667 цитат на тему «детство» — подборка редакции

Тема «детство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 667 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Детство… Именно детство, вот что внезапно вспомнилось им обеим. Та пора, когда дни текли беззаботно и счастливо, когда верилось, что чудо совсем рядом… Да что там говорить – каждый новый день и был этим чудом. И так тогда легко верилось, что все заветные мечты обязательно сбудутся, все желания непременно исполнятся, и так будет всегда.

   Детство… Именно детство, вот что внезапно вспомнилось им обеим. Та пора, когда дни текли беззаботно и счастливо, когда верилось, что чудо совсем рядом… Да что там говорить – каждый новый день и был этим чудом. И так тогда легко верилось, что все заветные мечты обязательно сбудутся, все желания непременно исполнятся, и так будет всегда.

   — Олег Рой · книга
2. «

   Все мы родом из детства.

   Все мы родом из детства.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
3. «

   Если бы человек мог подсчитать все унижения, несправедливости и обиды, которые ему пришлось испытать за свою жизнь, оказалось бы, что львиная их доля приходится именно на «счастливое» детство.

   Если бы человек мог подсчитать все унижения, несправедливости и обиды, которые ему пришлось испытать за свою жизнь, оказалось бы, что львиная их доля приходится именно на «счастливое» детство.

   — Януш Корчак
4. «

   В детстве обижались, что с нами никто не играет. Теперь обижаемся, что с нами играют все.

   В детстве обижались, что с нами никто не играет. Теперь обижаемся, что с нами играют все.
5. «

   Обычно бываешь слишком захвачен тем, что происходит с тобой сейчас, чтобы вдруг взять и начать вспоминать детство. Вообще жизнь взрослого человека самодостаточна и – как бы это сказать – не имеет пустот, в которые могло бы поместиться переживание, не связанное прямо с тем, что вокруг. Иногда только, совсем рано утром, когда просыпаешься и видишь перед собой что-то очень привычное – хотя бы кирпичную стену, – вспоминаешь, что раньше она была другой, не такой, как сегодня, хотя и не изменилась с тех пор совершенно.

   Обычно бываешь слишком захвачен тем, что происходит с тобой сейчас, чтобы вдруг взять и начать вспоминать детство. Вообще жизнь взрослого человека самодостаточна и – как бы это сказать – не имеет пустот, в которые могло бы поместиться переживание, не связанное прямо с тем, что вокруг. Иногда только, совсем рано утром, когда просыпаешься и видишь перед собой что-то очень привычное – хотя бы кирпичную стену, – вспоминаешь, что раньше она была другой, не такой, как сегодня, хотя и не изменилась с тех пор совершенно.

   — Виктор Пелевин · книга
6. «

   Вот вспомните, все наши самые близкие и любимые люди – это те, рядом с которыми мы не боимся быть детьми, уязвимыми и озорными.

   Вот вспомните, все наши самые близкие и любимые люди – это те, рядом с которыми мы не боимся быть детьми, уязвимыми и озорными.

   — Лариса Парфентьева · книга
7. «

   Ты ехала в другое детство, где тебя уже не будут больше окружать смерть, одиночество и горе.

   Ты ехала в другое детство, где тебя уже не будут больше окружать смерть, одиночество и горе.

   — Марк Леви · книга
8. «

   После смерти мы, видимо, все возвращаемся туда, в детство, в прошлое, в те моменты, когда нам было хорошо. Когда мир нас любил.

   После смерти мы, видимо, все возвращаемся туда, в детство, в прошлое, в те моменты, когда нам было хорошо. Когда мир нас любил.

   — Олег Дозморов · фильм
9. «

   Мы стали теми, кем нас пугали в детстве.

   Мы стали теми, кем нас пугали в детстве.
10. «

    Недавно я поймал себя на необъяснимом ощущении: листая книгу о Гитлере, я растрогался при виде некоторых фотографий. Они напомнили мне годы моего детства; я прожил его в войну. Многие мои родственники погибли в гитлеровских концлагерях; но что была их смерть по сравнению с тем, что фотография Гитлера напомнила мне об ушедшем времени моей жизни, о времени, которое не повторится? Это примирение с Гитлером вскрывает глубокую нравственную извращенность мира, по сути своей основанного на несуществовании возвращения, ибо в этом мире всё наперёд прощено и, стало быть, всё цинично дозволено.

    Недавно я поймал себя на необъяснимом ощущении: листая книгу о Гитлере, я растрогался при виде некоторых фотографий. Они напомнили мне годы моего детства; я прожил его в войну. Многие мои родственники погибли в гитлеровских концлагерях; но что была их смерть по сравнению с тем, что фотография Гитлера напомнила мне об ушедшем времени моей жизни, о времени, которое не повторится? Это примирение с Гитлером вскрывает глубокую нравственную извращенность мира, по сути своей основанного на несуществовании возвращения, ибо в этом мире всё наперёд прощено и, стало быть, всё цинично дозволено.

    — Милан Кундера · книга
11. «

    Бублик, Мотыль, Пончик... Пончик, Бублик, Мотыль... А по-другому — Вася, Дима, Петя — так, кажется? А знаете ли вы, Вася, Дима, Петя, что вот уже тридцать человек на этой земле называют меня Иннокентий Петрович, ждут, просят помочь, советуются. Я им нужен. Ну космос, что космос? Космос — дело наживное. А дети? Дети они ведь перспективные, их только надо почувствовать. Вот вы, например. Вы же тоже не без способностей. Вас просто не почувствовали и всё.

