270 цитат «демократия» для статуса

Собрали 270 цитат на тему «демократия» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   (ответ Игорию Минтусову) То забавное определение демократии, которое вы дали, посмотрев в безумных энциклопедических словарях, в нем, как всегда, нет сути. Потому что когда вы начнете внимательно смотреть на термин что такое демократия, вы поймете, что давным-давно это слово не значит ничего. <...>Я давно за то, чтобы конституция была написана профессиональными умными людьми, любящими свою родину, а не теми, которые в какой-то момент времени, в 1993 году, вдруг решили, что им доверено. Вот поправки были хороши. Я давно считаю, что в нашей конституции должно звучать слово не демократия, а народовластие. Народ выбирает президента. И народ доверяет президенту. А не той узкой когорте, которую вы, И. М., пытаетесь защитить. И это называется власть народа. Потому что если бы никто не избирал президента, а его избирают напрямую, поэтому именно президент наделен всей полнотой власти. И президент каждый раз, выходя на выборы, получает подтверждение своего мандата. И это называется народовластие. А то, что вы, И. М., пытаетесь предложить, это хитрая система элитарных договоренностей. А главное, что в своем определении демократии вы уходите от главного вопроса: демократия — это цель или средство? А если вы не ответите на этот вопрос, вы никогда не придете к истине. И будете волочиться в обозе западной политической мысли.

   (ответ Игорию Минтусову) То забавное определение демократии, которое вы дали, посмотрев в безумных энциклопедических словарях, в нем, как всегда, нет сути. Потому что когда вы начнете внимательно смотреть на термин что такое демократия, вы поймете, что давным-давно это слово не значит ничего. <...>Я давно за то, чтобы конституция была написана профессиональными умными людьми, любящими свою родину, а не теми, которые в какой-то момент времени, в 1993 году, вдруг решили, что им доверено. Вот поправки были хороши. Я давно считаю, что в нашей конституции должно звучать слово не демократия, а народовластие. Народ выбирает президента. И народ доверяет президенту. А не той узкой когорте, которую вы, И. М., пытаетесь защитить. И это называется власть народа. Потому что если бы никто не избирал президента, а его избирают напрямую, поэтому именно президент наделен всей полнотой власти. И президент каждый раз, выходя на выборы, получает подтверждение своего мандата. И это называется народовластие. А то, что вы, И. М., пытаетесь предложить, это хитрая система элитарных договоренностей. А главное, что в своем определении демократии вы уходите от главного вопроса: демократия — это цель или средство? А если вы не ответите на этот вопрос, вы никогда не придете к истине. И будете волочиться в обозе западной политической мысли.

   — Владимир Рудольфович Соловьев
2. «

   Стесняясь самих себя, демократы переименовались в реформаторов.

   Стесняясь самих себя, демократы переименовались в реформаторов.

   — Леонид Шебаршин
3. «

   Это же упрощение! Достаточно посмотреть, как она (Энн Эпплбаум) лихо, и как американцы вместе с ней лихо объединяют в один класс пять абсолютно разных людей. Ну как можно поставить Мадуро в одну графу с Эрдоганом — обидятся оба! Это же, конечно, идея колоссального упрощенчества! Упрощенчества, возведенного в ранг идеологии... А теперь мы посмотрим, а что такое демократия? Демократия — это означает всего лишь — ненавидеть Россию и Китай.

   Это же упрощение! Достаточно посмотреть, как она (Энн Эпплбаум) лихо, и как американцы вместе с ней лихо объединяют в один класс пять абсолютно разных людей. Ну как можно поставить Мадуро в одну графу с Эрдоганом — обидятся оба! Это же, конечно, идея колоссального упрощенчества! Упрощенчества, возведенного в ранг идеологии... А теперь мы посмотрим, а что такое демократия? Демократия — это означает всего лишь — ненавидеть Россию и Китай.

   — Дмитрий Геннадиевич Евстафьев
4. «

   Демократия — это изобретение неверующих! Это их оружие!

   Демократия — это изобретение неверующих! Это их оружие!

