«Жизненные цитаты на тему «депрессия»»: 21 цитата со смыслом

Собрали 21 цитата на тему «Жизненные цитаты на тему «депрессия»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Когда вы в депрессии, то как будто носите очки со специальными линзами, которые отфильтровывают всё положительное.

   Когда вы в депрессии, то как будто носите очки со специальными линзами, которые отфильтровывают всё положительное.

   — Дэвид Бернс · книга
2. «

   — Так значит, грусть — это место? — Да. Иногда люди живут там годами.

   — Так значит, грусть — это место? — Да. Иногда люди живут там годами.

   — Элизабет Гилберт · книга
3. «

   — Считаю, что обламываться я так и не научилась, поэтому и нахожусь в переходной депрессии из одной драмы — в другую.

   — Считаю, что обламываться я так и не научилась, поэтому и нахожусь в переходной депрессии из одной драмы — в другую.

   — Мария Свешникова · книга
4. «

   Депресняк – лишь повод, Суицид – как способ... Это всё знакомо, Нет проблем и нет вопросов. Если больно – слёзы, Если в кайф – мурашки... Ты не верь в прогнозы, Знать, что будет очень страшно!

   Депресняк – лишь повод, Суицид – как способ... Это всё знакомо, Нет проблем и нет вопросов. Если больно – слёзы, Если в кайф – мурашки... Ты не верь в прогнозы, Знать, что будет очень страшно!
5. «

   Если что-то болит в душе или теле, значит, там поселилось что-то плохое, и через это место энергия утекает. Чтобы заткнуть пробоину, нужно нащупать боль и целиком ей отдаться — тогда она перестанет просить внимания и отпустит.

   Если что-то болит в душе или теле, значит, там поселилось что-то плохое, и через это место энергия утекает. Чтобы заткнуть пробоину, нужно нащупать боль и целиком ей отдаться — тогда она перестанет просить внимания и отпустит.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   Депрессия не способна построить будущее.

   Депрессия не способна построить будущее.

   — доктор Джонатан Бэнкс · фильм
7. «

   Депрессия — это когда легче вручную выгрузить вагон кирпича, чем поднять телефонную трубку.

   Депрессия — это когда легче вручную выгрузить вагон кирпича, чем поднять телефонную трубку.

   — Владимир Леви
8. «

   Весь день на балконе, южный ветер треплет ресницы Босфора, усохшая баклава в холодильнике, вырванный шнур телефона, съёжившееся сердце, ещё горячий омлет на кухонном столе, присуствие аппетита, но полное отсуствие сил есть-жить. Кто-то скажет, что надо идти дальше, но я не могу. «Нельзя останавливаться, даже если силы иссякли. В боли так легко засидеться...»

   Весь день на балконе, южный ветер треплет ресницы Босфора, усохшая баклава в холодильнике, вырванный шнур телефона, съёжившееся сердце, ещё горячий омлет на кухонном столе, присуствие аппетита, но полное отсуствие сил есть-жить. Кто-то скажет, что надо идти дальше, но я не могу. «Нельзя останавливаться, даже если силы иссякли. В боли так легко засидеться...»

   — Эльчин Сафарли · книга
9. «

   Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

   Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

   — Чарльз Перси Сноу · книга
10. «

    Хюмейра полагала, что есть нечто общее между ожирением и склонностью к меланхолии. В обоих случаях общество обвиняет самого больного. Ни к одной другой болезни так не относятся. Люди с другими недугами по крайней мере получают хоть толику сочувствия и моральной поддержки. Но только не полные и не те, кто подвержен депрессии. Можно попридержать свой аппетит… Можно контролировать свои мысли… Но Хюмейра знала: ни вес, ни привычное отчаяние от неё не зависят.

    Хюмейра полагала, что есть нечто общее между ожирением и склонностью к меланхолии. В обоих случаях общество обвиняет самого больного. Ни к одной другой болезни так не относятся. Люди с другими недугами по крайней мере получают хоть толику сочувствия и моральной поддержки. Но только не полные и не те, кто подвержен депрессии. Можно попридержать свой аппетит… Можно контролировать свои мысли… Но Хюмейра знала: ни вес, ни привычное отчаяние от неё не зависят.

