100 цитат на тему «дочь» для поста

100 цитат про «дочь»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   После развода дети часто становятся заложниками отношений мамы и папы. Увы! Это тоже истинная правда. В этом романе мне хотелось показать, что каким бы ни был папа, дочь все равно может любить его. Если она хочет этого. Если он этого достоин. Даже если он ошибается, если он совершает не всегда хорошие поступки. Дочь имеет право его любить. А вот заставить ее любить папу – невозможно и бессмысленно. Отец и мать – это Вселенная ребенка. Он имеет право быть и в одной ее половине, и во второй. И если родители хотят, чтобы ребенок был счастлив, им нужно учиться договариваться. Чтобы дети были здоровы и чтобы у них было хорошее будущее.

   После развода дети часто становятся заложниками отношений мамы и папы. Увы! Это тоже истинная правда. В этом романе мне хотелось показать, что каким бы ни был папа, дочь все равно может любить его. Если она хочет этого. Если он этого достоин. Даже если он ошибается, если он совершает не всегда хорошие поступки. Дочь имеет право его любить. А вот заставить ее любить папу – невозможно и бессмысленно. Отец и мать – это Вселенная ребенка. Он имеет право быть и в одной ее половине, и во второй. И если родители хотят, чтобы ребенок был счастлив, им нужно учиться договариваться. Чтобы дети были здоровы и чтобы у них было хорошее будущее.
2. «

   Каждая ложь, которую мне приходилось говорить, неважно, какой ценой она мне обходилась и как разрушала меня изнутри, если я смогу с уверенностью сказать своей дочери, что она в безопасности, значит, любая ложь этого стоит.

   Каждая ложь, которую мне приходилось говорить, неважно, какой ценой она мне обходилась и как разрушала меня изнутри, если я смогу с уверенностью сказать своей дочери, что она в безопасности, значит, любая ложь этого стоит.

   — Харли Сантос · сериал
3. «

   Одна так и живёт она и никому не дочь, и никому не сестра. И как прежде, пьёт эту боль до дна, не понимая, в чем её вина.

   Одна так и живёт она и никому не дочь, и никому не сестра. И как прежде, пьёт эту боль до дна, не понимая, в чем её вина.
4. «

   — Не осуждай меня. — Как это? Ты лгал мне всю мою жизнь и позволили мне спать с моим кузеном. — Полукузеном. Но я даже не знал, что вы вместе, до самой помолвки. А потом уже было слегка поздновато. Если только ты не беременна. Ты ведь не беременна? — Боже, да ты просто отец года.

   — Не осуждай меня. — Как это? Ты лгал мне всю мою жизнь и позволили мне спать с моим кузеном. — Полукузеном. Но я даже не знал, что вы вместе, до самой помолвки. А потом уже было слегка поздновато. Если только ты не беременна. Ты ведь не беременна? — Боже, да ты просто отец года.

   — Блейк Кэррингтон · сериал
5. «

   — Даже иронично. Я только рассказал, как сильно ты похож на прошлого Уэллса — и вот мы попали в ту же ситуацию. Я стою по эту сторону стекла и задаю вопрос: «Почему?» — Я должен был это сделать, чтобы спасти свою дочь. — Любой ценой, верно? Даже ценой дочери Джо? — Я же сказал, что предам вас! Я говорил, что мне придётся выбирать! — Ты выбрал неправильно. — Это точно. Я только что пожертвовал своей дочерью. Я приговорил её к смерти, чтобы спасти твоего сына. — Мне пожать тебе руку? — Отправьте меня домой. Верните на Землю-2. Подумайте сами: Зум хочет, чтобы ты стал быстрее. Он хочет получить от тебя больше силы скорости. Верните меня и закройте за мной брешь реактором, закройте все бреши! Когда их не станет, Зум не сможет сюда попасть. Никогда. Вы поставите точку. — А как же твоя дочь? — Спасти её — мой долг, не ваш.