   — Шахмаран · сериал
5. «

   Демократия — наименее интеллектуальная из всех форм правления.

   Демократия — наименее интеллектуальная из всех форм правления.

   — Филодем из Гадары
6. «

   Да и что же такое, наконец, есть эта демократия, к которой желает во что бы то ни стало приблизиться часть нашего церковного общества? Что представляет собой в религиозном смысле эта «воля народная», на которую теперь ссылаются как на высший и непререкаемый авторитет? Очевидно, воля народная одинаково способна как вдохновляться истиной, так и затемняться ложью, доходя до зверства, тирании, кощунства. Суеверное преклонение пред «волей народной», лежащее в основе культа демократии, родилось из обожествления греховного человека, взятого в множественности или совокупности своей. Глашатаем этой веры еще в XVIII в. явился Руссо, веривший, что существует «общая воля», которая «постоянна, незыблема и чиста»; причем ее нужно только выявить или открыть всеобщим голосованием. Она, эта воля, обладает истинностью, она и есть самодовлеющий путь, истина и жизнь. Столь дерзновенно противопоставляется здесь непросветленная стихия народа Свету мира, который есть единственно Путь, Истина и Жизнь. Можно ли смешивать такое человекобожие с христианской верой? Это учение о непогрешимости человечества в его групповом, классовом или государственном объединении еще больше утвердилось в XIX в., особенно в Германии. Немецкий же дух влиял и влияет всего сильнее на русский социализм, им запечатлено самосознание и наших социалистических партий. Пускай и в науке давно уже возбуждает сомнения это учение о воле народной, однако в массах все еще незыблемо держится это самообожествление толпы. Но это самоослепление не должно иметь никакой убедительности для церкви.

   Да и что же такое, наконец, есть эта демократия, к которой желает во что бы то ни стало приблизиться часть нашего церковного общества? Что представляет собой в религиозном смысле эта «воля народная», на которую теперь ссылаются как на высший и непререкаемый авторитет? Очевидно, воля народная одинаково способна как вдохновляться истиной, так и затемняться ложью, доходя до зверства, тирании, кощунства. Суеверное преклонение пред «волей народной», лежащее в основе культа демократии, родилось из обожествления греховного человека, взятого в множественности или совокупности своей. Глашатаем этой веры еще в XVIII в. явился Руссо, веривший, что существует «общая воля», которая «постоянна, незыблема и чиста»; причем ее нужно только выявить или открыть всеобщим голосованием. Она, эта воля, обладает истинностью, она и есть самодовлеющий путь, истина и жизнь. Столь дерзновенно противопоставляется здесь непросветленная стихия народа Свету мира, который есть единственно Путь, Истина и Жизнь. Можно ли смешивать такое человекобожие с христианской верой? Это учение о непогрешимости человечества в его групповом, классовом или государственном объединении еще больше утвердилось в XIX в., особенно в Германии. Немецкий же дух влиял и влияет всего сильнее на русский социализм, им запечатлено самосознание и наших социалистических партий. Пускай и в науке давно уже возбуждает сомнения это учение о воле народной, однако в массах все еще незыблемо держится это самообожествление толпы. Но это самоослепление не должно иметь никакой убедительности для церкви.

   — Протоиерей Сергий Булгаков
7. «

   Главное в демократии — чтобы власть переизбиралась.

   Главное в демократии — чтобы власть переизбиралась.

   — Николя Саркози
8. «

   Позовите репортёров: у нас демократия умерла!

   Позовите репортёров: у нас демократия умерла!

   — Альф · сериал
9. «

   Кто в 15 лет не демократ, из того ничего не выйдет; но не лучше и тот, кто в 20 лет все еще демократ.

   Кто в 15 лет не демократ, из того ничего не выйдет; но не лучше и тот, кто в 20 лет все еще демократ.

