665 цитат на тему «эгоизм» — читать онлайн

665 цитат про «эгоизм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Чем более мы холодны, расчетливы, осмотрительны, тем менее подвергаемся нападениям насмешки. Эгоизм может быть отвратительным, но он не смешон, ибо отменно благоразумен. Однако есть люди, которые любят себя с такою нежностию, удивляются своему гению с таким восторгом, думают о своем благосостоянии с таким умилением, о своих неудовольствиях с таким состраданием, что в них и эгоизм имеет всю смешную сторону энтузиазма и чувствительности.

   Чем более мы холодны, расчетливы, осмотрительны, тем менее подвергаемся нападениям насмешки. Эгоизм может быть отвратительным, но он не смешон, ибо отменно благоразумен. Однако есть люди, которые любят себя с такою нежностию, удивляются своему гению с таким восторгом, думают о своем благосостоянии с таким умилением, о своих неудовольствиях с таким состраданием, что в них и эгоизм имеет всю смешную сторону энтузиазма и чувствительности.

   — Александр Сергеевич Пушкин
2. «

   Бывают женщины, как, впрочем, и мужчины, – с душевным изъяном, которые не умеют любить ничего, кроме собственных мимолетных капризов, – это такой же недостаток, как глухота, слепота или паралич, только менее очевидный.

   Бывают женщины, как, впрочем, и мужчины, – с душевным изъяном, которые не умеют любить ничего, кроме собственных мимолетных капризов, – это такой же недостаток, как глухота, слепота или паралич, только менее очевидный.

   — Болеслав Прус · книга
3. «

   В отношениях мы эгоистичны. Мы боимся. Боимся потерять. Боимся недополучить. Боимся поделить с кем-то ещё нашу любовь. Ту любовь, которую получаем от другого. Которую мы присвоили себе. Как то, что принадлежит нам.

   В отношениях мы эгоистичны. Мы боимся. Боимся потерять. Боимся недополучить. Боимся поделить с кем-то ещё нашу любовь. Ту любовь, которую получаем от другого. Которую мы присвоили себе. Как то, что принадлежит нам.

   — Екатерина Корзун · книга
4. «

   Вы, несчастные создания, вы могли бы так счастливо жить, если бы смели делать прыжки по вашему пониманию; нет, вы должны танцевать под дудку воспитателей и вожаков медведей, чтобы проделывать фокусы, которых вам самим никогда не пришло бы на мысль делать. И вы даже не бунтуете, когда вас каждый раз принимают не за то, чем вы хотите быть? Нет! Вы произносите про себя механически заученные вопросы: «К чему я призван? Что я должен делать?». Стоит только вам спросить, как вам уже скажут, чего от вас ждут и велят вам это сделать; вам укажут ваше «призвание», или вы сами себе предпишете и продиктуете то, что вам повелел дух. Тогда по отношению к вашей воле это выразится так: я хочу того, что составляет мой долг.

   Вы, несчастные создания, вы могли бы так счастливо жить, если бы смели делать прыжки по вашему пониманию; нет, вы должны танцевать под дудку воспитателей и вожаков медведей, чтобы проделывать фокусы, которых вам самим никогда не пришло бы на мысль делать. И вы даже не бунтуете, когда вас каждый раз принимают не за то, чем вы хотите быть? Нет! Вы произносите про себя механически заученные вопросы: «К чему я призван? Что я должен делать?». Стоит только вам спросить, как вам уже скажут, чего от вас ждут и велят вам это сделать; вам укажут ваше «призвание», или вы сами себе предпишете и продиктуете то, что вам повелел дух. Тогда по отношению к вашей воле это выразится так: я хочу того, что составляет мой долг.

   — Макс Штирнер · книга
5. «

   Эгоист — человек дурного тона, больше интересующийся собой, чем мной.

   Эгоист — человек дурного тона, больше интересующийся собой, чем мной.

   — Амброз Бирс · книга
6. «

   Когда в семье только один муж, он вырастает эгоистом.

   Когда в семье только один муж, он вырастает эгоистом.

   — Геннадий Ефимович Малкин
7. «

   Есть три разряда эгоистов: эгоисты, которые сами живут и жить дают другим; эгоисты, которые сами живут и не дают жить другим; наконец, эгоисты, которые сами не живут и другим жить не дают. Женщины большей частью принадлежат к третьему разряду.

