26 цитат «декабристы» для статуса

Тема «декабристы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 26 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Поведение наше, основанное на самых простых, но строго нравственных правилах, на ясном понятии о справедливости, честности и любви к ближнему, не могло не иметь влияния на людей, которые по недостаточному образованию своему и искаженным понятиям знали только материальную сторону жизни и потому старались только об ее улучшении, не понимая других целей своего существования.

   Поведение наше, основанное на самых простых, но строго нравственных правилах, на ясном понятии о справедливости, честности и любви к ближнему, не могло не иметь влияния на людей, которые по недостаточному образованию своему и искаженным понятиям знали только материальную сторону жизни и потому старались только об ее улучшении, не понимая других целей своего существования.

   — Н. А. Арзуманова · книга
2. «

   В числе благодарений народу вообще, государь вспомнил и политических преступников, сосланных в Сибирь в 1826 году. Он всех возвратил на родину, всем возвратил права, всем возвратил титулы. Только для первого разряда ссыльных было сделано исключение, состоявшее в том, что титулом предоставлено пользоваться только детям.

   В числе благодарений народу вообще, государь вспомнил и политических преступников, сосланных в Сибирь в 1826 году. Он всех возвратил на родину, всем возвратил права, всем возвратил титулы. Только для первого разряда ссыльных было сделано исключение, состоявшее в том, что титулом предоставлено пользоваться только детям.

   — Н. А. Арзуманова · книга
3. «

   В тридцать пять лет многое изменилось, в понятиях общества — многое черное сделалось белым, а многое белое — черным.

   В тридцать пять лет многое изменилось, в понятиях общества — многое черное сделалось белым, а многое белое — черным.

   — Н. А. Арзуманова · книга
4. «

   Пребывание наше в Чите оказалось в некоторой степени благодетельно для жителей, принадлежавших к горному ведомству и управляемых горными чиновниками. Большая часть из них были очень бедны, но при нас имели все средства поправить свое состояние. Расходы наших дам и издержки на каземат ежегодно простирались тысяч до ста на ассигнации, значительная часть которых истрачивалась в самой Чите.

   Пребывание наше в Чите оказалось в некоторой степени благодетельно для жителей, принадлежавших к горному ведомству и управляемых горными чиновниками. Большая часть из них были очень бедны, но при нас имели все средства поправить свое состояние. Расходы наших дам и издержки на каземат ежегодно простирались тысяч до ста на ассигнации, значительная часть которых истрачивалась в самой Чите.

   — Н. А. Арзуманова · книга
5. «

   В сношениях наших с людьми мы могли обманываться, заблуждаться, принимать позолоту за чистый металл; но все это не могло поколебать твердости наших правил и наших убеждений.

   В сношениях наших с людьми мы могли обманываться, заблуждаться, принимать позолоту за чистый металл; но все это не могло поколебать твердости наших правил и наших убеждений.

   — Н. А. Арзуманова · книга
6. «

   Смотреть на декабристов и нигилистов как на мелкие случаи — глупо.

   Смотреть на декабристов и нигилистов как на мелкие случаи — глупо.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
7. «

   Мы с Катюшей всегда одевались опрятно, так как не следует никогда ни падать духом, ни распускаться.

   Мы с Катюшей всегда одевались опрятно, так как не следует никогда ни падать духом, ни распускаться.

   — Н. А. Арзуманова · книга
8. «

   В год коронования императора Александра II нас всех вернули, но увы! из 121 члена тайного общества, осталось всего от 12 до 15 человек; остальные умерли или были убиты на Кавказе.

   В год коронования императора Александра II нас всех вернули, но увы! из 121 члена тайного общества, осталось всего от 12 до 15 человек; остальные умерли или были убиты на Кавказе.

   — Н. А. Арзуманова · книга
9. «

   Если даже смотреть на убеждения декабристов, как на безумие и политический бред, все же справедливость требует признать, что тот, кто жертвует жизнью за свои убеждения, не может не заслуживать уважения соотечественников.

   Если даже смотреть на убеждения декабристов, как на безумие и политический бред, все же справедливость требует признать, что тот, кто жертвует жизнью за свои убеждения, не может не заслуживать уважения соотечественников.

   — Н. А. Арзуманова · книга
10. «

    Наши письма вручались открытыми Бурнашеву, отсылались им в канцелярию коменданта, затем шли в канцелярию гражданского губернатора в Иркутске и, наконец, в Петербург в III отделение канцелярии его величества, так что они шли бесконечно долгое время, пока доходили до наших родственников.

    Наши письма вручались открытыми Бурнашеву, отсылались им в канцелярию коменданта, затем шли в канцелярию гражданского губернатора в Иркутске и, наконец, в Петербург в III отделение канцелярии его величества, так что они шли бесконечно долгое время, пока доходили до наших родственников.

    — Н. А. Арзуманова · книга
11. «

    Это была деревня, состоящая из одной улицы, окруженная горами, более или менее изрытыми раскопками, которые там производились для добывания свинца, содержащего в себе серебряную руду. Местоположение было бы красиво, если бы не вырубили, на пятьдесят верст кругом, лесов из опасения, чтобы беглые каторжники в них не скрывались;.даже кустарники были вырублены; зимою вид был унылый.