   — Даже иронично. Я только рассказал, как сильно ты похож на прошлого Уэллса — и вот мы попали в ту же ситуацию. Я стою по эту сторону стекла и задаю вопрос: «Почему?» — Я должен был это сделать, чтобы спасти свою дочь. — Любой ценой, верно? Даже ценой дочери Джо? — Я же сказал, что предам вас! Я говорил, что мне придётся выбирать! — Ты выбрал неправильно. — Это точно. Я только что пожертвовал своей дочерью. Я приговорил её к смерти, чтобы спасти твоего сына. — Мне пожать тебе руку? — Отправьте меня домой. Верните на Землю-2. Подумайте сами: Зум хочет, чтобы ты стал быстрее. Он хочет получить от тебя больше силы скорости. Верните меня и закройте за мной брешь реактором, закройте все бреши! Когда их не станет, Зум не сможет сюда попасть. Никогда. Вы поставите точку. — А как же твоя дочь? — Спасти её — мой долг, не ваш.

   — Барри Аллен (Флэш) · сериал
6. «

   Зять — человек, для которого мы с вами воспитываем дорогое нам существо, связанное с нами тысячью уз, утеху семьи в течение семнадцати лет, ее белоснежную душу, сказал бы Ламартин, но это существо станет бичом для семьи. Отняв у вас дочь этот человек начинает с того, что хватается за ее любовь к себе, как за топор, чтобы заживо обрубить в сердце этого ангела корни всех чувств, привязывающих ее к семье. Вчера наша дочь была для нас всем, мы были всем для нее; на другой день она делается нашим врагом.

   Зять — человек, для которого мы с вами воспитываем дорогое нам существо, связанное с нами тысячью уз, утеху семьи в течение семнадцати лет, ее белоснежную душу, сказал бы Ламартин, но это существо станет бичом для семьи. Отняв у вас дочь этот человек начинает с того, что хватается за ее любовь к себе, как за топор, чтобы заживо обрубить в сердце этого ангела корни всех чувств, привязывающих ее к семье. Вчера наша дочь была для нас всем, мы были всем для нее; на другой день она делается нашим врагом.

   — Оноре де Бальзак · книга
7. «

   Ребенок — это навсегда. Никогда уже не будет ни свободы, ни независимости, ни спокойного сердца. Оно всегда будет переживать, бояться, замирать. Оно всегда будет связано с другим сердцем, и к этому надо наконец начать привыкать. Нет, легче не станет. Никогда. Надо как-то учиться переносить эту тревогу.

   Ребенок — это навсегда. Никогда уже не будет ни свободы, ни независимости, ни спокойного сердца. Оно всегда будет переживать, бояться, замирать. Оно всегда будет связано с другим сердцем, и к этому надо наконец начать привыкать. Нет, легче не станет. Никогда. Надо как-то учиться переносить эту тревогу.
8. «

   Мама смотрит на дочку и пытается привыкнуть к своему счастью. Но как к нему, к такому счастью, можно привыкнуть? Это теперь удивление на всю оставшуюся жизнь: я — мама дочери.

   Мама смотрит на дочку и пытается привыкнуть к своему счастью. Но как к нему, к такому счастью, можно привыкнуть? Это теперь удивление на всю оставшуюся жизнь: я — мама дочери.

   — Екатерина Сиванова
9. «

   Каждый мужчина мечтает о сыне, но нас, дочерей, они всё равно любят больше))

   Каждый мужчина мечтает о сыне, но нас, дочерей, они всё равно любят больше))
10. «

    Жизнь всё расставляет на свои места и, подрастая, дочка объясняет маме, что у неё совершенно иные планы на своё будущее и на своё счастье. Важно, чтобы мама вовремя всё услышала и приняла дочь такой, какой она пришла этот мир.

    Жизнь всё расставляет на свои места и, подрастая, дочка объясняет маме, что у неё совершенно иные планы на своё будущее и на своё счастье. Важно, чтобы мама вовремя всё услышала и приняла дочь такой, какой она пришла этот мир.

    — Екатерина Сиванова
11. «

    Этот человек никогда не был мне отцом. Почему сейчас я должна быть ему дочерью?

