262 цитаты «цивилизация» на каждый день

Тема «цивилизация» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 262 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Цивилизованные люди не привыкли адаптироваться к среде обитания. Они адаптируют среду под себя. Они строят города, дороги, создают средства передвижения и другие механизмы. Проводят электричество, чтобы ожили и заработали их машины, облегчающий труд. Но они не знают когда нужно остановиться. Чем больше они стараются упростить себе жизнь, тем больше всё вокруг усложняют. Теперь их дети вынуждены учиться по десять-пятнадцать лет, чтобы выжить в этой опасной и сложной среде обитания. Цивилизованные люди отказавшиеся от адаптации к натуральной среде, каждый день, каждый час должны приспосабливаться под новые условия жизни созданные ими же.

   Цивилизованные люди не привыкли адаптироваться к среде обитания. Они адаптируют среду под себя. Они строят города, дороги, создают средства передвижения и другие механизмы. Проводят электричество, чтобы ожили и заработали их машины, облегчающий труд. Но они не знают когда нужно остановиться. Чем больше они стараются упростить себе жизнь, тем больше всё вокруг усложняют. Теперь их дети вынуждены учиться по десять-пятнадцать лет, чтобы выжить в этой опасной и сложной среде обитания. Цивилизованные люди отказавшиеся от адаптации к натуральной среде, каждый день, каждый час должны приспосабливаться под новые условия жизни созданные ими же.

   — Голос за кадром · фильм
2. «

   Чем выше уровень цивилизации, тем больше у человека радости, тем больше он депрессует. Вот в Африке, где борются за воду, как-то депрессий очень мало. Убежал от льва — уже счастлив. А в какой-нибудь Швеции, где просто ну всё есть, ты супер обеспечен, у них там депрессий под 8%, огромный процент самоубийств. Если человеку дать всё, хороший уровень цивилизации, он быстро перестаёт это ценить.

   Чем выше уровень цивилизации, тем больше у человека радости, тем больше он депрессует. Вот в Африке, где борются за воду, как-то депрессий очень мало. Убежал от льва — уже счастлив. А в какой-нибудь Швеции, где просто ну всё есть, ты супер обеспечен, у них там депрессий под 8%, огромный процент самоубийств. Если человеку дать всё, хороший уровень цивилизации, он быстро перестаёт это ценить.

   — Василий Шуров
3. «

   Значит, мы еще не достигли высшей ступени цивилизации? А между тем мы с утра до вечера изощряемся в остроумии над бесконечными неприятностями, сопутствующими ее успехам!

   Значит, мы еще не достигли высшей ступени цивилизации? А между тем мы с утра до вечера изощряемся в остроумии над бесконечными неприятностями, сопутствующими ее успехам!

   — Стендаль · книга
4. «

   Путешествие по сумеркам цивилизации человека.

   Путешествие по сумеркам цивилизации человека.
5. «

   Что отличает американскую цивилизацию от китайской? Китай сложен из маленьких кусочков, которые потом слились в эту большую китайскую культуру. На русском языке это не звучит. Но когда мы говорим Китайская народная республика, первое слово Джун-хуа (китайская) звучит — не цивилизация китайцев, а всех, кто проживает в рамках Китайской цивилизации. Они объединяются языком, письменностью, общими традициями. Устойчивость этого Китая заключается в том, что в течение тысячелетий возникла договоренность, что мы не вредим друг другу, потому что мы все в одной лодке. И в этом плане Китай жив не политической идеей, а он жив переживанием единой культуры. И когда Помпео говорит, что да, когда вы пользуетесь «TikTok», и всё сливается в компартию Китая… Помпео — неглупый человек, но он специально редуцирует смыслы, поскольку говорит с большими массами. Ему верят, так как считают, что есть плохая компартия Китая, и есть хороший китайский народ. И если убрать компартию Китая, китайский народ станет другим. Но компартия — это плоть от плоти китайской цивилизации. Если раньше были императоры, элита, бюрократия, то сегодня это — компартия Китая.