    Это была деревня, состоящая из одной улицы, окруженная горами, более или менее изрытыми раскопками, которые там производились для добывания свинца, содержащего в себе серебряную руду. Местоположение было бы красиво, если бы не вырубили, на пятьдесят верст кругом, лесов из опасения, чтобы беглые каторжники в них не скрывались;.даже кустарники были вырублены; зимою вид был унылый.

    — Н. А. Арзуманова · книга
12. «

    Первое время нашего изгнания я думала, что оно, наверное, кончится через 5 лет, затем я себе говорила, что будет через 10, потом через 15 лет, но после 25 лет я перестала ждать.

    Первое время нашего изгнания я думала, что оно, наверное, кончится через 5 лет, затем я себе говорила, что будет через 10, потом через 15 лет, но после 25 лет я перестала ждать.

    — Н. А. Арзуманова · книга
13. «

    Кроме нашей тюрьмы была еще и другая, в которой содержались бегавшие несколько раз и совершавшие грабежи. Их кандалы были гораздо тяжелее и работы труднее. Между ними находился известный разбойник Орлов, герой своего рода. Он никогда не нападал на людей бедных, а только на купцов и, в особенности, на чиновников; он даже доставил себе удовольствие некоторых из них высечь.

    Кроме нашей тюрьмы была еще и другая, в которой содержались бегавшие несколько раз и совершавшие грабежи. Их кандалы были гораздо тяжелее и работы труднее. Между ними находился известный разбойник Орлов, герой своего рода. Он никогда не нападал на людей бедных, а только на купцов и, в особенности, на чиновников; он даже доставил себе удовольствие некоторых из них высечь.

    — Н. А. Арзуманова · книга
14. «

    Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

    Мы признаем только два разряда людей: хороших и худых, с первыми мы очень рады сближаться, а от вторых стараемся удаляться, несмотря на внешность их, на мундир, кресты, звезды, или армяки и халаты.

    — Н. А. Арзуманова · книга
15. «

    Теперь я жила среди людей, принадлежащих к последнему разряду человечества, а, между тем, мы видели с их стороны лишь знаки уважения.

    Теперь я жила среди людей, принадлежащих к последнему разряду человечества, а, между тем, мы видели с их стороны лишь знаки уважения.

    — Н. А. Арзуманова · книга
16. «

    Одна твердость характера спасла их; хладнокровие, терпение, презрение ко всем гонениям рока, беспечность и беззаботливость о о будущем были единственными средствами спасения их от уныния.

    Одна твердость характера спасла их; хладнокровие, терпение, презрение ко всем гонениям рока, беспечность и беззаботливость о о будущем были единственными средствами спасения их от уныния.

    — Н. А. Арзуманова · книга
17. «

    Несчастная страна, где они даже не знают, как тебя повесить.

    Несчастная страна, где они даже не знают, как тебя повесить.

    — Кондратий Федорович Рылеев
18. «

    Избрать из находившихся под следствием определенное число виновных и обречь их на жертву было нетрудно, — всякий, кто был уличен в непристойных словах против правительства, подвергался уже всей строгости законов.

    Избрать из находившихся под следствием определенное число виновных и обречь их на жертву было нетрудно, — всякий, кто был уличен в непристойных словах против правительства, подвергался уже всей строгости законов.

    — Н. А. Арзуманова · книга
19. «

    Еще в 1827 году прибыла к одному из наших товарищей, Анненкову, невеста его из России. Она была француженка и лично просила государя позволить ехать в Сибирь и соединить с ним свою судьбу, заранее соглашаясь на все условия. Она приехала в Читу летом и дня через три была обвенчана в Читинской церкви. Это была любопытная и, может быть, единственная свадьба в мире. На время венчания с Анненкова сняли железа и сейчас по окончании обряда опять надели и увели обратно в тюрьму и потом поступали с ними, как с другими женатыми, то есть: давали им два раза в неделю свидание на квартире госпожи Анненковой.

    Еще в 1827 году прибыла к одному из наших товарищей, Анненкову, невеста его из России. Она была француженка и лично просила государя позволить ехать в Сибирь и соединить с ним свою судьбу, заранее соглашаясь на все условия. Она приехала в Читу летом и дня через три была обвенчана в Читинской церкви. Это была любопытная и, может быть, единственная свадьба в мире. На время венчания с Анненкова сняли железа и сейчас по окончании обряда опять надели и увели обратно в тюрьму и потом поступали с ними, как с другими женатыми, то есть: давали им два раза в неделю свидание на квартире госпожи Анненковой.

    — Н. А. Арзуманова · книга
20. «

    Декабристы были виновниками и первоначинателями всех наших последующих политических смут. Вся, в течение почти столетия, невинно пролитая кровь, начиная с графа Милорадовича и кончая последним, вчера или сегодня убитым, городовым, кровь, пролитая во имя призрачной свободы, эта кровь лежит ничем несмываемым пятном на памяти декабристов.

    Декабристы были виновниками и первоначинателями всех наших последующих политических смут. Вся, в течение почти столетия, невинно пролитая кровь, начиная с графа Милорадовича и кончая последним, вчера или сегодня убитым, городовым, кровь, пролитая во имя призрачной свободы, эта кровь лежит ничем несмываемым пятном на памяти декабристов.

    — София Дмитриевна Толь