454 цитаты: всё о «эмоции»

Тема «эмоции» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 454 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Нет такой категории, как плохо. Плохо и хорошо — это сказка. Мы развились до того, что значения эмоций связываем со стратегией выживания и животного стада. Мы приспособились видеть божественное в полезном. Добро не есть истинно хорошо, зло не есть истинно плохо. Не каждому дано быть собой. Вы пленники собственных представлений.

   Нет такой категории, как плохо. Плохо и хорошо — это сказка. Мы развились до того, что значения эмоций связываем со стратегией выживания и животного стада. Мы приспособились видеть божественное в полезном. Добро не есть истинно хорошо, зло не есть истинно плохо. Не каждому дано быть собой. Вы пленники собственных представлений.

   — Эвр Холмс · сериал
2. «

   — Не идёт у меня София из головы... — Да тебе не вещи новые нужны, эмоции новые. Вот я приезжаю на дачу, оседлаю свою «Яву», как дашь километров восемьдесят — и всё. Все мысли дурные о бабах, о каких-то воронах, которые мою вишню клюют, тут же уходят...

   — Не идёт у меня София из головы... — Да тебе не вещи новые нужны, эмоции новые. Вот я приезжаю на дачу, оседлаю свою «Яву», как дашь километров восемьдесят — и всё. Все мысли дурные о бабах, о каких-то воронах, которые мою вишню клюют, тут же уходят...

   — Борис Леонидович (дядя Боря) · сериал
3. «

   — Спок, вы сердитесь или отчаиваетесь? — Эти эмоции мне не знакомы, доктор. Я просто проверял, крепка ли эта дверь. — В пятнадцатый раз.

   — Спок, вы сердитесь или отчаиваетесь? — Эти эмоции мне не знакомы, доктор. Я просто проверял, крепка ли эта дверь. — В пятнадцатый раз.

   — Спок · сериал
4. «

   Мы все хотим как лучше, а получается как всегда. Делаем и говорим обидные вещи не со зла, а на эмоциях. Но быть бесчувственными куклами, работающими на алгоритме, тоже нельзя. Эмоции разные: и хорошие, и не очень. Но смысл в гармонии. В музыке есть низкие и высокие ноты и именно это делает её красивой. В фотографии есть свет и тень, и это делает её красивой. Эмоции материального мира часто омрачают нам жизнь, но духовное сердце всегда проливает свет.

   Мы все хотим как лучше, а получается как всегда. Делаем и говорим обидные вещи не со зла, а на эмоциях. Но быть бесчувственными куклами, работающими на алгоритме, тоже нельзя. Эмоции разные: и хорошие, и не очень. Но смысл в гармонии. В музыке есть низкие и высокие ноты и именно это делает её красивой. В фотографии есть свет и тень, и это делает её красивой. Эмоции материального мира часто омрачают нам жизнь, но духовное сердце всегда проливает свет.
5. «

   Просто вы заплакали — и как будто вы нормальная...

   Просто вы заплакали — и как будто вы нормальная...

   — Анатолий Ефремович Новосельцев · фильм
6. «

   Человеческие эмоции как произведения искусства, их нетрудно подделать. Иногда они только кажутся подлинными, а приглядишься — фальшивка.

   Человеческие эмоции как произведения искусства, их нетрудно подделать. Иногда они только кажутся подлинными, а приглядишься — фальшивка.

   — Билли Уистлер · фильм
7. «

   Я не люблю много говорить, я курю и смотрю на птиц в окно, я открываю ноутбук и закрываю глаза на реальность, но... Мне нужно, чтобы меня кто-то ждал. Когда я ухожу блуждать в лабиринты собственной души, когда я превращаюсь в слова и рассыпаюсь по тетрадным листам, когда я, смешно фыркая и чихая, возвращаюсь из пелены дождя. Мне нужно куда-то возвращаться. Падать с неба на мягкий свет в уютное тепло, разбиваясь тихим смехом о подставленные ладони. Мне нужны твои руки. Нежные и надёжные, ласковые и любящие. Из которых я научился пить огонь, однажды ночью влетев в твоё распахнутое окно. В которых я нашёл что-то большее, чем любовь. Мне нужны твои глаза. Растерянно и удивлённо распахнутые навстречу миру, но становящиеся очень точными и внимательными, когда ты заглядываешь в меня. Которые я запомню именно такими: чуткими, жадными, ищущими, мудрыми, ироничными, матово мерцающими новым оттенком ночи в свете свечей. Мне нужен твой запах. По нему я ориентируюсь, диким зверем ощупывая дорогу домой между прозрачных осенних улиц торопливых городов. Мне нужен твой вкус. Соленый, горьковатый вкус страсти с привкусом моря, в котором я безжалостно тону, задыхаясь от счастья. Мне нужно твоё звучание. Твой мягкий смех, твой ровный красивый голос, с одинаковой лёгкостью перебирающий неуместные шутки и дрожащие от детской обиды и древней мудрости откровения. Хотя знаешь, всё это можно сказать намного проще: я такой, какой есть, но... ты очень нужна мне.

