49 глубоких цитат про «душевная боль»

Тема «душевная боль» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 49 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Люди могут сколько угодно кричать о том, что душевная боль хуже физической, но лишь полные болваны станут поддерживать эту мысль. Достаточно заглянуть в любую больницу и посмотреть на тех, у кого сломаны практически все кости, у кого разодрана в мясо кожа, кто медленно и мучительно умирает от рака. Кто кричит не только днём, но и ночью, умоляя избавить от боли. Предложи им обменять эту боль на разбитое сердце – они дадут согласие тут же. Не раздумывая.

   Люди могут сколько угодно кричать о том, что душевная боль хуже физической, но лишь полные болваны станут поддерживать эту мысль. Достаточно заглянуть в любую больницу и посмотреть на тех, у кого сломаны практически все кости, у кого разодрана в мясо кожа, кто медленно и мучительно умирает от рака. Кто кричит не только днём, но и ночью, умоляя избавить от боли. Предложи им обменять эту боль на разбитое сердце – они дадут согласие тут же. Не раздумывая.

   — Анна Элис · книга
2. «

   Иногда свою реальность Выносить невмоготу, И во сне, от мук спасаясь, Часто вскакивал в поту. Как дальше быть — раздумья гложат, Лучше одному в глуши, Ведь страдания приумножит Поиск родственной души.

   Иногда свою реальность Выносить невмоготу, И во сне, от мук спасаясь, Часто вскакивал в поту. Как дальше быть — раздумья гложат, Лучше одному в глуши, Ведь страдания приумножит Поиск родственной души.
3. «

   Да, у меня в душе образовалась пустота, но так ли уж плоха пустота? В ней нет любви, но нет и боли. Зато есть свои преимущества. Пустота дает свободу маневра.

   Да, у меня в душе образовалась пустота, но так ли уж плоха пустота? В ней нет любви, но нет и боли. Зато есть свои преимущества. Пустота дает свободу маневра.

   — Мэтт Хейг · книга
4. «

   У жизни нет не ценности, не важности. Жизнь проходит свой цикл, как вода во всём мире.

   У жизни нет не ценности, не важности. Жизнь проходит свой цикл, как вода во всём мире.

   — Махито · аниме
5. «

   Ансельм, как и все нетронутые, выглядел цельным. Потоки ласковой энергии, плавно протекающие через его существо, были явно осязаемыми. Ко всему этому примешивалось знание, что вот сидит перед тобой человек, и он никогда, никогда в своей жизни не испытывал душевной боли, не страдал и не мучился. И твоя собственная боль утихала от одного только допущения такой возможности.

   Ансельм, как и все нетронутые, выглядел цельным. Потоки ласковой энергии, плавно протекающие через его существо, были явно осязаемыми. Ко всему этому примешивалось знание, что вот сидит перед тобой человек, и он никогда, никогда в своей жизни не испытывал душевной боли, не страдал и не мучился. И твоя собственная боль утихала от одного только допущения такой возможности.

   — Фредерик
6. «

   В веселье все чаще чувствовался надрыв. Люди старались забыться любой ценой: каждый знал, что очень скоро эта призрачная жизнь, доставшаяся им всего лишь на двадцать дней, кончится, и все до единого вернутся «туда». В танцах принимали участие столько людей, сколько могли вместить палубы. Танцы часто превращались в дикие пляски, наподобие африканских — так они лучше выражали душевное состояние. Для непосвященного человека лайнер легко мог сойти за веселый сумасшедший дом.

   В веселье все чаще чувствовался надрыв. Люди старались забыться любой ценой: каждый знал, что очень скоро эта призрачная жизнь, доставшаяся им всего лишь на двадцать дней, кончится, и все до единого вернутся «туда». В танцах принимали участие столько людей, сколько могли вместить палубы. Танцы часто превращались в дикие пляски, наподобие африканских — так они лучше выражали душевное состояние. Для непосвященного человека лайнер легко мог сойти за веселый сумасшедший дом.

   — Слава Курилов · книга
7. «

   Лучшей защитой от душевных мук становится умение любить и прощать себя, умение быть неопасными для себя, умение не наказывать себя за ошибки, обиды и боль — неотъемлемых спутников нашей жизни.

   Лучшей защитой от душевных мук становится умение любить и прощать себя, умение быть неопасными для себя, умение не наказывать себя за ошибки, обиды и боль — неотъемлемых спутников нашей жизни.

   — Эдит Ева Эгер · книга
8. «

   И почему же убийство души является не таким сильным преступлением, как убийство тела? По-моему, это должны прописать в законе во всем мире. Убийство души человека... тоже является преступлением!

   И почему же убийство души является не таким сильным преступлением, как убийство тела? По-моему, это должны прописать в законе во всем мире. Убийство души человека... тоже является преступлением!

   — Барыш Йесари · сериал
9. «

   Мысль, не снятая с языка, Штурмует голову, как храмы жжёт паства еретика. Про уготованную участь мотылька В поисках неба бесконечно пачкать площадь потолка.

   Мысль, не снятая с языка, Штурмует голову, как храмы жжёт паства еретика. Про уготованную участь мотылька В поисках неба бесконечно пачкать площадь потолка.
10. «

    Люди приспособились бежать и скрываться от душевной боли, выстраивать жизнь на поверхности, «наружу», чтобы не соприкасаться с «внутри». Придумали тысячи способов себя отвлекать, веселить и дурманить, чтобы не чувствовать сложного.