    Этот человек никогда не был мне отцом. Почему сейчас я должна быть ему дочерью?
12. «

    Я воспитываю двух дочерей, и это очень сложно. Потому что есть ситуации, которые меня бесят. Я стал капец каким сентиментальным. Раньше у меня были стальные яйца. Но чем больше у меня появлялось дочерей, тем мягче становился металл. Я стал реветь как баба из-за всякого говна. <...> Я не могу ходить на утренники к родной дочери. Я не выгляжу как мужик, который может плакать на стихотворении «Снежинки», а я сижу и реву в голос, потому что мне жалко. Ну а как? Она растаяла! Пока дочь читает стих, мной можно поливать цветы в актовом зале.

    Я воспитываю двух дочерей, и это очень сложно. Потому что есть ситуации, которые меня бесят. Я стал капец каким сентиментальным. Раньше у меня были стальные яйца. Но чем больше у меня появлялось дочерей, тем мягче становился металл. Я стал реветь как баба из-за всякого говна. <...> Я не могу ходить на утренники к родной дочери. Я не выгляжу как мужик, который может плакать на стихотворении «Снежинки», а я сижу и реву в голос, потому что мне жалко. Ну а как? Она растаяла! Пока дочь читает стих, мной можно поливать цветы в актовом зале.

    — Максим Пешков
13. «

    В жизни каждой девушки наступает момент, когда она понимает, что её мать запуталась даже сильнее, чем она.

    В жизни каждой девушки наступает момент, когда она понимает, что её мать запуталась даже сильнее, чем она.

    — Сплетница (Gossip Girl) · сериал
14. «

    — Ты стыдишься меня, отец? — Когда ты была младенцем, в Драконий Камень заехал торговец из Дорна. Товар у него был неважный, кроме одной деревянной куклы. Он даже сшил для нее платьице в цветах нашего дома. Без сомнения, он прослышал о твоем рождении и посчитал, что молодой отец — легкая добыча. Как сейчас помню твою улыбку, когда я положил куклу в колыбель. Как ты прижала ее к щеке. Было уже слишком поздно, когда мы сожгли эту куклу. Мне сказали, что ты умрешь. Или, того хуже, серая хворь не будет спешить. Позволит тебе подрасти и познать мир, а потом разом его у тебя отберет. Все советовали отослать тебя в руины Валирии доживать свой короткий век с каменными людьми, пока хворь не расползлась по замку. А я послал их всех в пекло. Я созвал всех мейстеров страны. Каждого целителя, каждого лекаря. Они остановили болезнь и спасли твою жизнь. Ты не заслуживала того, чтобы оказаться на краю света среди прóклятых каменных людей. Ты принцесса Ширен из дома Баратеонов... И ты моя дочь.

    — Ты стыдишься меня, отец? — Когда ты была младенцем, в Драконий Камень заехал торговец из Дорна. Товар у него был неважный, кроме одной деревянной куклы. Он даже сшил для нее платьице в цветах нашего дома. Без сомнения, он прослышал о твоем рождении и посчитал, что молодой отец — легкая добыча. Как сейчас помню твою улыбку, когда я положил куклу в колыбель. Как ты прижала ее к щеке. Было уже слишком поздно, когда мы сожгли эту куклу. Мне сказали, что ты умрешь. Или, того хуже, серая хворь не будет спешить. Позволит тебе подрасти и познать мир, а потом разом его у тебя отберет. Все советовали отослать тебя в руины Валирии доживать свой короткий век с каменными людьми, пока хворь не расползлась по замку. А я послал их всех в пекло. Я созвал всех мейстеров страны. Каждого целителя, каждого лекаря. Они остановили болезнь и спасли твою жизнь. Ты не заслуживала того, чтобы оказаться на краю света среди прóклятых каменных людей. Ты принцесса Ширен из дома Баратеонов... И ты моя дочь.

    — Станнис Баратеон · сериал
15. «

    Считается, что каждый мужчина хочет иметь сына, но это далеко не так. У меня, к примеру, девочка, и я очень круто себя чувствую, потому что я понял, что моя главная задача как отца в воспитании дочери — это не лезть, так как прямо из роддома моя дочка попала в бабий лагерь. Её там уже ждали моя жена, мама жены и моя мама.

