637 цитат про «девушки», проверенных временем

637 цитат про «девушки»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Смех и слезы светской красавицы должны быть красивы и изящны. Смех должен быть не громкий, но рассыпчатый. При плаче можно уронить не более трех-четырех слезинок и наблюдать, чтобы не испортить цвет лица.

   Смех и слезы светской красавицы должны быть красивы и изящны. Смех должен быть не громкий, но рассыпчатый. При плаче можно уронить не более трех-четырех слезинок и наблюдать, чтобы не испортить цвет лица.

   — Юрьев и Владимирский · книга
2. «

   Есть девушки, которых выбираешь, а есть те, которые тебя забирают.

   Есть девушки, которых выбираешь, а есть те, которые тебя забирают.

   — Хызыр Чакырбейли · сериал
3. «

   Девушка — это теорема, которую хочется доказать; Жена — аксиома, которую хочется опровергнуть.

   Девушка — это теорема, которую хочется доказать; Жена — аксиома, которую хочется опровергнуть.

   — Александр Казакевич
4. «

   Это была самая красивая девушка, какую я когда-либо знал. Не пошлая блондинка, а трагическое видение, от которого захватывает дух.

   Это была самая красивая девушка, какую я когда-либо знал. Не пошлая блондинка, а трагическое видение, от которого захватывает дух.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Девушки зачастую держат себя открыто с парнями, которые им совершенно безразличны. Просто чтобы подразнить. (источник: я) А ещё девушки зачастую держатся с парнями настороже, и парням кажется, что к ним питают чувство. Но на самом деле это чувство – ненависть. (источник: я)

   Девушки зачастую держат себя открыто с парнями, которые им совершенно безразличны. Просто чтобы подразнить. (источник: я) А ещё девушки зачастую держатся с парнями настороже, и парням кажется, что к ним питают чувство. Но на самом деле это чувство – ненависть. (источник: я)

   — Ватари Ватару · книга
6. «

   «В высшей степени достойная особа» представляла из себя девятнадцатилетнюю девушку с прекрасной белокурой головкой, добрыми голубыми глазами и длинными кудрями. Она была в ярко-красном, полудетском, полудевическом платье. Стройные, как иглы, ножки в красных чулках сидели в крошечных, почти детских башмачках. Круглые плечи её всё время, пока я любовался ею, кокетливо ёжились, словно им было холодно и словно их кусал мой взгляд. <...> У меня же, помню, затеплилось в груди хорошее чувство. Я был ещё поэтом и в обществе лесов, майского вечера и начинающей мерцать вечерней звезды мог глядеть на женщину только поэтом… Я смотрел на девушку в красном с тем же благоговением, с каким привык глядеть на леса, горы, лазурное небо.

   «В высшей степени достойная особа» представляла из себя девятнадцатилетнюю девушку с прекрасной белокурой головкой, добрыми голубыми глазами и длинными кудрями. Она была в ярко-красном, полудетском, полудевическом платье. Стройные, как иглы, ножки в красных чулках сидели в крошечных, почти детских башмачках. Круглые плечи её всё время, пока я любовался ею, кокетливо ёжились, словно им было холодно и словно их кусал мой взгляд. <...> У меня же, помню, затеплилось в груди хорошее чувство. Я был ещё поэтом и в обществе лесов, майского вечера и начинающей мерцать вечерней звезды мог глядеть на женщину только поэтом… Я смотрел на девушку в красном с тем же благоговением, с каким привык глядеть на леса, горы, лазурное небо.

   — Антон Павлович Чехов · книга
7. «

   Какое чудесное тело было у этой девушки! Нежная плоть облекала, скрывая, остов из лучшей, тончайшей кости. Мозг был словно цветущая во мраке светлая чайная роза, рот благоухал, как легкое вино. Под упругими губами белые-белые зубы, брови красиво изогнуты, волосы ласково, мягко гладят молочно-белую шею. Поры были маленькие, плотно закрытые. Нос задорно смотрел вверх, на луну, щеки пылали, будто два маленьких очага. Чутко пружиня, тело переходило от одного движения к другому и все время как будто что-то напевало про себя. Быть в этом теле, в этой голове — все равно что греться в пламени камина, поселиться в мурлыканье спящей кошки, плескаться в теплой воде ручья, стремящегося через ночь к морю.

   Какое чудесное тело было у этой девушки! Нежная плоть облекала, скрывая, остов из лучшей, тончайшей кости. Мозг был словно цветущая во мраке светлая чайная роза, рот благоухал, как легкое вино. Под упругими губами белые-белые зубы, брови красиво изогнуты, волосы ласково, мягко гладят молочно-белую шею. Поры были маленькие, плотно закрытые. Нос задорно смотрел вверх, на луну, щеки пылали, будто два маленьких очага. Чутко пружиня, тело переходило от одного движения к другому и все время как будто что-то напевало про себя. Быть в этом теле, в этой голове — все равно что греться в пламени камина, поселиться в мурлыканье спящей кошки, плескаться в теплой воде ручья, стремящегося через ночь к морю.

   — Рэй Брэдбери · книга
8. «

   Слова – ветер, – говорит Грибок, – но сильный ветер может повалить могучие дубы, и шёпот красивых девушек может изменить судьбу королевств.

   Слова – ветер, – говорит Грибок, – но сильный ветер может повалить могучие дубы, и шёпот красивых девушек может изменить судьбу королевств.

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   Не бери в голову, нам девчонок всё равно не понять. У них в черепушке моль. А у нас муравьи. Эти звери не скрещиваются.

   Не бери в голову, нам девчонок всё равно не понять. У них в черепушке моль. А у нас муравьи. Эти звери не скрещиваются.