    — Элиф Шафак · книга
11. «

    Я работал в цирке «Дю Солей». Это лучший цирк в мире. И я — звезда великого цирка. Это гастроли в Нью-Йорке. И я — главный персонаж. Мечта, вершина карьеры... И мне скучно. Неинтересно. Несчастливо. Почему? А кончилось творчество. Я ежедневно повторяю одно и то же. Развития нет. He дают развиваться, потому что формула коммерческого успеха — закрепление и повторение. И у меня начинается депрессия. Что-то неверно. Я нахожусь не там. Депрессия длится несколько месяцев — страшная, тяжёлая... Хотя всё идеально, меня все любят, меня на руках нoсят! И вот я ищу возможность вырваться из этого прекpасного, выгодного, перспективного контракта. И вырываюсь. И депрессия проходит. То есть нужно понять, чтo именно и в каком месте неправильно, — это раз. И найти в себе силы сделать из этого места шаг — это два. А это всегда очень больно. Oчень непросто. И абсолютно необходимо.

    Я работал в цирке «Дю Солей». Это лучший цирк в мире. И я — звезда великого цирка. Это гастроли в Нью-Йорке. И я — главный персонаж. Мечта, вершина карьеры... И мне скучно. Неинтересно. Несчастливо. Почему? А кончилось творчество. Я ежедневно повторяю одно и то же. Развития нет. He дают развиваться, потому что формула коммерческого успеха — закрепление и повторение. И у меня начинается депрессия. Что-то неверно. Я нахожусь не там. Депрессия длится несколько месяцев — страшная, тяжёлая... Хотя всё идеально, меня все любят, меня на руках нoсят! И вот я ищу возможность вырваться из этого прекpасного, выгодного, перспективного контракта. И вырываюсь. И депрессия проходит. То есть нужно понять, чтo именно и в каком месте неправильно, — это раз. И найти в себе силы сделать из этого места шаг — это два. А это всегда очень больно. Oчень непросто. И абсолютно необходимо.

    — Вячеслав Полунин
12. «

    Ну здравствуй, люд, я депремальчик, Всегда сижу в уныньи я. Я злой и не послушный «зайчик», Прошу, не трогайте меня.

    Ну здравствуй, люд, я депремальчик, Всегда сижу в уныньи я. Я злой и не послушный «зайчик», Прошу, не трогайте меня.
13. «

    За темным окном в истерике бьётся дождь, А в клетке из рёбер колотится громко сердце. И ты никому не веришь, уже не ждёшь, И не на кого положиться и опереться. Бывает… В душе без света кромешный мрак: Ни свечки, ни лампочки, ни костерка живого. И кажется, что всегда теперь будет так: Ни выхода, ни эмоции, ни покоя. И всё-таки вдруг собака во сне чихнёт И так философски взглянет, и мокрым носом Упрется в щеку и в ухо твоё вздохнёт… И смысл этой жизни уже не звучит вопросом.

    За темным окном в истерике бьётся дождь, А в клетке из рёбер колотится громко сердце. И ты никому не веришь, уже не ждёшь, И не на кого положиться и опереться. Бывает… В душе без света кромешный мрак: Ни свечки, ни лампочки, ни костерка живого. И кажется, что всегда теперь будет так: Ни выхода, ни эмоции, ни покоя. И всё-таки вдруг собака во сне чихнёт И так философски взглянет, и мокрым носом Упрется в щеку и в ухо твоё вздохнёт… И смысл этой жизни уже не звучит вопросом.
14. «

    Тем временем Россия погружалась в депрессию, люди, обнищавшие в очередной раз, — тоже. Казалось, тоска разлита в воздухе, темном, нечистом и гнетущем. Безрадостная, тяжкая осень девяносто восьмого года. Теперь уже мир Лены, принцессы четвертого поколения, раскололся на «до» и «после», но она еще не поняла, что 330 так было и будет всегда.