    Считается, что каждый мужчина хочет иметь сына, но это далеко не так. У меня, к примеру, девочка, и я очень круто себя чувствую, потому что я понял, что моя главная задача как отца в воспитании дочери — это не лезть, так как прямо из роддома моя дочка попала в бабий лагерь. Её там уже ждали моя жена, мама жены и моя мама.

    — Стас Старовойтов
16. «

    Впрочем, есть и гордость — гордость, что он всё сделал сам. Что у дочери столько упорства и любопытства. Быть отцом такого сильного существа — значит учиться смирению. Как будто ты — лишь тоненький проводок для чего-то куда более значительного. Так он и ощущает себя сейчас, стоя на коленях рядом с ванной и ополаскивая дочери волосы: словно любовь к ней рвётся за пределы его тела. Стены могут рухнуть, даже целый город, а яркость этого чувства не померкнет.

    Впрочем, есть и гордость — гордость, что он всё сделал сам. Что у дочери столько упорства и любопытства. Быть отцом такого сильного существа — значит учиться смирению. Как будто ты — лишь тоненький проводок для чего-то куда более значительного. Так он и ощущает себя сейчас, стоя на коленях рядом с ванной и ополаскивая дочери волосы: словно любовь к ней рвётся за пределы его тела. Стены могут рухнуть, даже целый город, а яркость этого чувства не померкнет.

    — Энтони Дорр · книга
17. «

    – Вы удивительно счастливый человек, иметь любящую жену и очаровательную дочь. – Очень счастливый.

    – Вы удивительно счастливый человек, иметь любящую жену и очаровательную дочь. – Очень счастливый.

    — Ксавьер Дель Кампо · фильм
18. «

    — Вот что я сделаю: я напишу мистеру Бингли и сообщу, что у меня пять дочек. И что я отдам ему любую, какую он захочет. Они глуповаты и необразованны – как и все леди. Правда, у Лиззи немного больше ума, чем у остальных. Впрочем, может, он желает иметь глупую жену, как и другие мужчины. Этого достаточно? — Нет, умоляю вас не писать. Вам нравится меня злить. Вы не уважаете мои несчастные нервы. — Вы ошибаетесь, дорогая. Я уважаю ваши нервы. Это мои давние друзья уже двадцать лет.

    — Вот что я сделаю: я напишу мистеру Бингли и сообщу, что у меня пять дочек. И что я отдам ему любую, какую он захочет. Они глуповаты и необразованны – как и все леди. Правда, у Лиззи немного больше ума, чем у остальных. Впрочем, может, он желает иметь глупую жену, как и другие мужчины. Этого достаточно? — Нет, умоляю вас не писать. Вам нравится меня злить. Вы не уважаете мои несчастные нервы. — Вы ошибаетесь, дорогая. Я уважаю ваши нервы. Это мои давние друзья уже двадцать лет.

    — Мистер Беннет · сериал
19. «

    И большие, и маленькие девочки хотят порадовать своих матерей и ощутить их одобрение. Начиная с раннего детства, важно, чтобы дети получали внимание, любовь и одобрение; однако одобряться должно то, какими они являются личностями, а не то, какими хотят их видеть родители.

    И большие, и маленькие девочки хотят порадовать своих матерей и ощутить их одобрение. Начиная с раннего детства, важно, чтобы дети получали внимание, любовь и одобрение; однако одобряться должно то, какими они являются личностями, а не то, какими хотят их видеть родители.

    — Кэрил Макбрайд · книга
20. «

    Мне вдруг будто открылось, в чём на самом деле заключён смысл жизни. Не в благоволении короля или борьбе за лучшее место при дворе. Ни даже в том, чтобы ещё немножко поднять престиж нашего семейства. Всё это пустяки. Я хочу, чтобы она была счастлива.

    Мне вдруг будто открылось, в чём на самом деле заключён смысл жизни. Не в благоволении короля или борьбе за лучшее место при дворе. Ни даже в том, чтобы ещё немножко поднять престиж нашего семейства. Всё это пустяки. Я хочу, чтобы она была счастлива.

    — Филиппа Грегори · книга