418 цитат про «детство»

Тема «детство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 418 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Дарья, разве тебе не хочется освежить свои воспоминания о летнем лагере? — О тех трогательных днях, когда все называли меня «той странной девочкой»?

   — Дарья, разве тебе не хочется освежить свои воспоминания о летнем лагере? — О тех трогательных днях, когда все называли меня «той странной девочкой»?

   — Дарья Моргендорффер · мультфильм
2. «

   Все эти вещи, оставляющие след в нашем детстве, делают нас теми, кто мы есть.

   Все эти вещи, оставляющие след в нашем детстве, делают нас теми, кто мы есть.

   — Итан Чендлер · сериал
3. «

   Некоторые раны, полученные в детстве, не заживают никогда. Они забываются на какое-то время, позволяя нам вырасти и повзрослеть – с тем, чтобы вернуться позже и лишь больнее напомнить о себе.

   Некоторые раны, полученные в детстве, не заживают никогда. Они забываются на какое-то время, позволяя нам вырасти и повзрослеть – с тем, чтобы вернуться позже и лишь больнее напомнить о себе.

   — Марк Леви · книга
4. «

   — Ты маленький такой славный был. Постоянно папа, да папа твердил... — Это сто лет назад было. Я уже взрослый. Так что завязывай. — Взрослый? Не вижу тут взрослых...

   — Ты маленький такой славный был. Постоянно папа, да папа твердил... — Это сто лет назад было. Я уже взрослый. Так что завязывай. — Взрослый? Не вижу тут взрослых...

   — Сиро Фудзимото · аниме
5. «

   Недавно я поймал себя на необъяснимом ощущении: листая книгу о Гитлере, я растрогался при виде некоторых фотографий. Они напомнили мне годы моего детства; я прожил его в войну. Многие мои родственники погибли в гитлеровских концлагерях; но что была их смерть по сравнению с тем, что фотография Гитлера напомнила мне об ушедшем времени моей жизни, о времени, которое не повторится? Это примирение с Гитлером вскрывает глубокую нравственную извращенность мира, по сути своей основанного на несуществовании возвращения, ибо в этом мире всё наперёд прощено и, стало быть, всё цинично дозволено.

   Недавно я поймал себя на необъяснимом ощущении: листая книгу о Гитлере, я растрогался при виде некоторых фотографий. Они напомнили мне годы моего детства; я прожил его в войну. Многие мои родственники погибли в гитлеровских концлагерях; но что была их смерть по сравнению с тем, что фотография Гитлера напомнила мне об ушедшем времени моей жизни, о времени, которое не повторится? Это примирение с Гитлером вскрывает глубокую нравственную извращенность мира, по сути своей основанного на несуществовании возвращения, ибо в этом мире всё наперёд прощено и, стало быть, всё цинично дозволено.

   — Милан Кундера · книга
6. «

   Возможно, наше детство – это компас, который помогает нам определять свое местоположение в жизни: важны ли мы для своих близких или нет. Возможно, наше детство – это карта, на которой мы изучаем размеры и границы своей значимости.

   Возможно, наше детство – это компас, который помогает нам определять свое местоположение в жизни: важны ли мы для своих близких или нет. Возможно, наше детство – это карта, на которой мы изучаем размеры и границы своей значимости.

   — Эдит Ева Эгер · книга
7. «

   Знания и обретённый опыт не смогли раскрыть её, [красоту] и тогда он обратился к фантазии и иллюзии и нашёл красоту совсем рядом — в туманных воспоминаниях о детстве и детских мечтах.

   Знания и обретённый опыт не смогли раскрыть её, [красоту] и тогда он обратился к фантазии и иллюзии и нашёл красоту совсем рядом — в туманных воспоминаниях о детстве и детских мечтах.

   — Говард Филлипс Лавкрафт · книга
8. «

   Детство кончится когда-то, Ведь оно не навсегда. Станут взрослыми ребята – Разлетятся кто куда. А пока мы только дети – Нам расти ещё расти. Только небо, только ветер, Только счастье впереди.

   Детство кончится когда-то, Ведь оно не навсегда. Станут взрослыми ребята – Разлетятся кто куда. А пока мы только дети – Нам расти ещё расти. Только небо, только ветер, Только счастье впереди.

   — Электроник · фильм
9. «

   Тайна человеческой души заключена в психических драмах детства. Докопайтесь до этих драм, и исцеление придет.

   Тайна человеческой души заключена в психических драмах детства. Докопайтесь до этих драм, и исцеление придет.

   — Зигмунд Фрейд
10. «

    «Вот бабушка так никогда бы не сказала», – подумала Аделя. Бабушкины чайные отвары не могли плохо пахнуть. Наоборот, они всегда были такими приятными и ароматными, что можно было даже не пить их, а просто сидеть и потягивать носом пар. «Вдыхаешь чай – выдыхаешь счастье», – однажды сказала бабушка. И ее внучка, чтобы не растерять такое ценное дыхание, вбирала в себя чайный запах и выдыхала его в воздушный шарик. Так что после выходных в бабулиной квартире все комнаты были завалены шарами.

    «Вот бабушка так никогда бы не сказала», – подумала Аделя. Бабушкины чайные отвары не могли плохо пахнуть. Наоборот, они всегда были такими приятными и ароматными, что можно было даже не пить их, а просто сидеть и потягивать носом пар. «Вдыхаешь чай – выдыхаешь счастье», – однажды сказала бабушка. И ее внучка, чтобы не растерять такое ценное дыхание, вбирала в себя чайный запах и выдыхала его в воздушный шарик. Так что после выходных в бабулиной квартире все комнаты были завалены шарами.
11. «

    Страшно и больно остаться круглой сиротой, а еще страшнее и больнее — остаться сиротою при родителях живых!

