34 лучших цитаты на тему «душевная боль»

Тема «душевная боль» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 34 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мало, почти совсем не имеет он покоя, и потому и во сне он, как днем, на страже: будучи смущен сердечными своими мечтами, как бежавший с поля брани, во время безопасности своей он пробуждается и не может надивиться, что ничего не было страшного. Хотя это бывает со всякою плотью, от человека до скота, но у грешников в семь крат более сего.

   Мало, почти совсем не имеет он покоя, и потому и во сне он, как днем, на страже: будучи смущен сердечными своими мечтами, как бежавший с поля брани, во время безопасности своей он пробуждается и не может надивиться, что ничего не было страшного. Хотя это бывает со всякою плотью, от человека до скота, но у грешников в семь крат более сего.

   — Библия. Ветхий Завет. Книга премудрости Иисуса, сына Сирахова · книга
2. «

   Бывает боль, которую нельзя вылечить в больнице. И те, кто встретил такую боль, пытаются исцелить себя сами. Некоторые утоляют боль одиночества с помощью новых друзей. Некоторые утоляют угрызения совести вливанием средств. Некоторые облегчают жгучие желания маленькими актами доброты. Но, к сожалению, всегда есть те, кто отвергает лечение, потому что понимают: будущее несет еще сильнейшую боль.

   Бывает боль, которую нельзя вылечить в больнице. И те, кто встретил такую боль, пытаются исцелить себя сами. Некоторые утоляют боль одиночества с помощью новых друзей. Некоторые утоляют угрызения совести вливанием средств. Некоторые облегчают жгучие желания маленькими актами доброты. Но, к сожалению, всегда есть те, кто отвергает лечение, потому что понимают: будущее несет еще сильнейшую боль.

   — Мэри Элис Янг · сериал
3. «

   У жизни нет не ценности, не важности. Жизнь проходит свой цикл, как вода во всём мире.

   У жизни нет не ценности, не важности. Жизнь проходит свой цикл, как вода во всём мире.

   — Махито · аниме
4. «

   В этой книге я пишу о том, что каждый из нас несет в себе глубокую экзистенциальную травму, так называемую «травму сепарации». Будучи прочно связанными с матерью, находясь в ее чреве, мы внезапно отделяемся от нее во время родов, и тогда эта связь рвется и уже никогда не восстанавливается полностью. Поэтому глубинное стремление к воссоединению с матерью играет огромную роль в нашей жизни: оно проявляется и в употреблении наркотиков, и в поисках суррогатов этой связи в искусстве, и в уходе в религию, и — особенно в наше время — в романтической любви.

   В этой книге я пишу о том, что каждый из нас несет в себе глубокую экзистенциальную травму, так называемую «травму сепарации». Будучи прочно связанными с матерью, находясь в ее чреве, мы внезапно отделяемся от нее во время родов, и тогда эта связь рвется и уже никогда не восстанавливается полностью. Поэтому глубинное стремление к воссоединению с матерью играет огромную роль в нашей жизни: оно проявляется и в употреблении наркотиков, и в поисках суррогатов этой связи в искусстве, и в уходе в религию, и — особенно в наше время — в романтической любви.

   — Джеймс Холлис · книга
5. «

   Да, у меня в душе образовалась пустота, но так ли уж плоха пустота? В ней нет любви, но нет и боли. Зато есть свои преимущества. Пустота дает свободу маневра.

   Да, у меня в душе образовалась пустота, но так ли уж плоха пустота? В ней нет любви, но нет и боли. Зато есть свои преимущества. Пустота дает свободу маневра.

   — Мэтт Хейг · книга
6. «

   The world's smallest violin Really needs an audience, So if I do not find somebody soon I'll blow up into smithereens And spew my tiny symphony, Just let me play my violin for you.

   The world's smallest violin Really needs an audience, So if I do not find somebody soon I'll blow up into smithereens And spew my tiny symphony, Just let me play my violin for you.
7. «

   Помнишь лежали в одной ванной, Ты мне сказал: Что таких, как я мало. Помнишь от счастья, упала с дивана, Плохие мальчики оставляют раны...

   Помнишь лежали в одной ванной, Ты мне сказал: Что таких, как я мало. Помнишь от счастья, упала с дивана, Плохие мальчики оставляют раны...
8. «

   Путь творца тернист и зыбок – Я отшельник и изгой, От своих устал ошибок, Вечный спор с самим собой.

   Путь творца тернист и зыбок – Я отшельник и изгой, От своих устал ошибок, Вечный спор с самим собой.
9. «

   ...синдром жертвы обусловлен внутренним состоянием человека. Никто, кроме нас самих, не может навязать нам психологию жертвы. Мы входим в роль жертвы не из-за того, что с нами происходит, а потому, что принимаем решение держаться своего мученичества. Начинает развиваться сознание жертвы – сознание, ломающее наше мировоззрение и наш образ жизни; сознание, с которым мы становимся людьми негибкими, порицающими, безжалостными, требующими карательных санкций, пессимистичными, застрявшими в своем прошлом, с отсутствием здравых ограничений. Мы выбираем психологию жертвы, сами заключаем себя в застенок и превращаемся в собственных тюремщиков.