   — Генри Брукс Адамс
10. «

    При демократии неизбежно утрачиваются особенности людей. Те самые, которыми человек отличается от окружающих, противостоит, что–то глубоко индивидуальное, ненормативное. Неправда, что демократия встала на защиту личности, которую подавляла власть, что способна дать пищу чувствам, какую давали когда-то религии. Нет ничего более жесткого и безжалостного для индивида, чем род. В политике, например, власть одиночки можно увидеть как борьбу индивидуальности с массами. Одиночка — представитель индивидуального. Он вычленяет и поддерживает особенное, а не присущее всем. Но как только власть переходит к виду, что, по моему мнению, и есть суть демократии, он будет уничтожать индивидуальность ради малоинтересных общих задач, будет действовать жестоко, безжалостно, потому что жестокость тоже в природе человеческой. С помощью выборов демократия избавляется от определенного вида несправедливости, но её справедливость в конечном счете несравненно более жестока. Жестокость к тому же применяется во имя целей, которые мне совершенно неинтересны. <...> Быть человеком значит действовать не биологически. Никуда не годится прогресс, который, избавляя нас от несправедливости, приводит к улью или муравейнику. Не годится Россия, которая ради того, чтобы покончить с множеством несправедливостей, обрекла всех на жертвы, лишенные величия, на дисциплину улья, на бесчеловеческое.

    При демократии неизбежно утрачиваются особенности людей. Те самые, которыми человек отличается от окружающих, противостоит, что–то глубоко индивидуальное, ненормативное. Неправда, что демократия встала на защиту личности, которую подавляла власть, что способна дать пищу чувствам, какую давали когда-то религии. Нет ничего более жесткого и безжалостного для индивида, чем род. В политике, например, власть одиночки можно увидеть как борьбу индивидуальности с массами. Одиночка — представитель индивидуального. Он вычленяет и поддерживает особенное, а не присущее всем. Но как только власть переходит к виду, что, по моему мнению, и есть суть демократии, он будет уничтожать индивидуальность ради малоинтересных общих задач, будет действовать жестоко, безжалостно, потому что жестокость тоже в природе человеческой. С помощью выборов демократия избавляется от определенного вида несправедливости, но её справедливость в конечном счете несравненно более жестока. Жестокость к тому же применяется во имя целей, которые мне совершенно неинтересны. <...> Быть человеком значит действовать не биологически. Никуда не годится прогресс, который, избавляя нас от несправедливости, приводит к улью или муравейнику. Не годится Россия, которая ради того, чтобы покончить с множеством несправедливостей, обрекла всех на жертвы, лишенные величия, на дисциплину улья, на бесчеловеческое.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
11. «

    Разрешите обе проблемы: поощряйте богатого и покровительствуйте бедному, уничтожьте нищету, положите конец несправедливой эксплуатации слабого сильным, наложите узду на неправую зависть того, кто находится в пути, к тому, кто достиг цели, по-братски и точно установите оплату за труд соответственно работе, подарите бесплатное и обязательное обучение подрастающим детям, сделайте из знания основу зрелости; давая работу рукам, развивайте и ум, будьте одновременно могущественным народом и семьей счастливых людей, демократизируйте собственность, не отменив ее, но сделав общедоступной, чтобы каждый гражданин без исключения был собственником, а это легче, чем кажется, короче говоря, умейте создавать богатство и умейте его распределять; тогда вы будете обладать материальным величием и величием нравственным; тогда вы будете достойны называть себя Францией.

    Разрешите обе проблемы: поощряйте богатого и покровительствуйте бедному, уничтожьте нищету, положите конец несправедливой эксплуатации слабого сильным, наложите узду на неправую зависть того, кто находится в пути, к тому, кто достиг цели, по-братски и точно установите оплату за труд соответственно работе, подарите бесплатное и обязательное обучение подрастающим детям, сделайте из знания основу зрелости; давая работу рукам, развивайте и ум, будьте одновременно могущественным народом и семьей счастливых людей, демократизируйте собственность, не отменив ее, но сделав общедоступной, чтобы каждый гражданин без исключения был собственником, а это легче, чем кажется, короче говоря, умейте создавать богатство и умейте его распределять; тогда вы будете обладать материальным величием и величием нравственным; тогда вы будете достойны называть себя Францией.

