265 цитат про «единение, единство» для вдохновения

265 цитат про «единение, единство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Секс как самоцель одномерен и не способствует единению партнеров. Он подрывает эмоциональные связи. В конце концов, он даже не приносит толком удовлетворения. Исследования показали, что такой секс снижает возбудимость и сокращает частоту оргазмов. В танце, где нет связи или способности прислушаться к музыке эмоций, каждое движение сопровождают скука и пустота.

   Секс как самоцель одномерен и не способствует единению партнеров. Он подрывает эмоциональные связи. В конце концов, он даже не приносит толком удовлетворения. Исследования показали, что такой секс снижает возбудимость и сокращает частоту оргазмов. В танце, где нет связи или способности прислушаться к музыке эмоций, каждое движение сопровождают скука и пустота.

   — Сью Джонсон · книга
2. «

   Для всех ты останешься вечно чужою И лишь для меня бесконечно знакома, И верь, от людей и от масок я скрою, Что знаю тебя я, царица Содома.

   Для всех ты останешься вечно чужою И лишь для меня бесконечно знакома, И верь, от людей и от масок я скрою, Что знаю тебя я, царица Содома.

   — Николай Степанович Гумилёв
3. «

   Мы совсем разные люди и любим разное, но ненавидим, кажется одно и то же. А это гораздо важнее. Мы оба больше всего ненавидим и презираем шарлатанов.

   Мы совсем разные люди и любим разное, но ненавидим, кажется одно и то же. А это гораздо важнее. Мы оба больше всего ненавидим и презираем шарлатанов.

   — Сергей Довлатов · книга
4. «

   Мир, счастье, братство людей — вот что нужно нам на этом свете!

   Мир, счастье, братство людей — вот что нужно нам на этом свете!

   — Марк Твен
5. «

   В каком-то смысле, подумал я, мы с ним два сапога пара. Нами движет не то, что у нас есть, и даже не то, что мы собираемся обрести, а то, что мы утратили, то, чего у нас теперь нет.

   В каком-то смысле, подумал я, мы с ним два сапога пара. Нами движет не то, что у нас есть, и даже не то, что мы собираемся обрести, а то, что мы утратили, то, чего у нас теперь нет.

   — Харуки Мураками · книга
6. «

   – Годима, тебя что, чарой обнесли? – дружелюбно и лишь чуть-чуть насмешливо окликнул Мистина, когда шум после княжьего окрика поутих. – Возьми мою, – и не шутя протянул в сторону дружинного стола собственный золоченый кубок с самоцветами, тоже из ромейской добычи. Такие подавали только приближенным князя. – Мне не жаль. Хочешь, отдам тебе свой кафтан, – он даже взялся за отворот малинового шелка, будто намереваясь снять, – если ты чувствуешь себя обделенным. Мы ведь братья, у нас одна мать – русская дружина, и один отец – русский князь. Князь Ингвар. И пока мы стоим друг за друга, как братья, все золото и все цветное платье от Бьёрко до Серкланда будет нашим. А вздумаем кусать друг друга – не удержим и холщовых портков на заднице! И много, много людей ждут наших свар, как величайшего для себя счастья.

   – Годима, тебя что, чарой обнесли? – дружелюбно и лишь чуть-чуть насмешливо окликнул Мистина, когда шум после княжьего окрика поутих. – Возьми мою, – и не шутя протянул в сторону дружинного стола собственный золоченый кубок с самоцветами, тоже из ромейской добычи. Такие подавали только приближенным князя. – Мне не жаль. Хочешь, отдам тебе свой кафтан, – он даже взялся за отворот малинового шелка, будто намереваясь снять, – если ты чувствуешь себя обделенным. Мы ведь братья, у нас одна мать – русская дружина, и один отец – русский князь. Князь Ингвар. И пока мы стоим друг за друга, как братья, все золото и все цветное платье от Бьёрко до Серкланда будет нашим. А вздумаем кусать друг друга – не удержим и холщовых портков на заднице! И много, много людей ждут наших свар, как величайшего для себя счастья.

   — Елизавета Дворецкая · книга
7. «

   Может быть, воскрешение бога заключается в том, что все мы снова станем одним?