   ...синдром жертвы обусловлен внутренним состоянием человека. Никто, кроме нас самих, не может навязать нам психологию жертвы. Мы входим в роль жертвы не из-за того, что с нами происходит, а потому, что принимаем решение держаться своего мученичества. Начинает развиваться сознание жертвы – сознание, ломающее наше мировоззрение и наш образ жизни; сознание, с которым мы становимся людьми негибкими, порицающими, безжалостными, требующими карательных санкций, пессимистичными, застрявшими в своем прошлом, с отсутствием здравых ограничений. Мы выбираем психологию жертвы, сами заключаем себя в застенок и превращаемся в собственных тюремщиков.

   — Эдит Ева Эгер · книга
10. «

    Люди могут сколько угодно кричать о том, что душевная боль хуже физической, но лишь полные болваны станут поддерживать эту мысль. Достаточно заглянуть в любую больницу и посмотреть на тех, у кого сломаны практически все кости, у кого разодрана в мясо кожа, кто медленно и мучительно умирает от рака. Кто кричит не только днём, но и ночью, умоляя избавить от боли. Предложи им обменять эту боль на разбитое сердце – они дадут согласие тут же. Не раздумывая.

    Люди могут сколько угодно кричать о том, что душевная боль хуже физической, но лишь полные болваны станут поддерживать эту мысль. Достаточно заглянуть в любую больницу и посмотреть на тех, у кого сломаны практически все кости, у кого разодрана в мясо кожа, кто медленно и мучительно умирает от рака. Кто кричит не только днём, но и ночью, умоляя избавить от боли. Предложи им обменять эту боль на разбитое сердце – они дадут согласие тут же. Не раздумывая.

    — Анна Элис · книга
11. «

    Все себя чувствуют плохо. Только идиот может сказать, что он чувствует себя хорошо. ... Самый богатый человек мучается — что делать с его богатством. И бомж тоже переживает — будет у него завтра обед или ужин.

    Все себя чувствуют плохо. Только идиот может сказать, что он чувствует себя хорошо. ... Самый богатый человек мучается — что делать с его богатством. И бомж тоже переживает — будет у него завтра обед или ужин.

    — Владимир Вольфович Жириновский
12. «

    Ее расстроил новый кадиллак – его совсем недавно доставили ей, и автомобиль оказался не того оттенка желтого, который она желала. На первый взгляд, проблема была пустяковой, особенно по сравнению с горем предыдущей женщины. Но я хорошо знала эту пациентку и понимала, что плач из-за цвета машины на самом деле плач отчаяния по поводу несложившейся жизни. Все шло не так, как ей хотелось бы: одиночество в браке; сын, в очередной раз выгнанный еще из одной школы; загубленная карьера, от которой она отказалась, чтобы больше быть с мужем и ребенком. В нашей жизни часто за мелкими огорчениями прячутся более серьезные обиды; в незначительных, казалось бы, переживаниях отражается глубокая боль.

    Ее расстроил новый кадиллак – его совсем недавно доставили ей, и автомобиль оказался не того оттенка желтого, который она желала. На первый взгляд, проблема была пустяковой, особенно по сравнению с горем предыдущей женщины. Но я хорошо знала эту пациентку и понимала, что плач из-за цвета машины на самом деле плач отчаяния по поводу несложившейся жизни. Все шло не так, как ей хотелось бы: одиночество в браке; сын, в очередной раз выгнанный еще из одной школы; загубленная карьера, от которой она отказалась, чтобы больше быть с мужем и ребенком. В нашей жизни часто за мелкими огорчениями прячутся более серьезные обиды; в незначительных, казалось бы, переживаниях отражается глубокая боль.

    — Эдит Ева Эгер · книга
13. «

    Когда ты от меня ушел, то мне очень долго не давала покоя одна мысль: о том, как это просто. Ты приходишь домой, пустой письменный стол, два крючка на вешалке пустые, пустая полка, оброненный галстук. Оказывается, можно просто собрать вещи, уложить в чемодан и уйти. И всё. Но твоя жизнь продолжалась, а моя-то остановилась. Ты ходил на ту же работу, занимался теми же делами, ты говорил, в общем-то, те же слова, только выходил из другого подъезда. А для меня все это потеряло смысл. И работа, и друзья, и телефон — всё. И только вот одна мысль о том, как это все просто. Не война, не землетрясение, не смерть — и ничего. А просто ушел человек, которого ты любишь... Но только если любишь. Я цеплялась за тебя, как могла. До белых пальцев, до унижения. И по ковру у Сорокиных каталась, и рукав твой оторвала. Но мне-то было страшно. Я растворилась в тебе без остатка. Тебя не стало, но мне-то показалось, что не стало и меня. Ну, ничего. Вначале умираешь, а потом — ничего.

