447 фраз про «дьявол, сатана» с глубоким смыслом

Тема «дьявол, сатана» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 447 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   При сделке с дьяволом простых решений не бывает. В противном случае дьявол был бы не дьяволом, а обычным шарлатаном в безвкусном наряде. Настоящий дьявол никогда не предложит человеку выбор между хорошим и плохим. Потому что для большинства людей выбор очевиден. Большинство из нас, вставая перед выбором, даже невероятно сложным и коварным, все равно предпочтут злу добро. Поэтому настоящий дьявол предлагает выбирать между плохим и наихудшим. Позволить члену семьи умереть от наркотиков или предать друга. Именно поэтому он — дьявол. В наивысшие моменты своего величия дьявол не предложит тебе выбор между раем и адом; он заставит тебя выбирать между адом и адом.

   При сделке с дьяволом простых решений не бывает. В противном случае дьявол был бы не дьяволом, а обычным шарлатаном в безвкусном наряде. Настоящий дьявол никогда не предложит человеку выбор между хорошим и плохим. Потому что для большинства людей выбор очевиден. Большинство из нас, вставая перед выбором, даже невероятно сложным и коварным, все равно предпочтут злу добро. Поэтому настоящий дьявол предлагает выбирать между плохим и наихудшим. Позволить члену семьи умереть от наркотиков или предать друга. Именно поэтому он — дьявол. В наивысшие моменты своего величия дьявол не предложит тебе выбор между раем и адом; он заставит тебя выбирать между адом и адом.

   — Дон Уинслоу · книга
2. «

   Не занятое человеческими руками и мозгами место — лаборатория для дьявола!

   Не занятое человеческими руками и мозгами место — лаборатория для дьявола!
3. «

   На рогах дьявола нимб держится крепче.

   На рогах дьявола нимб держится крепче.

   — Станислав Ежи Лец
4. «

   — Чувство вины — это все равно что мешок тяжелых кирпичей, да сбрось-ка их с плеч их долой… А для кого ты таскаешь все эти кирпичи? Для Бога? В самом деле, для Бога? Так позволь открыть тебе маленький секрет про нашего Бога. Ему нравиться наблюдать, он большой проказник: он дает человеку инстинкт, дарит этот экстраординарный подарок, а потом, ради развлечения для своего ролика космических трюков, устанавливает противоположные правила игры. Это самый жестокий розыгрыш за все минувшие века: смотри — но не смей трогать, трогай — но не пробуй на вкус, пробуй — но не смей глотать… И пока ты прыгаешь с одной ноги на другую, что делает он? — хохочет, так что его мерзкая задница вот-вот лопнет от натуги, и он — закомплексованный ханжа и садист, он просто рэкетир, и поклоняться такому Богу — никогда. — Лучше царствовать в Аду, чем служить на небесах? — А почему нет? Здесь, на земле, я погружен в ее заботы с сотворения Мира, я приветствовал каждую новинку, которую мечтал заполучить человек, я помогал ему во всем и никогда не осуждал. Более того, я никогда не отвергал его, несмотря на все его недостатки; я фанатично влюблен в человека; я гуманист, быть может, последний на Земле. Кто станет отрицать, если только он не выжил из ума, что двадцатый век был исключительно моим веком! Ведь этот век, Кевин, от альфы до омеги, мой; я достиг апогея силы; теперь мой звездный час, наш звездный час…

   — Чувство вины — это все равно что мешок тяжелых кирпичей, да сбрось-ка их с плеч их долой… А для кого ты таскаешь все эти кирпичи? Для Бога? В самом деле, для Бога? Так позволь открыть тебе маленький секрет про нашего Бога. Ему нравиться наблюдать, он большой проказник: он дает человеку инстинкт, дарит этот экстраординарный подарок, а потом, ради развлечения для своего ролика космических трюков, устанавливает противоположные правила игры. Это самый жестокий розыгрыш за все минувшие века: смотри — но не смей трогать, трогай — но не пробуй на вкус, пробуй — но не смей глотать… И пока ты прыгаешь с одной ноги на другую, что делает он? — хохочет, так что его мерзкая задница вот-вот лопнет от натуги, и он — закомплексованный ханжа и садист, он просто рэкетир, и поклоняться такому Богу — никогда. — Лучше царствовать в Аду, чем служить на небесах? — А почему нет? Здесь, на земле, я погружен в ее заботы с сотворения Мира, я приветствовал каждую новинку, которую мечтал заполучить человек, я помогал ему во всем и никогда не осуждал. Более того, я никогда не отвергал его, несмотря на все его недостатки; я фанатично влюблен в человека; я гуманист, быть может, последний на Земле. Кто станет отрицать, если только он не выжил из ума, что двадцатый век был исключительно моим веком! Ведь этот век, Кевин, от альфы до омеги, мой; я достиг апогея силы; теперь мой звездный час, наш звездный час…

