181 цитата про «чиновники» для вдохновения

181 цитата про «чиновники»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В этом мире избранных общепринятые правила, ценности и нормы неприменимы.

   В этом мире избранных общепринятые правила, ценности и нормы неприменимы.

   — Дорис Лессинг · книга
2. «

   Неподкупных чиновников нет, но неподкупленные еще встречаются.

   Неподкупных чиновников нет, но неподкупленные еще встречаются.

   — Евгений Тарасов
3. «

   Что поделать, если законы принимают те, кто должен таблетки принимать.

   Что поделать, если законы принимают те, кто должен таблетки принимать.

   — Константин Костин · книга
4. «

   Польза государства? Это — либо то, что полезно нам, либо то, что вредно остальным.

   Польза государства? Это — либо то, что полезно нам, либо то, что вредно остальным.

   — Карел Чапек
5. «

   Объем работы вовсе не определяет степень важности дела. У вас нет даже отдаленного представления о нашей администрации.

   Объем работы вовсе не определяет степень важности дела. У вас нет даже отдаленного представления о нашей администрации.

   — Франц Кафка · книга
6. «

   У Светлакова есть история из молодости, о том, как он ехал в поезде и вдруг был разбужен громкими воплями из тамбура. Кричала проводница и делала это от охватившего её первородного ужаса. Прибежав на шум, пассажиры увидели, что весь тамбур измазан говном, причем очень тщательно и практически без пробелов. А посреди тамбура стоял пьяный мужчина со спущенными штанами и, слегка покачиваясь, гордо смотрел прямо перед собой. Мужчина тоже был весь в говне. «Ты что наделал!?!» — закричала несчастная проводница, обретя дар членораздельной речи. Мужчина перевел на неё взгляд и, выдержав профессиональную актерскую паузу, ответил: «А ты докажи, что это я!» Эта история очень напоминает мне то, как реагируют наши государственные мужи на любые обвинения в свой адрес. Неважно в чём — в освоении бюджетных средств, в постройке дворца, несовместимого с доходами и наличием совести, в оргиях на яхте, в проведении внутренней стороной ладони по внешней стороне лобка (слава Богу, что не по внутренней), — реакция на все обвинения примерно такая же, как у того мужчины из тамбура. А мы дружной толпой едем в этом поезде.

   У Светлакова есть история из молодости, о том, как он ехал в поезде и вдруг был разбужен громкими воплями из тамбура. Кричала проводница и делала это от охватившего её первородного ужаса. Прибежав на шум, пассажиры увидели, что весь тамбур измазан говном, причем очень тщательно и практически без пробелов. А посреди тамбура стоял пьяный мужчина со спущенными штанами и, слегка покачиваясь, гордо смотрел прямо перед собой. Мужчина тоже был весь в говне. «Ты что наделал!?!» — закричала несчастная проводница, обретя дар членораздельной речи. Мужчина перевел на неё взгляд и, выдержав профессиональную актерскую паузу, ответил: «А ты докажи, что это я!» Эта история очень напоминает мне то, как реагируют наши государственные мужи на любые обвинения в свой адрес. Неважно в чём — в освоении бюджетных средств, в постройке дворца, несовместимого с доходами и наличием совести, в оргиях на яхте, в проведении внутренней стороной ладони по внешней стороне лобка (слава Богу, что не по внутренней), — реакция на все обвинения примерно такая же, как у того мужчины из тамбура. А мы дружной толпой едем в этом поезде.

   — Семён Слепаков
7. «

   Я работать не прочь и буду работать прилежно, сколько сил хватит, но с одним условием: чтобы моя работа приносила действительную пользу, чтобы она увеличивала количество добра, нужного для благосостояния массы.

   Я работать не прочь и буду работать прилежно, сколько сил хватит, но с одним условием: чтобы моя работа приносила действительную пользу, чтобы она увеличивала количество добра, нужного для благосостояния массы.

   — Александр Николаевич Островский · книга
8. «

   В путинской системе любой высокопоставленный чиновник — вор. Там других нет. Это базовый квалификационный признак.

   В путинской системе любой высокопоставленный чиновник — вор. Там других нет. Это базовый квалификационный признак.