    Когда ты от меня ушел, то мне очень долго не давала покоя одна мысль: о том, как это просто. Ты приходишь домой, пустой письменный стол, два крючка на вешалке пустые, пустая полка, оброненный галстук. Оказывается, можно просто собрать вещи, уложить в чемодан и уйти. И всё. Но твоя жизнь продолжалась, а моя-то остановилась. Ты ходил на ту же работу, занимался теми же делами, ты говорил, в общем-то, те же слова, только выходил из другого подъезда. А для меня все это потеряло смысл. И работа, и друзья, и телефон — всё. И только вот одна мысль о том, как это все просто. Не война, не землетрясение, не смерть — и ничего. А просто ушел человек, которого ты любишь... Но только если любишь. Я цеплялась за тебя, как могла. До белых пальцев, до унижения. И по ковру у Сорокиных каталась, и рукав твой оторвала. Но мне-то было страшно. Я растворилась в тебе без остатка. Тебя не стало, но мне-то показалось, что не стало и меня. Ну, ничего. Вначале умираешь, а потом — ничего.

    — Она (мать Димы) · фильм
14. «

    Мне, именно, однажды надо все рассказать, всю жизнь мою. От того, я, может быть, стал бы чище душой.

    Мне, именно, однажды надо все рассказать, всю жизнь мою. От того, я, может быть, стал бы чище душой.

    — Борис Николаевич Чепурной · фильм
15. «

    Долгое время, уже в зрелом возрасте, мне представлялось, что мое выживание в настоящем зависит от того, смогу ли я удержать тьму своего прошлого под замком... Спрятаться от прошлого. В отчаянном стремлении стать частью общей жизни, в вечном страхе, что прошлое поглотит меня, я усердно работала над тем, чтобы скрыть свою боль. Тогда я еще не понимала: мое молчание и желание быть принятой – и то и другое основанные на страхе – на самом деле были способами убежать от самой себя. Я не понимала, что, решив отвернуться от прошлого и себя настоящей, я продолжала оставаться несвободной – несвободной спустя десятилетия после реального заключения. И это был мой выбор. Я владела своей тайной, а моя тайна владела мною.

    Долгое время, уже в зрелом возрасте, мне представлялось, что мое выживание в настоящем зависит от того, смогу ли я удержать тьму своего прошлого под замком... Спрятаться от прошлого. В отчаянном стремлении стать частью общей жизни, в вечном страхе, что прошлое поглотит меня, я усердно работала над тем, чтобы скрыть свою боль. Тогда я еще не понимала: мое молчание и желание быть принятой – и то и другое основанные на страхе – на самом деле были способами убежать от самой себя. Я не понимала, что, решив отвернуться от прошлого и себя настоящей, я продолжала оставаться несвободной – несвободной спустя десятилетия после реального заключения. И это был мой выбор. Я владела своей тайной, а моя тайна владела мною.

    — Эдит Ева Эгер · книга
16. «

    Необъяснимая штука — душа. Никто не знает, где находится, но все знают, как болит.

    Необъяснимая штука — душа. Никто не знает, где находится, но все знают, как болит.

    — Полат Алемдар · сериал
17. «

    «Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно – на то, чтобы жить. Уве, надо идти вперед!» И они пошли.

    «Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно – на то, чтобы жить. Уве, надо идти вперед!» И они пошли.

    — Фредрик Бакман · книга
18. «

    Лучшей защитой от душевных мук становится умение любить и прощать себя, умение быть неопасными для себя, умение не наказывать себя за ошибки, обиды и боль — неотъемлемых спутников нашей жизни.

    Лучшей защитой от душевных мук становится умение любить и прощать себя, умение быть неопасными для себя, умение не наказывать себя за ошибки, обиды и боль — неотъемлемых спутников нашей жизни.

    — Эдит Ева Эгер · книга
19. «

    У меня такая черта, что не люблю, когда до иного щекотного в душе пальцами дотрагиваются.

    У меня такая черта, что не люблю, когда до иного щекотного в душе пальцами дотрагиваются.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
20. «

    Чтобы что-то восстановить, нужно выяснить, как было сделано повреждение. Понять, как был причинён вред — это уже полдела. Потому, прежде всего, нужно заглянуть внутрь и там покопаться. Внимательно оценить каждую трещинку и зарубку — всякая рана нам о чём-то расскажет.

    Чтобы что-то восстановить, нужно выяснить, как было сделано повреждение. Понять, как был причинён вред — это уже полдела. Потому, прежде всего, нужно заглянуть внутрь и там покопаться. Внимательно оценить каждую трещинку и зарубку — всякая рана нам о чём-то расскажет.

    — Мария Фариса · книга