   — Кевин Ломакс · фильм
5. «

   Есть история, которую бармены рассказывают о Дьяволе. Что каждую ночь с закрытием баров он выбирает один и заходит в дверь со всей грустью мира на плечах. В бар. Или в паб. Или в салун. Туда, где люди вгоняют себя в сладкое забвение. Он непривередлив. И вот Дьявол приходит и хочет поговорить. Если ты выслушиваешь и выживаешь, он даст тебе на чай. И тебе больше никогда не придется работать. При чем рассказчик может закончить историю либо хорошо, либо плохо, в зависимости от его настроения. Это все неправда. Но иногда Дьяволу нравится подыграть.

   Есть история, которую бармены рассказывают о Дьяволе. Что каждую ночь с закрытием баров он выбирает один и заходит в дверь со всей грустью мира на плечах. В бар. Или в паб. Или в салун. Туда, где люди вгоняют себя в сладкое забвение. Он непривередлив. И вот Дьявол приходит и хочет поговорить. Если ты выслушиваешь и выживаешь, он даст тебе на чай. И тебе больше никогда не придется работать. При чем рассказчик может закончить историю либо хорошо, либо плохо, в зависимости от его настроения. Это все неправда. Но иногда Дьяволу нравится подыграть.

   — Мефисто
6. «

   Сатана не в медиаторе... он в каждом из нас. Он — здесь. В твоём сердце. Он то, что мешает идти на работу... заниматься, или говорить правду. Он заставляет собираться на вечеринку... и заниматься сексом всю ночь. Он голос в вашем мозге... говорящий: «Иди к чёрту» людям, которых вы ненавидите. Теперь вы можете валяться на земле... и плакать как дети. Или можете пойти туда как друзья, и сыграть рок. Итак, что выбираете?

   Сатана не в медиаторе... он в каждом из нас. Он — здесь. В твоём сердце. Он то, что мешает идти на работу... заниматься, или говорить правду. Он заставляет собираться на вечеринку... и заниматься сексом всю ночь. Он голос в вашем мозге... говорящий: «Иди к чёрту» людям, которых вы ненавидите. Теперь вы можете валяться на земле... и плакать как дети. Или можете пойти туда как друзья, и сыграть рок. Итак, что выбираете?

   — ведущий конкурса · фильм
7. «

   Каждый из нас — свой собственный дьявол, и мы превращаем этот мир в свой собственный ад.

   Каждый из нас — свой собственный дьявол, и мы превращаем этот мир в свой собственный ад.

   — Оскар Уайльд · книга
8. «

   Как легче всего вызвать дьявола? Помолиться: «Верши за меня, Господи, дела мои!»

   Как легче всего вызвать дьявола? Помолиться: «Верши за меня, Господи, дела мои!»

   — Авессалом Подводный
9. «

   Даже среди друзей от Бога — всегда найдётся «друг» от дьявола.

   Даже среди друзей от Бога — всегда найдётся «друг» от дьявола.
10. «

    Бог и дьявол добились впечатляющих результатов благодаря специализации и разделению труда.

    Бог и дьявол добились впечатляющих результатов благодаря специализации и разделению труда.

    — Сэмюэль Батлер
11. «

    Шайтан может жить И без ангелов. Зато ангелам нет жизни Без шайтана.

    Шайтан может жить И без ангелов. Зато ангелам нет жизни Без шайтана.

    — Адонис (поэт)
12. «

    Неаполь — рай, населенный дьяволами.