   — Алексей Навальный
9. «

   — Батюшки! Что смеху-то было! Как-то его на Волге на перевозе гусар обругал. Вот чудеса-то творил! А каково домашним-то было! После этого две недели все прятались по чердакам да по чуланам. — Эх, Кулигин, больно трудно мне здесь, без привычки-то. Все на меня как-то дико смотрят, точно я здесь лишний, точно мешаю им. Обычаев я здешних не знаю. Я понимаю, что все это наше русское, родное, а все-таки не привыкну никак.

   — Батюшки! Что смеху-то было! Как-то его на Волге на перевозе гусар обругал. Вот чудеса-то творил! А каково домашним-то было! После этого две недели все прятались по чердакам да по чуланам. — Эх, Кулигин, больно трудно мне здесь, без привычки-то. Все на меня как-то дико смотрят, точно я здесь лишний, точно мешаю им. Обычаев я здешних не знаю. Я понимаю, что все это наше русское, родное, а все-таки не привыкну никак.

   — Александр Николаевич Островский · книга
10. «

    Бумаги шуршали, наводились справки, подшивались прошения, заверялись копии. Деловая суета кипела за каждым столом. И кто бы сказал, что чиновник не умеет трудиться? Вон как трудятся, дым столбом. Нигде не заметить бюрократии. Ну разве предложат наивному просителю собрать десяток подписей, сотню справок да заверить ворох прошений. И все. А так — никакой волокиты.

    Бумаги шуршали, наводились справки, подшивались прошения, заверялись копии. Деловая суета кипела за каждым столом. И кто бы сказал, что чиновник не умеет трудиться? Вон как трудятся, дым столбом. Нигде не заметить бюрократии. Ну разве предложат наивному просителю собрать десяток подписей, сотню справок да заверить ворох прошений. И все. А так — никакой волокиты.

    — Антон Чиж · книга
11. «

    — Сколько в миллиарде нулей? — 9. — Ты говоришь, как хороший чиновник, Гарик.

    — Сколько в миллиарде нулей? — 9. — Ты говоришь, как хороший чиновник, Гарик.

    — Гарик Мартиросян
12. «

    Ладно, — ответил я с благодушием не государтвенного деятеля, а русского вельможи, что есть собственно, сейчас... как и раньше, одно и то же.

    Ладно, — ответил я с благодушием не государтвенного деятеля, а русского вельможи, что есть собственно, сейчас... как и раньше, одно и то же.

    — Юрий Никитин · книга
13. «

    У Вас такой тезис, это извечный русский, российский тезис: царь хороший, а бояре – воры и разбойники. Вы знаете, если чего‑то не получается, то все виноваты. <...> По поводу чиновников вообще: Вы знаете, конечно, есть люди, которые не отдают себе отчёта в том, что они говорят. Оказались не на своём месте, просто неаккуратно высказываются. Такие тоже есть. Но это же мы все, это наша среда. Такой человек был вчера кем‑то, сегодня стал чиновником, возьми и ляпни там что‑нибудь. Ну он и не готов. Это значит, что он просто не готов для такой работы. <...> Поэтому это процесс взросления государственного аппарата, работы с ним. Мы сейчас стараемся это делать, видите, проводим различные конкурсы среди молодых. «Лидеры России» у нас проводится конкурс кадровый. Учим их потом в академии нашей. Из этой когорты уже там, по‑моему, человек двенадцать или пятнадцать стали губернаторами, два министра федеральных, пять или шесть – заместители министров.

    У Вас такой тезис, это извечный русский, российский тезис: царь хороший, а бояре – воры и разбойники. Вы знаете, если чего‑то не получается, то все виноваты. <...> По поводу чиновников вообще: Вы знаете, конечно, есть люди, которые не отдают себе отчёта в том, что они говорят. Оказались не на своём месте, просто неаккуратно высказываются. Такие тоже есть. Но это же мы все, это наша среда. Такой человек был вчера кем‑то, сегодня стал чиновником, возьми и ляпни там что‑нибудь. Ну он и не готов. Это значит, что он просто не готов для такой работы. <...> Поэтому это процесс взросления государственного аппарата, работы с ним. Мы сейчас стараемся это делать, видите, проводим различные конкурсы среди молодых. «Лидеры России» у нас проводится конкурс кадровый. Учим их потом в академии нашей. Из этой когорты уже там, по‑моему, человек двенадцать или пятнадцать стали губернаторами, два министра федеральных, пять или шесть – заместители министров.