   Есть три разряда эгоистов: эгоисты, которые сами живут и жить дают другим; эгоисты, которые сами живут и не дают жить другим; наконец, эгоисты, которые сами не живут и другим жить не дают. Женщины большей частью принадлежат к третьему разряду.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
8. «

   Я вдруг поняла, почему люди сейчас чувствуют такое одиночество, а все потому, что мы не умеем понимать друг друга, и мы даже не пытаемся этого делать, каждый зациклен на себе самом, эгоистично размышляя о благах и предметах мы и не замечаем как вычеркиваем друг друга из собственной жизни, как может быть оскорбляем и обижаем друг друга... никто этого и не замечает просто потому, что в век электронного бума мы все носим множество масок, каждая маска на свой случай, но среди всего этого разнообразия лиц нет только одной маски, маски сочувствия и понимания, а отсюда, как по цепной реакции — здравствуй одиночество!

   Я вдруг поняла, почему люди сейчас чувствуют такое одиночество, а все потому, что мы не умеем понимать друг друга, и мы даже не пытаемся этого делать, каждый зациклен на себе самом, эгоистично размышляя о благах и предметах мы и не замечаем как вычеркиваем друг друга из собственной жизни, как может быть оскорбляем и обижаем друг друга... никто этого и не замечает просто потому, что в век электронного бума мы все носим множество масок, каждая маска на свой случай, но среди всего этого разнообразия лиц нет только одной маски, маски сочувствия и понимания, а отсюда, как по цепной реакции — здравствуй одиночество!
9. «

   Как мало мы думаем о других, когда дело касается нашей безопасности, тщеславия или репутации.

   Как мало мы думаем о других, когда дело касается нашей безопасности, тщеславия или репутации.

   — Генри Райдер Хаггард · книга
10. «

    Человек, думающий только о себе, никогда не думает плохо о людях.

    Человек, думающий только о себе, никогда не думает плохо о людях.
11. «

    В наших душах, парень. В наших душах. Это там таится предатель. Это твое «я» кричит: «Я хочу жить! Пусть мир страдает, пусть даже разлагается заживо, лишь бы я оставался живым!» Маленький этот предатель – наша жалкая душонка – живет внутри нас, прячась во тьме, словно паук в углу сундука. Все мы слышим его голос. Но лишь немногие понимают его. Мудрецы, певцы – все, кто созидает душой. И еще герои. Те, кто стремится всегда быть самим собой. А всегда оставаться собой – вещь редкостная, великий дар. Но быть самим собой вечно – это ли не подлинное величие?

    В наших душах, парень. В наших душах. Это там таится предатель. Это твое «я» кричит: «Я хочу жить! Пусть мир страдает, пусть даже разлагается заживо, лишь бы я оставался живым!» Маленький этот предатель – наша жалкая душонка – живет внутри нас, прячась во тьме, словно паук в углу сундука. Все мы слышим его голос. Но лишь немногие понимают его. Мудрецы, певцы – все, кто созидает душой. И еще герои. Те, кто стремится всегда быть самим собой. А всегда оставаться собой – вещь редкостная, великий дар. Но быть самим собой вечно – это ли не подлинное величие?

    — Урсула Ле Гуин · книга
12. «

    Печальное нам смешно, смешное — грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя.

    Печальное нам смешно, смешное — грустно, а вообще, по правде, мы ко всему довольно равнодушны, кроме самих себя.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
13. «

    Это особенная болезнь. Болезнь сердца. Ее симптом — бесчувственность. Когда ты не понимаешь, что вокруг тебя живые люди, что им может быть больно, что у них есть душа, что они — ценность. И если ты видишь только себя, только свое «я», если тебя заботит только собственное желание и личные цели — ты такой. Ты — Сад.

    Это особенная болезнь. Болезнь сердца. Ее симптом — бесчувственность. Когда ты не понимаешь, что вокруг тебя живые люди, что им может быть больно, что у них есть душа, что они — ценность. И если ты видишь только себя, только свое «я», если тебя заботит только собственное желание и личные цели — ты такой. Ты — Сад.

    — Анхель де Куатье · книга
14. «

    В этом и заключается юмор. Смеяться над мелочностью людей может всякий, имеющий «более возвышенные чувства»; но смеяться над всеми великими мыслями, возвышенными чувствами, благородным вдохновением и святой верой – это предполагает, что я – собственник всего.