    Тем временем Россия погружалась в депрессию, люди, обнищавшие в очередной раз, — тоже. Казалось, тоска разлита в воздухе, темном, нечистом и гнетущем. Безрадостная, тяжкая осень девяносто восьмого года. Теперь уже мир Лены, принцессы четвертого поколения, раскололся на «до» и «после», но она еще не поняла, что 330 так было и будет всегда.

    — Елена Котова · книга
15. «

    Говорят, горе имеет пять стадий. Первая — отрицание. Потом злость. Потом мольбы, пожалуй самое жалкое состояние. К тому времени, когда он объявил, что мы на месте, я впала в глубокую депрессию. Иными словами, в четвертую стадию.

    Говорят, горе имеет пять стадий. Первая — отрицание. Потом злость. Потом мольбы, пожалуй самое жалкое состояние. К тому времени, когда он объявил, что мы на месте, я впала в глубокую депрессию. Иными словами, в четвертую стадию.

    — Джанин Фрост · книга
16. «

    Беда была вот в чем (и в этом я сам не раз убеждался) — когда через тридцать шесть часов тебя всего начинает корежить, а дальнейшая жизнь без опиатов зияет перед глазами мрачным тюремным коридором, нужен какой-то очень убедительный повод, чтоб и дальше шагать в эту тьму, вместо того чтоб развернуться и снова провалиться в роскошную перину, с которой ты по дурости решил встать.

    Беда была вот в чем (и в этом я сам не раз убеждался) — когда через тридцать шесть часов тебя всего начинает корежить, а дальнейшая жизнь без опиатов зияет перед глазами мрачным тюремным коридором, нужен какой-то очень убедительный повод, чтоб и дальше шагать в эту тьму, вместо того чтоб развернуться и снова провалиться в роскошную перину, с которой ты по дурости решил встать.

    — Донна Тартт · книга
17. «

    Он сказал, что ему грустно и он не знает, отчего. Он сказал, что депрессия — это иная форма грусти, такая, которую не могут облегчить никакие слезы. Это такое чувство безнадежности и одиночества, что тяжело встать утром с кровати, невыносимо трудно собраться с силами, чтобы пойти на работу, или помыться, или хотя бы поесть. Он одновременно испытывал очень сильное чувство и совсем ничего не чувствовал. Он дышал, но будто бы не жил.

    Он сказал, что ему грустно и он не знает, отчего. Он сказал, что депрессия — это иная форма грусти, такая, которую не могут облегчить никакие слезы. Это такое чувство безнадежности и одиночества, что тяжело встать утром с кровати, невыносимо трудно собраться с силами, чтобы пойти на работу, или помыться, или хотя бы поесть. Он одновременно испытывал очень сильное чувство и совсем ничего не чувствовал. Он дышал, но будто бы не жил.

    — Джек Кэнфилд · книга
18. «

    Объясняя себе и другим необходимость сделать аборт, женщины ссылаются на безденежье, квартирные проблемы, отсутствие поддержки близких. Но за внешними трудностями стоят глубокие причины психологического плана, которые гораздо больше, чем что-либо ещё, влияют на решение женщины прервать беременность.

    Объясняя себе и другим необходимость сделать аборт, женщины ссылаются на безденежье, квартирные проблемы, отсутствие поддержки близких. Но за внешними трудностями стоят глубокие причины психологического плана, которые гораздо больше, чем что-либо ещё, влияют на решение женщины прервать беременность.

    — Роксана Бондаревская · книга
19. «

    Не надо ля-ля. Настоящая депрессия — это когда ни пить, ни есть, ни двигаться, ни жить не хочется, – всплыло в памяти интервью с психиатром. – А ты вон какие планы строишь.

    Не надо ля-ля. Настоящая депрессия — это когда ни пить, ни есть, ни двигаться, ни жить не хочется, – всплыло в памяти интервью с психиатром. – А ты вон какие планы строишь.

    — Олег Дивов · книга
20. «

    Притворяться счастливой, натянув широкую улыбку, было гораздо проще, чем признаваться самой себе, в какое эмоциональное дно ты загнала себя.

    Притворяться счастливой, натянув широкую улыбку, было гораздо проще, чем признаваться самой себе, в какое эмоциональное дно ты загнала себя.