    Страшно и больно остаться круглой сиротой, а еще страшнее и больнее — остаться сиротою при родителях живых!
12. «

    То, что не убивает нас, однозначно делает нас сильнее. И эта идея – основная во всех фильмах о супер-героях. Эти истории существовали сотни лет. И потом трансформировались в это: «О, мои родители погибли, когда я был маленьким, теперь я стану супер-героем». Сколько раз вы это видели в кино? «Мою маму убили, и теперь я стану Бэмби и превращусь в крутого сильного оленя». Трагедия делает нас сильнее – это правда. Однажды я оказался рядом с детским психологом <...> и мы разговорились. У меня только что родился ребенок, и мы говорили о том, какие они восприимчивые, как любое сказанное слово может сломать им жизнь. Но она сказала: «Дети, у которых в жизни все хорошо, не становятся ничем особенным». И я тогда подумал «Ого!» Это говорит детский психолог. Так что я ей верю. На самом деле нет. Есть много особенных людей, у которых в жизни все было хорошо. Но какая-то правда в её словах все-таки есть.

    То, что не убивает нас, однозначно делает нас сильнее. И эта идея – основная во всех фильмах о супер-героях. Эти истории существовали сотни лет. И потом трансформировались в это: «О, мои родители погибли, когда я был маленьким, теперь я стану супер-героем». Сколько раз вы это видели в кино? «Мою маму убили, и теперь я стану Бэмби и превращусь в крутого сильного оленя». Трагедия делает нас сильнее – это правда. Однажды я оказался рядом с детским психологом <...> и мы разговорились. У меня только что родился ребенок, и мы говорили о том, какие они восприимчивые, как любое сказанное слово может сломать им жизнь. Но она сказала: «Дети, у которых в жизни все хорошо, не становятся ничем особенным». И я тогда подумал «Ого!» Это говорит детский психолог. Так что я ей верю. На самом деле нет. Есть много особенных людей, у которых в жизни все было хорошо. Но какая-то правда в её словах все-таки есть.

    — Джеймс МакЭвой
13. «

    Когда я был маленьким — у нас не было подставок, приходилось держать ёлку по очереди.

    Когда я был маленьким — у нас не было подставок, приходилось держать ёлку по очереди.

    — Энди Андерсон · мультфильм
14. «

    Не странно ли, что в минуты жизненных потрясений мысли наши вдруг обращаются к детству?

    Не странно ли, что в минуты жизненных потрясений мысли наши вдруг обращаются к детству?

    — Дафна дю Морье · книга
15. «

    Глаза большие, яркие, ясные, влажно сияли, румянец был природный — это под самой кожей пульсировала кровь, нагнетаемая ударами молодого, крепкого сердца. Вся она трепетала, казалось, на последней грани детства: без малого восемнадцать — уже почти расцвела, но еще в утренней росе.

    Глаза большие, яркие, ясные, влажно сияли, румянец был природный — это под самой кожей пульсировала кровь, нагнетаемая ударами молодого, крепкого сердца. Вся она трепетала, казалось, на последней грани детства: без малого восемнадцать — уже почти расцвела, но еще в утренней росе.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
16. «

    Когда мы были детьми, мы легко делали выбор, поскольку жить было проще. В детстве всё получалось.

    Когда мы были детьми, мы легко делали выбор, поскольку жить было проще. В детстве всё получалось.

    — Филл Грин · фильм
17. «

    Из детства обычно остаётся много ярких воспоминаний. Хорошо, когда эти яркие воспоминания о ярком — ярком солнце, ярком свете… Потому что человек таким и вырастает — ярким.

    Из детства обычно остаётся много ярких воспоминаний. Хорошо, когда эти яркие воспоминания о ярком — ярком солнце, ярком свете… Потому что человек таким и вырастает — ярким.

    — Максимилиан Неаполитанский · книга
18. «

    Нет ничего обиднее в детстве, чем когда взрослые смеются над твоими переживаниями.

    Нет ничего обиднее в детстве, чем когда взрослые смеются над твоими переживаниями.

    — Олег Рой · книга
19. «

    Становясь взрослее, мы почему-то перестаем верить в сказку, а вместе с тем перестаем понимать, что или кто на самом деле нам ее создал. Создали это близкие вам люди — родители. Они хотели дать вам пример того, что существует любовь, единение, ощущение праздника.

    Становясь взрослее, мы почему-то перестаем верить в сказку, а вместе с тем перестаем понимать, что или кто на самом деле нам ее создал. Создали это близкие вам люди — родители. Они хотели дать вам пример того, что существует любовь, единение, ощущение праздника.

    — Тамера Блэк · книга
20. «

    В детстве мы особенно остро ощущаем, что кроме обычного, видимого мира есть ещё и мир невидимый. Смутная уверенность эта внушает нам искреннюю любовь к «ужастикам» любого содержания и качества; она же становится источником нашего вдохновения, когда мы придумываем свои «авторские» страшные истории, сколь бы наивны и неуклюжи они ни были. Страх становится для нас неотъемлемой частью чудесного, главным настроением любой загадочной истории, непременным атрибутом тайны.

    В детстве мы особенно остро ощущаем, что кроме обычного, видимого мира есть ещё и мир невидимый. Смутная уверенность эта внушает нам искреннюю любовь к «ужастикам» любого содержания и качества; она же становится источником нашего вдохновения, когда мы придумываем свои «авторские» страшные истории, сколь бы наивны и неуклюжи они ни были. Страх становится для нас неотъемлемой частью чудесного, главным настроением любой загадочной истории, непременным атрибутом тайны.

    — Макс Фрай · книга