботиться — как бы мне хорошо помереть...

    — Я уже не думаю, как бы мне хорошо прожить. С некоторых пор я стал больше заботиться — как бы мне хорошо помереть...

    — Валентин Пикуль · книга
17. «

    — Теперь ты спелся с «Коброй», Стормшедоу? Неужто твой клан так низко пал? — Арашикагэ скоро станут сильнее, чем вы можете себе представить! — Всё, что мы видим — это лужи соплей, дерущихся вместо тебя! — Обещаю вам почётную смерть от моего клинка, если сдадитесь сейчас. — Мы слишком далеко зашли, чтобы вот так сдаваться. Особенно тебе. — Меня устраивает и такой расклад.

    — Теперь ты спелся с «Коброй», Стормшедоу? Неужто твой клан так низко пал? — Арашикагэ скоро станут сильнее, чем вы можете себе представить! — Всё, что мы видим — это лужи соплей, дерущихся вместо тебя! — Обещаю вам почётную смерть от моего клинка, если сдадитесь сейчас. — Мы слишком далеко зашли, чтобы вот так сдаваться. Особенно тебе. — Меня устраивает и такой расклад.

    — Конрад Хаузер / Князь (Conrad Hauser / Duke) · мультфильм
18. «

    Самурай без клана и без лошади — не самурай вообще.

    Самурай без клана и без лошади — не самурай вообще.

    — Ямамото Цунэтомо · книга
19. «

    Гордость и честь есть у всех, кроме американцев.

    Гордость и честь есть у всех, кроме американцев.

    — Ильяс Чакырбейли · сериал
20. «

    Свободная страна — это и правда хорошо; но не свобода от нравственности, чести и минимальных норм приличия.

    Свободная страна — это и правда хорошо; но не свобода от нравственности, чести и минимальных норм приличия.

    — Иерей Павел Островский