   Может быть, воскрешение бога заключается в том, что все мы снова станем одним?

   — Виктор Пелевин · книга
8. «

   Как только лает одна собака, тут же лает и другая.

   Как только лает одна собака, тут же лает и другая.

   — Латинские пословицы и поговорки
9. «

   Известная ей ранее плесковская русь почитала разных богов – славянских, северных, чудских и даже голядских; это не мешало ей жить в согласии, да и разница в обрядах была несущественная. И как они совместно приносили жертвы, так и, подразумевалось, боги совместно примут их. Но сейчас будто луч солнца мелькнул вдали за облаками: на миг померещилось, что некое неведомое божество широко распахивает объятия, готовое принять всех без разбору, любого рода, племени и языка. Одно – на всех, кто носит звание «человек». Здесь, в Киеве, где «все» такие разные, оно было бы вполне уместно.

   Известная ей ранее плесковская русь почитала разных богов – славянских, северных, чудских и даже голядских; это не мешало ей жить в согласии, да и разница в обрядах была несущественная. И как они совместно приносили жертвы, так и, подразумевалось, боги совместно примут их. Но сейчас будто луч солнца мелькнул вдали за облаками: на миг померещилось, что некое неведомое божество широко распахивает объятия, готовое принять всех без разбору, любого рода, племени и языка. Одно – на всех, кто носит звание «человек». Здесь, в Киеве, где «все» такие разные, оно было бы вполне уместно.

   — Елизавета Дворецкая · книга
10. «

    Часто ли мы употребляем слово «союзник»? Друг, товарищ, единомышленник — запросто. А в слове «союзник» будто заложен будущий раскол. Он не друг. У нас просто общие интересы. В какой-то одной сфере и на какой-то определённый период времени... Две с лишним тысячи лет назад так называли подчинённые Риму области Италии, которые обязаны были во всём помогать Риму, но сами никаких прав не имели.

    Часто ли мы употребляем слово «союзник»? Друг, товарищ, единомышленник — запросто. А в слове «союзник» будто заложен будущий раскол. Он не друг. У нас просто общие интересы. В какой-то одной сфере и на какой-то определённый период времени... Две с лишним тысячи лет назад так называли подчинённые Риму области Италии, которые обязаны были во всём помогать Риму, но сами никаких прав не имели.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    Не в численности, но в единстве сокрыта наша великая сила.

    Не в численности, но в единстве сокрыта наша великая сила.

    — Бэйли · сериал
12. «

    Говоря о патриотизме, я имею в виду именно это — ощущение единства с людьми, с которыми живёшь в одной стране.

    Говоря о патриотизме, я имею в виду именно это — ощущение единства с людьми, с которыми живёшь в одной стране.

    — Сергей Сергеевич Бодров
13. «

    Кунта долго лежал без сна и думал о том, что многое – да практически все, что они узнали, – связано воедино. Прошлое связано с настоящим, настоящее с будущим, мертвые с живыми, а живые с теми, кому предстоит родиться.

    Кунта долго лежал без сна и думал о том, что многое – да практически все, что они узнали, – связано воедино. Прошлое связано с настоящим, настоящее с будущим, мертвые с живыми, а живые с теми, кому предстоит родиться.

    — Алекс Хейли · книга
14. «

    Люди, все еще продолжавшие махать, исчезли за поворотом. Воспоминание пропало. Что теперь? Это – его жизнь? Он и сам не знал. Он уже забыл свое прошлое. Он запряг собак. Дал им поесть. И еще раз посмотрел назад. Вдруг все, что было вокруг, пропало, он забыл о понятиях жизни и смерти, смысла и цели, многогранность жизни исчезла; сверкая, открылась перед ним его снежная равнина, оказавшаяся по ту сторону слов и чувств. И теперь, когда он поднял ногу, чтобы сделать первый шаг в направлении Северного полюса, шаг, который приведет его к смерти, он почувствовал неожиданный, несказанный подъем, будто эта экспедиция важнее всего остального, будто в эту минуту он наконец начинает жить и его существование наполнится смыслом; будто в безудержном порыве он вырвался за пределы своего существа, приблизился к тайне бытия, постиг смысл жизни. Казалось, небо стало его мозгом. Океан шумел в его артериях и венах. Он поднял руки и сделал шаг на север.