    — Виктор Гюго · книга
12. «

    Не надо забывать, что в эпоху просвещения, когда научные идеи начали овладевать умами, церковь обладала непререкаемым авторитетом, подобно как английская корона, которая лучше знала, как устроен мир и во что следует верить. И главная революционная черта научного метода — демократизм: утверждение, что нет такой организации, нет такого человека, нет такого правителя, которые могли бы диктовать вам, как вам воспринимать реальность..

    Не надо забывать, что в эпоху просвещения, когда научные идеи начали овладевать умами, церковь обладала непререкаемым авторитетом, подобно как английская корона, которая лучше знала, как устроен мир и во что следует верить. И главная революционная черта научного метода — демократизм: утверждение, что нет такой организации, нет такого человека, нет такого правителя, которые могли бы диктовать вам, как вам воспринимать реальность..
13. «

    Свободу мы просто так не отдадим, мы отдадим её демократическим путём.

    Свободу мы просто так не отдадим, мы отдадим её демократическим путём.

    — Анатолий Анисенко
14. «

    Демократия – это прекрасно, и все же она отнюдь не означает, что наши граждане имеют право бунтовать, как только они с чем-то не согласны.

    Демократия – это прекрасно, и все же она отнюдь не означает, что наши граждане имеют право бунтовать, как только они с чем-то не согласны.

    — Кадзуо Исигуро · книга
15. «

    Ничто так не жаждет справедливости, как неиспорченное демократией русское сердце!

    Ничто так не жаждет справедливости, как неиспорченное демократией русское сердце!

    — Нина Соротокина · книга
16. «

    Все же демократия — это когда ты можешь говорить с кем угодно и о чем угодно. Поэтому предполагалось, что демократия никогда не умрет... Но разве на тонущем Титанике каждый, пренебрегая чувством самосохранения, вел демократические обсуждения того, кто должен спастись?

    Все же демократия — это когда ты можешь говорить с кем угодно и о чем угодно. Поэтому предполагалось, что демократия никогда не умрет... Но разве на тонущем Титанике каждый, пренебрегая чувством самосохранения, вел демократические обсуждения того, кто должен спастись?

    — Акумэцу
17. «

    Каждая цивилизация начинается с теократии, а заканчивается демократией.

    Каждая цивилизация начинается с теократии, а заканчивается демократией.

    — Виктор Гюго · книга
18. «

    Демократия — это всегда баланс между свободой и безопасностью.

    Демократия — это всегда баланс между свободой и безопасностью.

    — Владимир Рудольфович Соловьев
19. «

    Демократический строй универсальный? После окончания Второй мировой войны, когда в 1940-1960-х годах распались крупнейшие колониальные империи, правительства Англии и Франции дали получившим независимость колониям конституции, списанные со своих собственных. Вышло около 40 конституций «под Англию» и 25 «под Францию». Миновало 20, 40 лет, а результаты все еще остаются неоднозначными. Несмотря на это Запад повторяет в унисон с Америкой свое упрощенное кредо: «Демократия — универсальный рецепт счастья для всех народов», а значит, все, кто хочет прогресса, развития и превращения своего государства в индустриальное, должны построить демократию.

    Демократический строй универсальный? После окончания Второй мировой войны, когда в 1940-1960-х годах распались крупнейшие колониальные империи, правительства Англии и Франции дали получившим независимость колониям конституции, списанные со своих собственных. Вышло около 40 конституций «под Англию» и 25 «под Францию». Миновало 20, 40 лет, а результаты все еще остаются неоднозначными. Несмотря на это Запад повторяет в унисон с Америкой свое упрощенное кредо: «Демократия — универсальный рецепт счастья для всех народов», а значит, все, кто хочет прогресса, развития и превращения своего государства в индустриальное, должны построить демократию.

    — Ли Куан Ю
20. «

    Свободные СМИ и свобода самовыражения являются жизненно необходимым элементом любого свободного и демократического общества, и правительство порицает любые ограничения этих свобод.

    Свободные СМИ и свобода самовыражения являются жизненно необходимым элементом любого свободного и демократического общества, и правительство порицает любые ограничения этих свобод.

    — Люк Хардинг · книга