    Бублик, Мотыль, Пончик... Пончик, Бублик, Мотыль... А по-другому — Вася, Дима, Петя — так, кажется? А знаете ли вы, Вася, Дима, Петя, что вот уже тридцать человек на этой земле называют меня Иннокентий Петрович, ждут, просят помочь, советуются. Я им нужен. Ну космос, что космос? Космос — дело наживное. А дети? Дети они ведь перспективные, их только надо почувствовать. Вот вы, например. Вы же тоже не без способностей. Вас просто не почувствовали и всё.

    — Иннокентий Петрович (Кеша) Четвергов · фильм
12. «

    Когда мне было восемь, меня забрали у матери, арестованной за наркотики. Меня бросили в психушку и держали в железной камере одну, потому что я была не как все дети. Оттуда перевели в другое временное убежище. Каждые несколько месяцев у меня менялся соц. работник и все шло по-новой. К двенадцати годам у меня была десятая приемная семья, в этот раз они казались хорошими, пока папаша не вошел ночью ко мне в комнату и не начал меня лапать. И я рассказала соц. работнику, она позвонила в полицию, а он сказал, что я все выдумала, как и все трудные дети и поверили ему. Я боялась даже рот открыть. Я убежала. Хотела найти свою мать, чтобы хоть немного с ней побыть. Все было плохо и я убежала.

    Когда мне было восемь, меня забрали у матери, арестованной за наркотики. Меня бросили в психушку и держали в железной камере одну, потому что я была не как все дети. Оттуда перевели в другое временное убежище. Каждые несколько месяцев у меня менялся соц. работник и все шло по-новой. К двенадцати годам у меня была десятая приемная семья, в этот раз они казались хорошими, пока папаша не вошел ночью ко мне в комнату и не начал меня лапать. И я рассказала соц. работнику, она позвонила в полицию, а он сказал, что я все выдумала, как и все трудные дети и поверили ему. Я боялась даже рот открыть. Я убежала. Хотела найти свою мать, чтобы хоть немного с ней побыть. Все было плохо и я убежала.

    — Агнес Эппл Бейли · фильм
13. «

    Как было бы здорово, оставайся всё и всегда таким же простым и ясным, как в двенадцать или двадцать лет. Если бы в мире и впрямь было лишь два цвета: чёрный и белый...

    Как было бы здорово, оставайся всё и всегда таким же простым и ясным, как в двенадцать или двадцать лет. Если бы в мире и впрямь было лишь два цвета: чёрный и белый...

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    Задача каждого взрослого – вернуть то, что было украдено у него в детстве. Танцы, космос, динозавры… Никогда не поздно исполнить заветную мечту, и не важно, сколько вам лет.

    Задача каждого взрослого – вернуть то, что было украдено у него в детстве. Танцы, космос, динозавры… Никогда не поздно исполнить заветную мечту, и не важно, сколько вам лет.

    — Мария Фариса
15. «

    Детство — это лучшее время в жизни. Его надо грамотно использовать!

    Детство — это лучшее время в жизни. Его надо грамотно использовать!

    — Крош · мультфильм
16. «

    Мы, взрослые, не понимаем детей, так как мы не понимаем уже больше своего собственного детства.

    Мы, взрослые, не понимаем детей, так как мы не понимаем уже больше своего собственного детства.

    — Зигмунд Фрейд
17. «

    Сломать жизнь человеку просто — надо лишь начать с его детства.

    Сломать жизнь человеку просто — надо лишь начать с его детства.
18. «

    Знаешь, каждый человек, в любом возрасте, сохраняет свое первое лицо, с которым входил в мир. Только это лицо бывает трудно разглядеть. Ну как тебе объяснить? Вот встречаются два однокашника, которые не видели друг друга тридцать или даже пятьдесят лет. Случайно. Смотрят друг на друга — и узнают, и называют прежними смешными прозвищами. Их старые лица на мгновение становятся такими, какими были много лет назад. Детское лицо — оно и есть самое настоящее. Оно никуда не девается, просто с годами прячется под морщинами, складками, бородами...

    Знаешь, каждый человек, в любом возрасте, сохраняет свое первое лицо, с которым входил в мир. Только это лицо бывает трудно разглядеть. Ну как тебе объяснить? Вот встречаются два однокашника, которые не видели друг друга тридцать или даже пятьдесят лет. Случайно. Смотрят друг на друга — и узнают, и называют прежними смешными прозвищами. Их старые лица на мгновение становятся такими, какими были много лет назад. Детское лицо — оно и есть самое настоящее. Оно никуда не девается, просто с годами прячется под морщинами, складками, бородами...

    — Борис Акунин · книга
19. «

    Honestly, I’ve never fit in with the world. I was always alone It’s been a long time since I’ve forgotten about love I can’t listen to hopeful love songs anymore. You and me both we're just sad clowns, tamed and scripted. I’ve come too far. I'm coming home. I wanna go back. To when I was young.

    Honestly, I’ve never fit in with the world. I was always alone It’s been a long time since I’ve forgotten about love I can’t listen to hopeful love songs anymore. You and me both we're just sad clowns, tamed and scripted. I’ve come too far. I'm coming home. I wanna go back. To when I was young.
20. «

    Когда я была маленькой девочкой, моя благонамеренная бабушка рассказывала мне, что небеса грохочут, потому что Бог переставляет мебель.

    Когда я была маленькой девочкой, моя благонамеренная бабушка рассказывала мне, что небеса грохочут, потому что Бог переставляет мебель.

    — Рут Хоган · книга