    Люди, все еще продолжавшие махать, исчезли за поворотом. Воспоминание пропало. Что теперь? Это – его жизнь? Он и сам не знал. Он уже забыл свое прошлое. Он запряг собак. Дал им поесть. И еще раз посмотрел назад. Вдруг все, что было вокруг, пропало, он забыл о понятиях жизни и смерти, смысла и цели, многогранность жизни исчезла; сверкая, открылась перед ним его снежная равнина, оказавшаяся по ту сторону слов и чувств. И теперь, когда он поднял ногу, чтобы сделать первый шаг в направлении Северного полюса, шаг, который приведет его к смерти, он почувствовал неожиданный, несказанный подъем, будто эта экспедиция важнее всего остального, будто в эту минуту он наконец начинает жить и его существование наполнится смыслом; будто в безудержном порыве он вырвался за пределы своего существа, приблизился к тайне бытия, постиг смысл жизни. Казалось, небо стало его мозгом. Океан шумел в его артериях и венах. Он поднял руки и сделал шаг на север.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    В молодости я был одержим многими вещами: машинами, одеждой, тупым товаром. Теперь, когда у меня всё это есть, я обрел и нечто большее: понимание, что все эти излишества могут превратить тебя в идиота. В Восточной Германии было мало вещей, однако было некое чувство единения, которого больше не существует. Теперь мы по уши погрязли в потребительстве, своём эго и индивидуализме. Сейчас место дружбы заняла торговля. После падения стены, я съездил в Западную Германию и купил медведей из жевательной резинки и йогурт. Больше ничего там не было...

    В молодости я был одержим многими вещами: машинами, одеждой, тупым товаром. Теперь, когда у меня всё это есть, я обрел и нечто большее: понимание, что все эти излишества могут превратить тебя в идиота. В Восточной Германии было мало вещей, однако было некое чувство единения, которого больше не существует. Теперь мы по уши погрязли в потребительстве, своём эго и индивидуализме. Сейчас место дружбы заняла торговля. После падения стены, я съездил в Западную Германию и купил медведей из жевательной резинки и йогурт. Больше ничего там не было...

    — Тилль Линдеманн
16. «

    Из всего, что я видел в битвах Фронтира, пилот — это высший хищник. Быстрый и ловкий, полный грации и разрушающей силы. Проницательный, находчивый и неумолимый. Пилот видит мир иначе — отвесные стены становятся доступными путями. Пилот сражается иначе — владея обманными манёврами, он способен переломить ход даже самой неравной битвы. Но что действительно отличает пилота от пехоты и техники на поле боя, — это связь между ним и титаном. В связке с титаном его могут остановить только превосходящие силы, либо равный ему.

    Из всего, что я видел в битвах Фронтира, пилот — это высший хищник. Быстрый и ловкий, полный грации и разрушающей силы. Проницательный, находчивый и неумолимый. Пилот видит мир иначе — отвесные стены становятся доступными путями. Пилот сражается иначе — владея обманными манёврами, он способен переломить ход даже самой неравной битвы. Но что действительно отличает пилота от пехоты и техники на поле боя, — это связь между ним и титаном. В связке с титаном его могут остановить только превосходящие силы, либо равный ему.

    — Джек Купер · игра
17. «

    Кончится вечер, погаснет свет в твоем окне. Он бесконечен с самим собой наедине.

    Кончится вечер, погаснет свет в твоем окне. Он бесконечен с самим собой наедине.
18. «

    Ты гори без гари И не гасни, если вокруг темнеет. С тобою мы в паре, А значит и наш свет сильнее.

    Ты гори без гари И не гасни, если вокруг темнеет. С тобою мы в паре, А значит и наш свет сильнее.
19. «

    0000136. Легко достигнутое согласие, единство — признак скорее заблуждения, чем обнаруженной истины.

    0000136. Легко достигнутое согласие, единство — признак скорее заблуждения, чем обнаруженной истины.
20. «

    Не родственные связи создают друзей, но общность интересов.

    Не родственные связи создают друзей, но общность интересов.

    — Демокрит