    В этом и заключается юмор. Смеяться над мелочностью людей может всякий, имеющий «более возвышенные чувства»; но смеяться над всеми великими мыслями, возвышенными чувствами, благородным вдохновением и святой верой – это предполагает, что я – собственник всего.

    — Макс Штирнер · книга
15. «

    Раньше рождались поколения, желавшие сделать что-то для человечества. Теперь же – если и делать что-то, то только для себя.

    Раньше рождались поколения, желавшие сделать что-то для человечества. Теперь же – если и делать что-то, то только для себя.

    — Александр Вяземка · книга
16. «

    Узкие рамки личного эгоизма мешают мне потребить мир целиком.

    Узкие рамки личного эгоизма мешают мне потребить мир целиком.

    — Авессалом Подводный · книга
17. «

    Крику много, мало толку, Каждый слышал лишь себя. Просто так привыкли, просто эгоисты, Просто так удобно жить лишь только для себя. Хруст осколков под ногами - Отношений всех итог. Разбивали, не считая, разрывали в клочья, Верили, что будет в будущем рок.

    Крику много, мало толку, Каждый слышал лишь себя. Просто так привыкли, просто эгоисты, Просто так удобно жить лишь только для себя. Хруст осколков под ногами - Отношений всех итог. Разбивали, не считая, разрывали в клочья, Верили, что будет в будущем рок.
18. «

    Тебе, конечно, не жаль уезжать от меня. Для таких как мы с тобой, родной дом там, где нас нет.

    Тебе, конечно, не жаль уезжать от меня. Для таких как мы с тобой, родной дом там, где нас нет.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
19. «

    Безумие всегда помогало людям видеть больше или, наоборот, превращало в эгоистов. Мне же была установлена учесть страданий. Я больше не чувствую себя человеком.

    Безумие всегда помогало людям видеть больше или, наоборот, превращало в эгоистов. Мне же была установлена учесть страданий. Я больше не чувствую себя человеком.
20. «

    Уголовный кодекс обусловливается лишь тем, что есть святое, и должен исчезнуть, если будет уничтожено наказание. Повсюду хотят теперь создать новое уголовное законодательство, и никто не задумывается над тем, что такое само наказание. Но наказание должно исчезнуть и замениться удовлетворением, которое, в свою очередь, не должно служить «праву» или справедливости, а нам лично. Если кто-либо поступает так, как нам не угодно, то мы должны сломить его силу и утвердить нашу: мы этим доставляем удовлетворение себе и не должны иметь глупого желания доставить удовлетворение праву (то есть призраку). Человек должен обороняться против человека, а не святыня против человека, так же как уже не обороняется против человека Бог, которому прежде и еще до сих пор подают руку помощи все «слуги Божии» для того, чтобы наказать «извергающего хулу». Вследствие такого преклонения перед святым люди, лично ничуть не пострадавшие, предают преступников в руки полиции и судов: это – безучастная передача в руки «начальства», «которое лучше всего управляет святым». Люди с каким-то безумием направляют полицию на все, что кажется им безнравственным или только «неприличным», и эта ярость народа больше защищает и охраняет институт полиции, чем это может сделать правительство.

    Уголовный кодекс обусловливается лишь тем, что есть святое, и должен исчезнуть, если будет уничтожено наказание. Повсюду хотят теперь создать новое уголовное законодательство, и никто не задумывается над тем, что такое само наказание. Но наказание должно исчезнуть и замениться удовлетворением, которое, в свою очередь, не должно служить «праву» или справедливости, а нам лично. Если кто-либо поступает так, как нам не угодно, то мы должны сломить его силу и утвердить нашу: мы этим доставляем удовлетворение себе и не должны иметь глупого желания доставить удовлетворение праву (то есть призраку). Человек должен обороняться против человека, а не святыня против человека, так же как уже не обороняется против человека Бог, которому прежде и еще до сих пор подают руку помощи все «слуги Божии» для того, чтобы наказать «извергающего хулу». Вследствие такого преклонения перед святым люди, лично ничуть не пострадавшие, предают преступников в руки полиции и судов: это – безучастная передача в руки «начальства», «которое лучше всего управляет святым». Люди с каким-то безумием направляют полицию на все, что кажется им безнравственным или только «неприличным», и эта ярость народа больше защищает и охраняет институт полиции, чем это может сделать правительство.

    — Макс Штирнер · книга