    Люди приспособились бежать и скрываться от душевной боли, выстраивать жизнь на поверхности, «наружу», чтобы не соприкасаться с «внутри». Придумали тысячи способов себя отвлекать, веселить и дурманить, чтобы не чувствовать сложного.

    — Татьяна Фишер · книга
11. «

    Все себя чувствуют плохо. Только идиот может сказать, что он чувствует себя хорошо. ... Самый богатый человек мучается — что делать с его богатством. И бомж тоже переживает — будет у него завтра обед или ужин.

    Все себя чувствуют плохо. Только идиот может сказать, что он чувствует себя хорошо. ... Самый богатый человек мучается — что делать с его богатством. И бомж тоже переживает — будет у него завтра обед или ужин.

    — Владимир Вольфович Жириновский
12. «

    Я хотел, чтобы он умер, Белка, я хотел отнять у тебя отца, чтобы ты тоже познала боль потери!

    Я хотел, чтобы он умер, Белка, я хотел отнять у тебя отца, чтобы ты тоже познала боль потери!

    — Эрин Хантер · книга
13. «

    Навязчивое сочувствие может ранить даже сильнее, чем ледяное равнодушие.

    Навязчивое сочувствие может ранить даже сильнее, чем ледяное равнодушие.

    — Наринэ Абгарян · книга
14. «

    Но там глубоко, где не видно тебе, Мне совсем нелегко, я буквально на дне. И падает снег, сверху падает снег, Не в силах сокрыть твой пламенный след...

    Но там глубоко, где не видно тебе, Мне совсем нелегко, я буквально на дне. И падает снег, сверху падает снег, Не в силах сокрыть твой пламенный след...
15. «

    Если сто тысяч солнц во мне светят лучами яркими, Почему порой на душе – холодная Арктика?

    Если сто тысяч солнц во мне светят лучами яркими, Почему порой на душе – холодная Арктика?
16. «

    «Ничегонечувствование» — чаще всего защитный механизм, который подсознательно натренирован раненными в детстве людьми, чтобы избегать чувств боли и беспомощности, которые вызывали у них родители. Они научились отвлекаться от своих эмоций. Соответственно, можно научиться привлекать внимание к чувствам.

    «Ничегонечувствование» — чаще всего защитный механизм, который подсознательно натренирован раненными в детстве людьми, чтобы избегать чувств боли и беспомощности, которые вызывали у них родители. Они научились отвлекаться от своих эмоций. Соответственно, можно научиться привлекать внимание к чувствам.

    — Стефани Шталь · книга
17. «

    ...синдром жертвы обусловлен внутренним состоянием человека. Никто, кроме нас самих, не может навязать нам психологию жертвы. Мы входим в роль жертвы не из-за того, что с нами происходит, а потому, что принимаем решение держаться своего мученичества. Начинает развиваться сознание жертвы – сознание, ломающее наше мировоззрение и наш образ жизни; сознание, с которым мы становимся людьми негибкими, порицающими, безжалостными, требующими карательных санкций, пессимистичными, застрявшими в своем прошлом, с отсутствием здравых ограничений. Мы выбираем психологию жертвы, сами заключаем себя в застенок и превращаемся в собственных тюремщиков.

    ...синдром жертвы обусловлен внутренним состоянием человека. Никто, кроме нас самих, не может навязать нам психологию жертвы. Мы входим в роль жертвы не из-за того, что с нами происходит, а потому, что принимаем решение держаться своего мученичества. Начинает развиваться сознание жертвы – сознание, ломающее наше мировоззрение и наш образ жизни; сознание, с которым мы становимся людьми негибкими, порицающими, безжалостными, требующими карательных санкций, пессимистичными, застрявшими в своем прошлом, с отсутствием здравых ограничений. Мы выбираем психологию жертвы, сами заключаем себя в застенок и превращаемся в собственных тюремщиков.

    — Эдит Ева Эгер · книга
18. «

    И чем больше занимались они телом, тем глубже и страшнее становилось одиночество души.

    И чем больше занимались они телом, тем глубже и страшнее становилось одиночество души.

    — Леонид Андреев · книга
19. «

    Мало, почти совсем не имеет он покоя, и потому и во сне он, как днем, на страже: будучи смущен сердечными своими мечтами, как бежавший с поля брани, во время безопасности своей он пробуждается и не может надивиться, что ничего не было страшного. Хотя это бывает со всякою плотью, от человека до скота, но у грешников в семь крат более сего.

    Мало, почти совсем не имеет он покоя, и потому и во сне он, как днем, на страже: будучи смущен сердечными своими мечтами, как бежавший с поля брани, во время безопасности своей он пробуждается и не может надивиться, что ничего не было страшного. Хотя это бывает со всякою плотью, от человека до скота, но у грешников в семь крат более сего.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга премудрости Иисуса, сына Сирахова · книга
20. «

    Путь творца тернист и зыбок – Я отшельник и изгой, От своих устал ошибок, Вечный спор с самим собой.

    Путь творца тернист и зыбок – Я отшельник и изгой, От своих устал ошибок, Вечный спор с самим собой.