   — Александр Прозоров · книга
10. «

    У девочки рыжие волосы, зеленая куртка, синее небо, кудрявые облака. Девочка, кстати, полгода уже не курит, пробежка, чашка свежего молока Девочка обнимает тебя, будто анаконда, спрашивает, как назвали, как родила. Она тебя, в общем, забыла почти рекордно — два дня себе поревела и все дела. Потом, конечно, неделю всё письма жгла. И месяц где-то спать еще не могла.

    У девочки рыжие волосы, зеленая куртка, синее небо, кудрявые облака. Девочка, кстати, полгода уже не курит, пробежка, чашка свежего молока Девочка обнимает тебя, будто анаконда, спрашивает, как назвали, как родила. Она тебя, в общем, забыла почти рекордно — два дня себе поревела и все дела. Потом, конечно, неделю всё письма жгла. И месяц где-то спать еще не могла.

    — Аля Кудряшева
11. «

    Эта девочка – бандитка, милая улыбка, Туфельки на кроссы после учебы сбросит, Дерзкая проказница, нежно-мило дразнится, Я в погоне за тобой-ой-е-ей...

    Эта девочка – бандитка, милая улыбка, Туфельки на кроссы после учебы сбросит, Дерзкая проказница, нежно-мило дразнится, Я в погоне за тобой-ой-е-ей...
12. «

    В чистой и безмятежной жизни девушек наступает чудесный час, когда солнце заливает лучами их душу, когда каждый цветок что-то говорит им, когда биение сердца сообщает мозгу горячую плодотворность и сливает мечты в смутном желании, — день невинного раздумья и сладостных утех. Когда ребенок впервые начинает видеть, он улыбается. Когда девушке впервые открывается непосредственное чувство, она улыбается, как улыбалась ребенком. Если свет — первая любовь в жизни, то любовь не свет ли сердцу?

    В чистой и безмятежной жизни девушек наступает чудесный час, когда солнце заливает лучами их душу, когда каждый цветок что-то говорит им, когда биение сердца сообщает мозгу горячую плодотворность и сливает мечты в смутном желании, — день невинного раздумья и сладостных утех. Когда ребенок впервые начинает видеть, он улыбается. Когда девушке впервые открывается непосредственное чувство, она улыбается, как улыбалась ребенком. Если свет — первая любовь в жизни, то любовь не свет ли сердцу?

    — Оноре де Бальзак · книга
13. «

    — Девушка-то красивая? — Красивая. — Как хоть выглядит? — Ну, как-как? Ну, у неё глаза, волосы... — Ага, и ещё, наверное, две руки по бокам висят. Супер! Я аж свою разлюбил!

    — Девушка-то красивая? — Красивая. — Как хоть выглядит? — Ну, как-как? Ну, у неё глаза, волосы... — Ага, и ещё, наверное, две руки по бокам висят. Супер! Я аж свою разлюбил!
14. «

    Пикантность — определенное литературное качество, нередко встречающееся в популярных романах, особенно в тех, что написаны дамами или юными девицами. Правда, они дают ей другие названия и полагают, будто она поможет им возделать некую позабытую литературную грядку и снять исключительный урожай. Если им выпадает прискорбная участь прожить достаточно долго, они обречены долгие годы бороться с желанием пачками жечь плоды своего творчества.

    Пикантность — определенное литературное качество, нередко встречающееся в популярных романах, особенно в тех, что написаны дамами или юными девицами. Правда, они дают ей другие названия и полагают, будто она поможет им возделать некую позабытую литературную грядку и снять исключительный урожай. Если им выпадает прискорбная участь прожить достаточно долго, они обречены долгие годы бороться с желанием пачками жечь плоды своего творчества.

    — Амброз Бирс · книга
15. «

    — У вас помада на зубах. — Правда? — Будто фломастер съели.

    — У вас помада на зубах. — Правда? — Будто фломастер съели.

    — Рейна Боянова · фильм
16. «

    — Парни только дерутся, ударят и на этом всё кончено. — Девушки не воют честно. Они создают шайки, хранят секреты и тайны. — Они могут уничтожить тебя взглядом.

    — Парни только дерутся, ударят и на этом всё кончено. — Девушки не воют честно. Они создают шайки, хранят секреты и тайны. — Они могут уничтожить тебя взглядом.

    — Ханна Мэрин · сериал
17. «

    Самая печальная участь для девушки — унижаться перед парнем.

    Самая печальная участь для девушки — унижаться перед парнем.

    — Эмма Уотсон
18. «

    Скоро наступит ночь. Мы с ней — парень и девушка — пришли в её спальню. Она задёргивает шторы, а я запираю дверь. У неё... не может же быть такого на уме... правда?

    Скоро наступит ночь. Мы с ней — парень и девушка — пришли в её спальню. Она задёргивает шторы, а я запираю дверь. У неё... не может же быть такого на уме... правда?

    — Хисао Накай · игра
19. «

    По сиреневым бульварам, По воскресным площадям Ходят девушки такие, Что не верится глазам. Не заметить невозможно Их волшебной красоты, И одну из них увидев, Про себя подумал ты.

    По сиреневым бульварам, По воскресным площадям Ходят девушки такие, Что не верится глазам. Не заметить невозможно Их волшебной красоты, И одну из них увидев, Про себя подумал ты.
20. «

    В этом мире девушки все равно что гусеницы: потом они станут бабочками или мотыльками, но сперва надо превратиться в куколку или там в личинку — у всех по-разному, но судьба общая.

    В этом мире девушки все равно что гусеницы: потом они станут бабочками или мотыльками, но сперва надо превратиться в куколку или там в личинку — у всех по-разному, но судьба общая.

    — Джозеф Шеридан Ле Фаню · книга