   Что отличает американскую цивилизацию от китайской? Китай сложен из маленьких кусочков, которые потом слились в эту большую китайскую культуру. На русском языке это не звучит. Но когда мы говорим Китайская народная республика, первое слово Джун-хуа (китайская) звучит — не цивилизация китайцев, а всех, кто проживает в рамках Китайской цивилизации. Они объединяются языком, письменностью, общими традициями. Устойчивость этого Китая заключается в том, что в течение тысячелетий возникла договоренность, что мы не вредим друг другу, потому что мы все в одной лодке. И в этом плане Китай жив не политической идеей, а он жив переживанием единой культуры. И когда Помпео говорит, что да, когда вы пользуетесь «TikTok», и всё сливается в компартию Китая… Помпео — неглупый человек, но он специально редуцирует смыслы, поскольку говорит с большими массами. Ему верят, так как считают, что есть плохая компартия Китая, и есть хороший китайский народ. И если убрать компартию Китая, китайский народ станет другим. Но компартия — это плоть от плоти китайской цивилизации. Если раньше были императоры, элита, бюрократия, то сегодня это — компартия Китая.

   — Алексей Александрович Маслов
6. «

   Душный мир. Неблагоприятный, болезненный мир. Весь он какой-то неуютный и тоскливый, как то казенное помещение, где люди со светлыми пуговицами и плохими зубами вдруг ни с того, ни с сего принялись вопить, надсаживаясь до хрипа, и Гай, такой симпатичный, красивый парень, совершенно неожиданно принялся избивать в кровь рыжебородого Зефа, а тот даже не сопротивлялся... Неблагополучный мир... Радиоактивная река, нелепый железный дракон, грязный воздух и неопрятные пассажиры в неуклюжей трехэтажной металлической коробке на колесах, испускающей сизые угарные дымы... и еще одна дикая сцена — в вагоне, когда какие-то грубые, воняющие почему-то сивушными маслами люди довели хохотом и жестами до слез пожилую женщину, и никто за нее не заступился, вагон набит битком, но все смотрят в сторону, и только Гай вдруг вскочил, бледный от злости, а может быть от страха, и что-то крикнул им, и они убрались... Очень много злости, очень много страха, очень много раздражения... Они все здесь раздражены и подавлены, то раздражены, то подавлены. Гай, явно же добрый симпатичный человек, иногда вдруг приходил в необъяснимую ярость, принимался бешено ссориться с соседями по купе, глядел на меня зверем, а потом так же внезапно впадал в глубокую прострацию. И все в вагоне вели себя не лучше. Часами они сидели и лежали вполне мирно, негромко беседуя, даже пересмеиваясь, и вдруг кто-нибудь начинал сварливо ворчать на соседа, сосед нервно огрызался, окружающие вместо того, чтобы успокоить их, ввязывались в ссору, скандал ширился, захватывал весь вагон, и вот уже все орут друг на друга, грозятся, толкаются, и кто-то лезет через головы, размахивая кулаками, и кого-то держат за шиворот, во весь голос плачут детишки, им раздраженно обрывают уши, а потом все постепенно стихает, все дуются друг на друга, разговаривают нехотя, отворачиваются...

   Душный мир. Неблагоприятный, болезненный мир. Весь он какой-то неуютный и тоскливый, как то казенное помещение, где люди со светлыми пуговицами и плохими зубами вдруг ни с того, ни с сего принялись вопить, надсаживаясь до хрипа, и Гай, такой симпатичный, красивый парень, совершенно неожиданно принялся избивать в кровь рыжебородого Зефа, а тот даже не сопротивлялся... Неблагополучный мир... Радиоактивная река, нелепый железный дракон, грязный воздух и неопрятные пассажиры в неуклюжей трехэтажной металлической коробке на колесах, испускающей сизые угарные дымы... и еще одна дикая сцена — в вагоне, когда какие-то грубые, воняющие почему-то сивушными маслами люди довели хохотом и жестами до слез пожилую женщину, и никто за нее не заступился, вагон набит битком, но все смотрят в сторону, и только Гай вдруг вскочил, бледный от злости, а может быть от страха, и что-то крикнул им, и они убрались... Очень много злости, очень много страха, очень много раздражения... Они все здесь раздражены и подавлены, то раздражены, то подавлены. Гай, явно же добрый симпатичный человек, иногда вдруг приходил в необъяснимую ярость, принимался бешено ссориться с соседями по купе, глядел на меня зверем, а потом так же внезапно впадал в глубокую прострацию. И все в вагоне вели себя не лучше. Часами они сидели и лежали вполне мирно, негромко беседуя, даже пересмеиваясь, и вдруг кто-нибудь начинал сварливо ворчать на соседа, сосед нервно огрызался, окружающие вместо того, чтобы успокоить их, ввязывались в ссору, скандал ширился, захватывал весь вагон, и вот уже все орут друг на друга, грозятся, толкаются, и кто-то лезет через головы, размахивая кулаками, и кого-то держат за шиворот, во весь голос плачут детишки, им раздраженно обрывают уши, а потом все постепенно стихает, все дуются друг на друга, разговаривают нехотя, отворачиваются...

