772 цитаты про «детство» — большая подборка

Тема «детство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 772 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — А у тебя в детстве Барби была? — Да и Барби, и Кен — А у меня Кена не было, поэтому моя Барби трахалась с Бэтменом, Суперменом и плюшевым гномом!

   — А у тебя в детстве Барби была? — Да и Барби, и Кен — А у меня Кена не было, поэтому моя Барби трахалась с Бэтменом, Суперменом и плюшевым гномом!
2. «

   — Вот бы оставаться детьми вечно, я бы так хотел видеть те же сны, что и раньше. — О чём ты, если ты видишь сны, то спишь. Проснись, Соске, сны должны сбываться!

   — Вот бы оставаться детьми вечно, я бы так хотел видеть те же сны, что и раньше. — О чём ты, если ты видишь сны, то спишь. Проснись, Соске, сны должны сбываться!
3. «

   В детстве мы все умели разговаривать с животными.

   В детстве мы все умели разговаривать с животными.

   — Джулия Робертс
4. «

   Давай останемся детьми, уйдём укроемся от мира, где лживые уста, ищут цели лишь для тира, туда где всё ещё светло, тепло уютно и отрадно, где проще что-то понимать, добро и зло не так абстрактно, в место сновидений и чудес, тепло родительских объятий, в королевство принцев и принцесс, в страну без боли и страданий!

   Давай останемся детьми, уйдём укроемся от мира, где лживые уста, ищут цели лишь для тира, туда где всё ещё светло, тепло уютно и отрадно, где проще что-то понимать, добро и зло не так абстрактно, в место сновидений и чудес, тепло родительских объятий, в королевство принцев и принцесс, в страну без боли и страданий!
5. «

   Детство — это мифология. Это сказочные ответы на реальные вопросы.

   Детство — это мифология. Это сказочные ответы на реальные вопросы.

   — Валерий Рабинович · книга
6. «

   И дорогому букварю я говорю: — Благодарю! Ты книга первая моя! Теперь читать умею я! На свете много книжек есть, Все книжки я могу прочесть.

   И дорогому букварю я говорю: — Благодарю! Ты книга первая моя! Теперь читать умею я! На свете много книжек есть, Все книжки я могу прочесть.

   — Софья Прокофьева
7. «

   Иногда хочется стать ребенком... Потому что только сейчас понимаю, что разбитые коленки заживают быстрее, чем разбитое сердце...

   Иногда хочется стать ребенком... Потому что только сейчас понимаю, что разбитые коленки заживают быстрее, чем разбитое сердце...
8. «

   Сначала он был счастлив. Он видел свет, он впитывал его кожей, он смеялся беспечно и засыпал на руках ласковой матери. Безмятежность младенчества — колыбель грядущей войны с самим собой. Детство — это время большого мира. Большие люди, большие деревья, огромное небо. А ты совсем мал, ты еще пускаешь слюни на грудь беззубым ртом, но уже жадно глотаешь сущее вокруг себя. Не умея запоминать, ты просто улыбаешься ему.

   Сначала он был счастлив. Он видел свет, он впитывал его кожей, он смеялся беспечно и засыпал на руках ласковой матери. Безмятежность младенчества — колыбель грядущей войны с самим собой. Детство — это время большого мира. Большие люди, большие деревья, огромное небо. А ты совсем мал, ты еще пускаешь слюни на грудь беззубым ртом, но уже жадно глотаешь сущее вокруг себя. Не умея запоминать, ты просто улыбаешься ему.

   — Аль Квотион · книга
9. «

   В городе этом сказки живут. Шалые ветры в дорогу зовут. Там нас порою сводили с ума сосны — до неба, до солнца — дома. Там по сугробам неслышно шла зима… Дальняя песня в нашей судьбе, ласковый город, спасибо тебе!

   В городе этом сказки живут. Шалые ветры в дорогу зовут. Там нас порою сводили с ума сосны — до неба, до солнца — дома. Там по сугробам неслышно шла зима… Дальняя песня в нашей судьбе, ласковый город, спасибо тебе!
10. «

    Человек, к сожалению, очень быстро забывает, что думал и как воспринимал в детстве окружающий мир и насколько интересным и удивительным был его личный мир, созданный собственным воображением.

    Человек, к сожалению, очень быстро забывает, что думал и как воспринимал в детстве окружающий мир и насколько интересным и удивительным был его личный мир, созданный собственным воображением.

    — Олег Рой · книга
11. «

    Я помню время, когда книги были для меня чем-то более обыденным и в то же время более существенным, чем они являются сейчас. В детстве они были для меня всем. Отсюда моя тоска по утраченному счастью живого и непосредственного общения с книгами. Увы, подобные утраты невосполнимы...

    Я помню время, когда книги были для меня чем-то более обыденным и в то же время более существенным, чем они являются сейчас. В детстве они были для меня всем. Отсюда моя тоска по утраченному счастью живого и непосредственного общения с книгами. Увы, подобные утраты невосполнимы...