   Я не люблю много говорить, я курю и смотрю на птиц в окно, я открываю ноутбук и закрываю глаза на реальность, но... Мне нужно, чтобы меня кто-то ждал. Когда я ухожу блуждать в лабиринты собственной души, когда я превращаюсь в слова и рассыпаюсь по тетрадным листам, когда я, смешно фыркая и чихая, возвращаюсь из пелены дождя. Мне нужно куда-то возвращаться. Падать с неба на мягкий свет в уютное тепло, разбиваясь тихим смехом о подставленные ладони. Мне нужны твои руки. Нежные и надёжные, ласковые и любящие. Из которых я научился пить огонь, однажды ночью влетев в твоё распахнутое окно. В которых я нашёл что-то большее, чем любовь. Мне нужны твои глаза. Растерянно и удивлённо распахнутые навстречу миру, но становящиеся очень точными и внимательными, когда ты заглядываешь в меня. Которые я запомню именно такими: чуткими, жадными, ищущими, мудрыми, ироничными, матово мерцающими новым оттенком ночи в свете свечей. Мне нужен твой запах. По нему я ориентируюсь, диким зверем ощупывая дорогу домой между прозрачных осенних улиц торопливых городов. Мне нужен твой вкус. Соленый, горьковатый вкус страсти с привкусом моря, в котором я безжалостно тону, задыхаясь от счастья. Мне нужно твоё звучание. Твой мягкий смех, твой ровный красивый голос, с одинаковой лёгкостью перебирающий неуместные шутки и дрожащие от детской обиды и древней мудрости откровения. Хотя знаешь, всё это можно сказать намного проще: я такой, какой есть, но... ты очень нужна мне.

   — Аль Квотион · книга
8. «

   — Мне знакомо все, что ты сейчас чувствуешь. Страх, радость, любопытство. Я тоже их испытываю. — Серьезно? После стольких лет? — Да! А зачем, по-твоему, я продолжаю путешествовать?

   — Мне знакомо все, что ты сейчас чувствуешь. Страх, радость, любопытство. Я тоже их испытываю. — Серьезно? После стольких лет? — Да! А зачем, по-твоему, я продолжаю путешествовать?

   — 10 Доктор · сериал
9. «

   Да, нас учили отсекать сильное горе, но я так и не смогла. И я предпочитаю чувствовать боль, чем не чувствовать ничего.

   Да, нас учили отсекать сильное горе, но я так и не смогла. И я предпочитаю чувствовать боль, чем не чувствовать ничего.

   — Сидни Бристоу · сериал
10. «

    — А такая эмоция, как разочарование, вам знакома? — спросил он. — Разочарование... Еще бы! Я всю жизнь только и делаю, что разочаровываюсь.

    — А такая эмоция, как разочарование, вам знакома? — спросил он. — Разочарование... Еще бы! Я всю жизнь только и делаю, что разочаровываюсь.

    — Аркадий Стругацкий · книга
11. «

    Древнейшая и сильнейшая эмоция человечества — это страх, а древнейший и сильнейший вид страха — это страх перед неизвестным.

    Древнейшая и сильнейшая эмоция человечества — это страх, а древнейший и сильнейший вид страха — это страх перед неизвестным.

    — Говард Филлипс Лавкрафт
12. «

    Прошло много лет, Ты уже старушка, а я вредный дед. Всё давно позади, Но зато есть вспомнить что, И что обсудить...

    Прошло много лет, Ты уже старушка, а я вредный дед. Всё давно позади, Но зато есть вспомнить что, И что обсудить...
13. «

    Эмоции создают иллюзии, а иллюзии — это самообман.

    Эмоции создают иллюзии, а иллюзии — это самообман.
14. «

    Эй, Кайто, все эмоции... Боль, скорбь... Все это — иллюзии, создаваемые мозгом.

    Эй, Кайто, все эмоции... Боль, скорбь... Все это — иллюзии, создаваемые мозгом.
15. «

    Сжимать в объятьях тело женщины — то же, что вбирать в себя странную радость, которая с неба нисходит к морю.

    Сжимать в объятьях тело женщины — то же, что вбирать в себя странную радость, которая с неба нисходит к морю.

    — Альбер Камю · книга
16. «

    До чего же все-таки женщины любвеобильны, они даже на службе стремятся установить сердечные отношения, им трудно существовать в мире, лишенном эмоций, они в нем чахнут. В этом их слабость и причина многих неприятностей, недаром психологические странички «Мари-Клер» постоянно твердят об одном и том же: необходимо четко разграничивать работу и эмоции; только женщинам это плохо удается, о чем с не меньшим постоянством свидетельствуют документальные страницы того же журнала.