   — Аркадий Стругацкий · книга
7. «

   Гляжу на своих соотечественников и понимаю, наша цивилизация отстаёт в развитии.

   Гляжу на своих соотечественников и понимаю, наша цивилизация отстаёт в развитии.

   — Джин · игра
8. «

   Во времена эпидемии неконтролируемого зла, когда сумасшествие большинства становится причиной падения цивилизации, в каждом городе должны быть организации, защищающие животных. Необходимо успеть сохранить невинность, в которой содержится иммунитет к заразе, унёсшей здравый смысл 95% населения.

   Во времена эпидемии неконтролируемого зла, когда сумасшествие большинства становится причиной падения цивилизации, в каждом городе должны быть организации, защищающие животных. Необходимо успеть сохранить невинность, в которой содержится иммунитет к заразе, унёсшей здравый смысл 95% населения.
9. «

   ... людей сразу не поймешь, потому что они сами себя не понимают. Они издавна прячутся в одежду. В переносном смысле тоже. Вот что я имею в виду. Такова цена человеческой цивилизации — чтобы создать ее, им пришлось закрыть двери к своему истинному «я». И теперь, насколько я понимаю, они заблудились. Поэтому они изобрели искусство: книги, музыку, фильмы, пьесы, картины, скульптуру, — чтобы навести мосты к самим себе, к своей изначальной сути. Но как бы близко к ней они ни подбирались, она для них все равно остается недоступной.

   ... людей сразу не поймешь, потому что они сами себя не понимают. Они издавна прячутся в одежду. В переносном смысле тоже. Вот что я имею в виду. Такова цена человеческой цивилизации — чтобы создать ее, им пришлось закрыть двери к своему истинному «я». И теперь, насколько я понимаю, они заблудились. Поэтому они изобрели искусство: книги, музыку, фильмы, пьесы, картины, скульптуру, — чтобы навести мосты к самим себе, к своей изначальной сути. Но как бы близко к ней они ни подбирались, она для них все равно остается недоступной.

   — Мэтт Хейг · книга
10. «

    Поступать в соответствии с разумными требованиями современной технической цивилизации — это значит двигаться к гибели. Ее «разум» — в безудержном, то есть в без (д) умном новационизме, то есть в бессмысленном возрастании искусственно придумываемого и навязываемого, в результате чего петля на шее человека затягивается все туже. И затягивает ее он сам.

    Поступать в соответствии с разумными требованиями современной технической цивилизации — это значит двигаться к гибели. Ее «разум» — в безудержном, то есть в без (д) умном новационизме, то есть в бессмысленном возрастании искусственно придумываемого и навязываемого, в результате чего петля на шее человека затягивается все туже. И затягивает ее он сам.

    — Владимир Кутырёв · книга
11. «

    Стрэндж собрался с духом и вошёл в комнату, а Мордо передал ему небольшую карточку. Осмотрев её, Стрэндж увидел лишь одно слово, написанное изящным почерком: «ШАМБАЛА» — Что это? — спросил Стрэндж. — Новая мантра? — Пароль от Wi-Fi, — непрошибаемо серьезно ответил Мордо. — Мы же не варвары. Затем он развернулся и вышел в коридор, оставив Стрэнджа наедине со своими мыслями. Стивен подошел к столу и осмотрел книгу. Она была переплетённой в кожу и определённо очень древней. Стивен раскрыл обложку и не смог сдержать смешок — внутри оказался планшетный компьютер. «Книга» оказалась всего лишь чехлом. «Да уж, они определённо не дикари», — подумал Стрэндж.

    Стрэндж собрался с духом и вошёл в комнату, а Мордо передал ему небольшую карточку. Осмотрев её, Стрэндж увидел лишь одно слово, написанное изящным почерком: «ШАМБАЛА» — Что это? — спросил Стрэндж. — Новая мантра? — Пароль от Wi-Fi, — непрошибаемо серьезно ответил Мордо. — Мы же не варвары. Затем он развернулся и вышел в коридор, оставив Стрэнджа наедине со своими мыслями. Стивен подошел к столу и осмотрел книгу. Она была переплетённой в кожу и определённо очень древней. Стивен раскрыл обложку и не смог сдержать смешок — внутри оказался планшетный компьютер. «Книга» оказалась всего лишь чехлом. «Да уж, они определённо не дикари», — подумал Стрэндж.