    Неаполь — рай, населенный дьяволами.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте
13. «

    Без гордыни змей не свершил бы его маленькую шалость по отношению к Еве. Не будь изгнания из Эдема, не было бы человечества в том виде, каково оно есть. Даже по Библии человеческая раса обязана своим существованием дьяволовой гордыне!

    Без гордыни змей не свершил бы его маленькую шалость по отношению к Еве. Не будь изгнания из Эдема, не было бы человечества в том виде, каково оно есть. Даже по Библии человеческая раса обязана своим существованием дьяволовой гордыне!

    — Мерлин Маркелл · книга
14. «

    Куда, несчастный, скроюсь я, бежав От ярости безмерной и от мук Безмерного отчаянья? Везде В Аду я буду. Ад — я сам.

    Куда, несчастный, скроюсь я, бежав От ярости безмерной и от мук Безмерного отчаянья? Везде В Аду я буду. Ад — я сам.

    — Джон Мильтон · книга
15. «

    Бог Дьяволу: «Интересно, догадываются ли люди о том, что их жизнь – всего лишь часть нашей игры?»

    Бог Дьяволу: «Интересно, догадываются ли люди о том, что их жизнь – всего лишь часть нашей игры?»

    — Олег Рой · книга
16. «

    И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света.

    И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света.

    — Апостол Павел · книга
17. «

    Только умный может видеть ум другого, Только мудрый способен мудрость чужую понять, Только бесчестный может видеть дьявола «живого», Только честный способен Бога принять!

    Только умный может видеть ум другого, Только мудрый способен мудрость чужую понять, Только бесчестный может видеть дьявола «живого», Только честный способен Бога принять!
18. «

    ... Склонив голову набок, Дьявол молча рассматривал черные брови, слегка припудренные щеки и новую, пышно взбитую прическу. — Ну, и как вообще я выгляжу? — с сомнением спросил он. — Офигительно, — захлебнулся пиар-директор. Дьявол еще раз бросил любопытный взгляд в зеркало. — У меня странное ощущение, что я похож на Сергея Зверева, — вынес вердикт князь тьмы. — Мои сторонники ожидают увидеть именно его? — Для многих Зверев, собственно и есть Сатана. — Главу адского «паблик рилейшнз» было трудно застать врасплох. — Да вы хотя бы церковь спросите. Они подтвердят. — Они что хочешь подтвердят, — поморщился Дьявол. — У них после зевка рот не перекрестил — уже воплощение Ада. В принципе я рассчитывал на нечто другое — такое стильное, мрачное, готичное зло в стиле вокалиста «Лакримозы». Ну ладно... на крайняк уж и так сойдет...

    ... Склонив голову набок, Дьявол молча рассматривал черные брови, слегка припудренные щеки и новую, пышно взбитую прическу. — Ну, и как вообще я выгляжу? — с сомнением спросил он. — Офигительно, — захлебнулся пиар-директор. Дьявол еще раз бросил любопытный взгляд в зеркало. — У меня странное ощущение, что я похож на Сергея Зверева, — вынес вердикт князь тьмы. — Мои сторонники ожидают увидеть именно его? — Для многих Зверев, собственно и есть Сатана. — Главу адского «паблик рилейшнз» было трудно застать врасплох. — Да вы хотя бы церковь спросите. Они подтвердят. — Они что хочешь подтвердят, — поморщился Дьявол. — У них после зевка рот не перекрестил — уже воплощение Ада. В принципе я рассчитывал на нечто другое — такое стильное, мрачное, готичное зло в стиле вокалиста «Лакримозы». Ну ладно... на крайняк уж и так сойдет...

    — Георгий Зотов · книга
19. «

    Мой контракт с дьяволом давно рассрочен, И уже некому продавать душу. Когда мне исполнится двадцать восемь, Мир, наверно, будет намного хуже.

    Мой контракт с дьяволом давно рассрочен, И уже некому продавать душу. Когда мне исполнится двадцать восемь, Мир, наверно, будет намного хуже.
20. «

    У тех, кому бог судья, адвокатом, как правило, дьявол...

    У тех, кому бог судья, адвокатом, как правило, дьявол...

    — Борис Юзефович Крутиер