    — Диана Сеттерфилд · книга
12. «

    Когда родители желали Мальчику спокойной ночи и выключали в его комнате свет, он не ложился сразу, а какое-то время просто сидел на кровати. Он не видел стен, он не видел пола и потому представлял себе, что сидит на самом краешке мира.

    Когда родители желали Мальчику спокойной ночи и выключали в его комнате свет, он не ложился сразу, а какое-то время просто сидел на кровати. Он не видел стен, он не видел пола и потому представлял себе, что сидит на самом краешке мира.
13. «

    Даже если раны детства заживают, ранимость никогда не проходит. Возраст не служит защитой от душевной травмы.

    Даже если раны детства заживают, ранимость никогда не проходит. Возраст не служит защитой от душевной травмы.

    — Марио Пьюзо · книга
14. «

    Моя мать умерла прежде, чем я добился успеха. Помню, мне было лет десять. Наша квартира на верхнем этаже. Дико холодно. Снизу, из проулка, меня окликают друзья, зовут прошвырнуться по улицам. А мать меня не пускает. Я страшно злился и орал на нее без умолку. Она сносила мои упреки. И тем самым спасла мне жизнь. Понимаете, всех тех ребят, которые тогда звали меня гулять, уже нет на свете. Она хотела, чтобы я не шлялся по улицам допоздна, а делал уроки. И именно благодаря этому я теперь сижу здесь и разговариваю с вами. Все очень просто, верно? Но мы так забывчивы...

    Моя мать умерла прежде, чем я добился успеха. Помню, мне было лет десять. Наша квартира на верхнем этаже. Дико холодно. Снизу, из проулка, меня окликают друзья, зовут прошвырнуться по улицам. А мать меня не пускает. Я страшно злился и орал на нее без умолку. Она сносила мои упреки. И тем самым спасла мне жизнь. Понимаете, всех тех ребят, которые тогда звали меня гулять, уже нет на свете. Она хотела, чтобы я не шлялся по улицам допоздна, а делал уроки. И именно благодаря этому я теперь сижу здесь и разговариваю с вами. Все очень просто, верно? Но мы так забывчивы...

    — Аль Пачино
15. «

    Именно в больницах дети впервые знакомятся с одиночеством. Поэтому, вырастая, они забывают своих друзей и врагов, дни рождения и каникулы. Но они всегда помнят о том, что лежали в больнице.

    Именно в больницах дети впервые знакомятся с одиночеством. Поэтому, вырастая, они забывают своих друзей и врагов, дни рождения и каникулы. Но они всегда помнят о том, что лежали в больнице.

    — Оксана Робски · книга
16. «

    Будучи детьми мы редко задумываемся о будущем, и это позволяет нам радоваться жизни так, как умеют не многие взрослые. В день, когда мы начинаем беспокоиться о будущем, детство наше остается позади.

    Будучи детьми мы редко задумываемся о будущем, и это позволяет нам радоваться жизни так, как умеют не многие взрослые. В день, когда мы начинаем беспокоиться о будущем, детство наше остается позади.

    — Патрик Ротфусс · книга
17. «

    Нас больше не будет. Смотри – это глупые люди Убили в нас детей.

    Нас больше не будет. Смотри – это глупые люди Убили в нас детей.
18. «

    Я детство вспоминаю, чтобы стать - Свободным, Радостным, Счастливым! Быть взрослым — Строить и Ваять, Ребёнком — Духом Негасимым!

    Я детство вспоминаю, чтобы стать - Свободным, Радостным, Счастливым! Быть взрослым — Строить и Ваять, Ребёнком — Духом Негасимым!
19. «

    13 лет. Я всегда старательно подвожу глаза. Густо и внушительно. Крашу ногти темно-синим или черным лаком. Мне хочется туда, где жизнь. Самое страшное — не состояться. Прожить свою жизнь кое-как.

    13 лет. Я всегда старательно подвожу глаза. Густо и внушительно. Крашу ногти темно-синим или черным лаком. Мне хочется туда, где жизнь. Самое страшное — не состояться. Прожить свою жизнь кое-как.

    — Кристина Хуцишвили · книга
20. «

    — Джентльмены, это ваш двоюродный брат — сын Полли Майкл. — Рад знакомству, я Джон. — А я Артур. Уже встречались. Я частенько выбрасывал тебя в окно, а Джон ловил. — Я засовывал тебя в коробку и гонял по Уэстер-стрит.

    — Джентльмены, это ваш двоюродный брат — сын Полли Майкл. — Рад знакомству, я Джон. — А я Артур. Уже встречались. Я частенько выбрасывал тебя в окно, а Джон ловил. — Я засовывал тебя в коробку и гонял по Уэстер-стрит.

    — Томас Шелби · сериал