    — Стив Белинг · книга
12. «

    Вещи ветшают, цивилизации угасают; только их символы остаются после них.

    Вещи ветшают, цивилизации угасают; только их символы остаются после них.

    — Танит Ли · книга
13. «

    Все цивилизации, которые делали маленькие скатерти, сладкие пирожные и эмалированную посуду, были уничтожены теми, кто делал дубинки, топоры и стрелы. Вот реальность Истории.

    Все цивилизации, которые делали маленькие скатерти, сладкие пирожные и эмалированную посуду, были уничтожены теми, кто делал дубинки, топоры и стрелы. Вот реальность Истории.

    — Бернар Вербер · книга
14. «

    Стать видом, распространенным на множестве планет – вот чего мы хотим. Распространить нашу цивилизацию и жизнь на всю Солнечную систему и за ее пределы – вот будущее, которое восхищает и вдохновляет нас. Ради таких вещей захочется просыпаться по утрам.

    Стать видом, распространенным на множестве планет – вот чего мы хотим. Распространить нашу цивилизацию и жизнь на всю Солнечную систему и за ее пределы – вот будущее, которое восхищает и вдохновляет нас. Ради таких вещей захочется просыпаться по утрам.

    — Илон Маск
15. «

    Это неотъемлемое право человека быть придурком! Эта цивилизация была основана на придурках!

    Это неотъемлемое право человека быть придурком! Эта цивилизация была основана на придурках!

    — Гэри Кинг · фильм
16. «

    Цивилизация абсолютно не нуждается в благородстве или героизме. Благородство, героизм — это симптомы политической неумелости.

    Цивилизация абсолютно не нуждается в благородстве или героизме. Благородство, героизм — это симптомы политической неумелости.

    — Олдос Хаксли · книга
17. «

    Современная цивилизация: обмен ценностей на удобства.

    Современная цивилизация: обмен ценностей на удобства.

    — Станислав Лем
18. «

    — Восемь миллионов лет из Африки — я не думал, что мы все такие разные. — Малдер, мы отправили людей в космос, мы создали компьютеры, работающие быстрее разума человека. — А тем временем мы перенаселили планету и создали новые технологии для того, чтобы убивать друг друга. Может быть, мы просто животные с большими мозгами.

    — Восемь миллионов лет из Африки — я не думал, что мы все такие разные. — Малдер, мы отправили людей в космос, мы создали компьютеры, работающие быстрее разума человека. — А тем временем мы перенаселили планету и создали новые технологии для того, чтобы убивать друг друга. Может быть, мы просто животные с большими мозгами.

    — Фокс Малдер · сериал
19. «

    Цивилизация устроена нелепо - Кругами ходит по своим следам.

    Цивилизация устроена нелепо - Кругами ходит по своим следам.

    — Вуди Аллен · книга
20. «

    У нас слишком высокий уровень агрессии и беспредельная мания величия. Нам кажется, что мы настолько хороши, что вот-вот на нас нападут инопланетяне, что вот-вот кто-нибудь нас захватит, и что мы должны против этого бороться. Мы порабощены идеей войны настолько, что видим врага даже в своих фантазиях. Чувство превосходства так глубоко проникло в наше сознание, что нам и в голову не приходит, что для того, чтобы опасаться нападения, для начала нужно его заслужить. Рабы собственного «Я» и своих мелких страхов. Стоит оглядеться, и понимаешь, какие мы глупцы. То, что мы делаем с собой и со своей планетой, не имеет оправдания. И тут думаешь: да кому мы к чёрту нужны? Мы для них всего лишь первобытная комедия.

    У нас слишком высокий уровень агрессии и беспредельная мания величия. Нам кажется, что мы настолько хороши, что вот-вот на нас нападут инопланетяне, что вот-вот кто-нибудь нас захватит, и что мы должны против этого бороться. Мы порабощены идеей войны настолько, что видим врага даже в своих фантазиях. Чувство превосходства так глубоко проникло в наше сознание, что нам и в голову не приходит, что для того, чтобы опасаться нападения, для начала нужно его заслужить. Рабы собственного «Я» и своих мелких страхов. Стоит оглядеться, и понимаешь, какие мы глупцы. То, что мы делаем с собой и со своей планетой, не имеет оправдания. И тут думаешь: да кому мы к чёрту нужны? Мы для них всего лишь первобытная комедия.