    До чего же все-таки женщины любвеобильны, они даже на службе стремятся установить сердечные отношения, им трудно существовать в мире, лишенном эмоций, они в нем чахнут. В этом их слабость и причина многих неприятностей, недаром психологические странички «Мари-Клер» постоянно твердят об одном и том же: необходимо четко разграничивать работу и эмоции; только женщинам это плохо удается, о чем с не меньшим постоянством свидетельствуют документальные страницы того же журнала.

    — Мишель Уэльбек · книга
17. «

    — Я не помню, кто сказал это. У людей столько чувств, сколько звёзд на небе. И я это отлично понимаю. — Метафора, означающая, что каждая эмоция сверкает по-своему, да?

    — Я не помню, кто сказал это. У людей столько чувств, сколько звёзд на небе. И я это отлично понимаю. — Метафора, означающая, что каждая эмоция сверкает по-своему, да?

    — Сорей · игра
18. «

    В данный момент я не могу ясно изъясняться, поэтому я перечислю свои эмоции в приоритетном порядке: боль, замешательство, предательство, дискомфорт, страсть, помешательство... Последнее это не эмоция, но я подумал, что тебе стоит об этом знать!

    В данный момент я не могу ясно изъясняться, поэтому я перечислю свои эмоции в приоритетном порядке: боль, замешательство, предательство, дискомфорт, страсть, помешательство... Последнее это не эмоция, но я подумал, что тебе стоит об этом знать!

    — Макс Джерри Хоровитц · мультфильм
19. «

    Тот, кого ты любишь, это воздух. Сладкий, тягучий как вода от переизбытка кислорода, густой и звенящий, острый и холодный. Ты жадно хватаешь его открытым ртом и резко кружится голова, и сердце начинает стучать почти болезненно, но без него — ты задыхаешься. И легкие сжимаются, выдавливая сквозь кожу крик, и озноб, и судороги... пока ты снова не вдохнешь этот ядовитый газ. И тогда можно жить дальше, и дышать, дышать, ды...

    Тот, кого ты любишь, это воздух. Сладкий, тягучий как вода от переизбытка кислорода, густой и звенящий, острый и холодный. Ты жадно хватаешь его открытым ртом и резко кружится голова, и сердце начинает стучать почти болезненно, но без него — ты задыхаешься. И легкие сжимаются, выдавливая сквозь кожу крик, и озноб, и судороги... пока ты снова не вдохнешь этот ядовитый газ. И тогда можно жить дальше, и дышать, дышать, ды...

    — Аль Квотион · книга
20. «

    К 25 веку люди решили столько задач. Освоили космос. Научились жить в мире. В последнее время общество, конечно, стало более агрессивным, но всё-таки мир на Земле поддерживался уже почти век, а это отличный результат. Значит, человечество всё-таки умнеет и взрослеет. А вот человеческие эмоции и психологические проблемы победить не удалось. Наоборот, их как будто больше стало. Раньше, наверное, о них было некогда думать. Люди должны были работать больше, бороться с болезнями и голодом, участвовать в войнах. А теперь этих проблем нет, и на передний план вышло всё то, что раньше пряталось в самых глубинах человеческих душ. Печаль и страхи, гнев и ревность, бессмысленность существования и горе от потери детей. А коряги как выбрасывало на берег морем много тысяч лет назад, так и сейчас швыряет каждый вечер и каждое утро. Йену нравилось думать, что есть нечто магическое в том, чтобы каждый раз на закате пройтись вдоль моря и собрать всё лишнее, унести прочь. На поляну, где по выходным зажигали большой костер и пели песни. Вот бы все человеческие проблемы можно было решить так же просто – убрать с дороги и сжечь в управляемом огне.

    К 25 веку люди решили столько задач. Освоили космос. Научились жить в мире. В последнее время общество, конечно, стало более агрессивным, но всё-таки мир на Земле поддерживался уже почти век, а это отличный результат. Значит, человечество всё-таки умнеет и взрослеет. А вот человеческие эмоции и психологические проблемы победить не удалось. Наоборот, их как будто больше стало. Раньше, наверное, о них было некогда думать. Люди должны были работать больше, бороться с болезнями и голодом, участвовать в войнах. А теперь этих проблем нет, и на передний план вышло всё то, что раньше пряталось в самых глубинах человеческих душ. Печаль и страхи, гнев и ревность, бессмысленность существования и горе от потери детей. А коряги как выбрасывало на берег морем много тысяч лет назад, так и сейчас швыряет каждый вечер и каждое утро. Йену нравилось думать, что есть нечто магическое в том, чтобы каждый раз на закате пройтись вдоль моря и собрать всё лишнее, унести прочь. На поляну, где по выходным зажигали большой костер и пели песни. Вот бы все человеческие проблемы можно было решить так же просто – убрать с дороги и сжечь в управляемом огне.