    — Владимир Владимирович Путин
14. «

    Оправившись, тот поступил как истый чиновник — то есть проигнорировал проблему.

    Оправившись, тот поступил как истый чиновник — то есть проигнорировал проблему.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    — Государство вам ничего не должно! Выживайте, как можете! – разъясняют нам люди, находящиеся на полном гособеспечении.

    — Государство вам ничего не должно! Выживайте, как можете! – разъясняют нам люди, находящиеся на полном гособеспечении.

    — Александр Вяземка
16. «

    — Как тут много людей. — А это не люди. — А кто? — Чиновники.

    — Как тут много людей. — А это не люди. — А кто? — Чиновники.

    — Ваня Кузнецов · фильм
17. «

    Тут в ходу поговорка, может ты ее слышал: административные решения робки, как молоденькие девушки.

    Тут в ходу поговорка, может ты ее слышал: административные решения робки, как молоденькие девушки.

    — Франц Кафка · книга
18. «

    В Кремле придумали пословицу для тех, кто завидует зарплатам чиновников: «На чужой МРОТ не разевай рот».

    В Кремле придумали пословицу для тех, кто завидует зарплатам чиновников: «На чужой МРОТ не разевай рот».

    — Михаил Задорнов · книга
19. «

    Миссис Майкл Браун, домохозяйка, никогда плохо не одевалась, но Кейт Браун, сотруднице Всемирной продовольственной организации, предъявлялись совсем иные требования. Перед тем как отправиться за покупками, она на всякий случай спросила Чарли Купера, на какое жалованье она может рассчитывать. Он назвал цифру, услышав которую, Кейт чуть не ахнула. Произнес он это без тени бравады — сразу было видно, что для него это дело привычное и будничное, как будто в мире нет ни профсоюзов, ни жестокой конкурентности, ни бедности, ни мук голода и ничто не может помешать выплачивать такие бешеные деньги международным чиновникам, этим баловням судьбы, без которых человечество просто не в состоянии обойтись.

    Миссис Майкл Браун, домохозяйка, никогда плохо не одевалась, но Кейт Браун, сотруднице Всемирной продовольственной организации, предъявлялись совсем иные требования. Перед тем как отправиться за покупками, она на всякий случай спросила Чарли Купера, на какое жалованье она может рассчитывать. Он назвал цифру, услышав которую, Кейт чуть не ахнула. Произнес он это без тени бравады — сразу было видно, что для него это дело привычное и будничное, как будто в мире нет ни профсоюзов, ни жестокой конкурентности, ни бедности, ни мук голода и ничто не может помешать выплачивать такие бешеные деньги международным чиновникам, этим баловням судьбы, без которых человечество просто не в состоянии обойтись.

    — Дорис Лессинг · книга
20. «

    И это все из-за того, что его и скучающего чиновника за письменным столом разделяла бумага, называемая паспортом. У них одна и та же температура тела, их глаза имели одно и то же строение, их нервы одинаково реагировали на одно и то же раздражение, их мысли текли по одним и тем же руслам, и все-таки их разделяла пропасть-ничего не было у них одинакового: удовольствие одного было мучением другого, один обладал всем-другой ничем; и пропастью, которая разделяла их, являлась эта бумага, на которой ничего не было, кроме имени и ничего не значащих данных.

    И это все из-за того, что его и скучающего чиновника за письменным столом разделяла бумага, называемая паспортом. У них одна и та же температура тела, их глаза имели одно и то же строение, их нервы одинаково реагировали на одно и то же раздражение, их мысли текли по одним и тем же руслам, и все-таки их разделяла пропасть-ничего не было у них одинакового: удовольствие одного было мучением другого, один обладал всем-другой ничем; и пропастью, которая разделяла их, являлась эта бумага, на которой ничего не было, кроме имени и ничего не значащих данных.

    — Эрих Мария Ремарк · книга