17 цитат про «декабристы» для вдохновения

Тема «декабристы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 17 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Есть начала, есть истины, не подвергающиеся порче и как проводники, хотя и схороненные, остаются истинными! Будет им и их время. Вера в бога, вера в человечество, вера в его будущность.

   Есть начала, есть истины, не подвергающиеся порче и как проводники, хотя и схороненные, остаются истинными! Будет им и их время. Вера в бога, вера в человечество, вера в его будущность.

   — Н. А. Арзуманова · книга
2. «

   Сибирь страшна только тем, кто в ней не бывал.

   Сибирь страшна только тем, кто в ней не бывал.

   — Н. А. Арзуманова · книга
3. «

   Теперь я жила среди людей, принадлежащих к последнему разряду человечества, а, между тем, мы видели с их стороны лишь знаки уважения.

   Теперь я жила среди людей, принадлежащих к последнему разряду человечества, а, между тем, мы видели с их стороны лишь знаки уважения.

   — Н. А. Арзуманова · книга
4. «

   Смотреть на декабристов и нигилистов как на мелкие случаи — глупо.

   Смотреть на декабристов и нигилистов как на мелкие случаи — глупо.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
5. «

   Трудно выразить то, чем были для нас дамы, спутницы своих мужей; по справедливости их можно назвать сестрами милосердия, которые имели о нас попечение, как близкие родные, коих присутствие везде и всегда вливало в нас бодрость, душевную силу.

   Трудно выразить то, чем были для нас дамы, спутницы своих мужей; по справедливости их можно назвать сестрами милосердия, которые имели о нас попечение, как близкие родные, коих присутствие везде и всегда вливало в нас бодрость, душевную силу.

   — Н. А. Арзуманова · книга
6. «

   Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

   Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

   — Н. А. Арзуманова · книга
7. «

   Кроме нашей тюрьмы была еще и другая, в которой содержались бегавшие несколько раз и совершавшие грабежи. Их кандалы были гораздо тяжелее и работы труднее. Между ними находился известный разбойник Орлов, герой своего рода. Он никогда не нападал на людей бедных, а только на купцов и, в особенности, на чиновников; он даже доставил себе удовольствие некоторых из них высечь.

   Кроме нашей тюрьмы была еще и другая, в которой содержались бегавшие несколько раз и совершавшие грабежи. Их кандалы были гораздо тяжелее и работы труднее. Между ними находился известный разбойник Орлов, герой своего рода. Он никогда не нападал на людей бедных, а только на купцов и, в особенности, на чиновников; он даже доставил себе удовольствие некоторых из них высечь.

   — Н. А. Арзуманова · книга
8. «

   В сношениях наших с людьми мы могли обманываться, заблуждаться, принимать позолоту за чистый металл; но все это не могло поколебать твердости наших правил и наших убеждений.

   В сношениях наших с людьми мы могли обманываться, заблуждаться, принимать позолоту за чистый металл; но все это не могло поколебать твердости наших правил и наших убеждений.

   — Н. А. Арзуманова · книга
9. «

   Первое время нашего изгнания я думала, что оно, наверное, кончится через 5 лет, затем я себе говорила, что будет через 10, потом через 15 лет, но после 25 лет я перестала ждать.

   Первое время нашего изгнания я думала, что оно, наверное, кончится через 5 лет, затем я себе говорила, что будет через 10, потом через 15 лет, но после 25 лет я перестала ждать.

   — Н. А. Арзуманова · книга
10. «

    Приезд наш принес много пользы заключенным. Не имея разрешения писать, они были лишены известий о своих, а равно и всякой денежной помощи. Мы за них писали, и с той поры они стали получать письма и посылки.

    Приезд наш принес много пользы заключенным. Не имея разрешения писать, они были лишены известий о своих, а равно и всякой денежной помощи. Мы за них писали, и с той поры они стали получать письма и посылки.

    — Н. А. Арзуманова · книга
11. «

    Газеты, журналы, выписывались многими, а Никита Муравьев даже перевез в Сибирь всю богатую библиотеку своего отца для общего употребления.

    Газеты, журналы, выписывались многими, а Никита Муравьев даже перевез в Сибирь всю богатую библиотеку своего отца для общего употребления.

    — Н. А. Арзуманова · книга
12. «

    Многое из того, за что мы были осуждены, составляет теперь предмет ожидаемых реформ.

    Многое из того, за что мы были осуждены, составляет теперь предмет ожидаемых реформ.

    — Н. А. Арзуманова · книга
13. «

    Поведение наше, основанное на самых простых, но строго нравственных правилах, на ясном понятии о справедливости, честности и любви к ближнему, не могло не иметь влияния на людей, которые по недостаточному образованию своему и искаженным понятиям знали только материальную сторону жизни и потому старались только об ее улучшении, не понимая других целей своего существования.

    Поведение наше, основанное на самых простых, но строго нравственных правилах, на ясном понятии о справедливости, честности и любви к ближнему, не могло не иметь влияния на людей, которые по недостаточному образованию своему и искаженным понятиям знали только материальную сторону жизни и потому старались только об ее улучшении, не понимая других целей своего существования.

    — Н. А. Арзуманова · книга
14. «

    В тридцать пять лет многое изменилось, в понятиях общества — многое черное сделалось белым, а многое белое — черным.

    В тридцать пять лет многое изменилось, в понятиях общества — многое черное сделалось белым, а многое белое — черным.

    — Н. А. Арзуманова · книга
15. «

    Неусыпный надзор правительства над их сподвижниками в пустынях Сибири свидетельствует о их политической важности, о симпатиях народа, которыми они пользуются.

    Неусыпный надзор правительства над их сподвижниками в пустынях Сибири свидетельствует о их политической важности, о симпатиях народа, которыми они пользуются.

    — Н. А. Арзуманова · книга
16. «

    Подозреваемые в заговоре тотчас были приведены к допросу. Известно, каким образом в Сибири производится допрос: плети, палки и розги почитаются в сем случае лучшими путеводителями к истине.

    Подозреваемые в заговоре тотчас были приведены к допросу. Известно, каким образом в Сибири производится допрос: плети, палки и розги почитаются в сем случае лучшими путеводителями к истине.

    — Н. А. Арзуманова · книга
17. «

    Каташа была нетребовательна и всем довольствовалась, хотя выросла в Петербурге, в великолепном доме Лаваля, где ходила по мраморным плитам, принадлежавшим Нерону, приобретенным ее матерью в Риме.

    Каташа была нетребовательна и всем довольствовалась, хотя выросла в Петербурге, в великолепном доме Лаваля, где ходила по мраморным плитам, принадлежавшим Нерону, приобретенным ее матерью в Риме.

    — Н. А. Арзуманова · книга