10 цитат на тему «эмпатия»

Собрали 10 цитат на тему «эмпатия» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Вопросы эмпатии обращены к чувствам. Они требуют глубоких, эмоциональных ответов, которые позволяют понять, что будоражит или пугает людей, заставляет их задуматься или испытать определенные чувства. Они помогают людям раскрыться перед другими — а иногда и перед самими собой. Тому, кто задает такие вопросы, нужно уметь взглянуть на мир глазами другого человека. Эмпатия делает ваши вопросы более эффективными, и вы получаете более глубокие и откровенные ответы.

   Вопросы эмпатии обращены к чувствам. Они требуют глубоких, эмоциональных ответов, которые позволяют понять, что будоражит или пугает людей, заставляет их задуматься или испытать определенные чувства. Они помогают людям раскрыться перед другими — а иногда и перед самими собой. Тому, кто задает такие вопросы, нужно уметь взглянуть на мир глазами другого человека. Эмпатия делает ваши вопросы более эффективными, и вы получаете более глубокие и откровенные ответы.

   — Фрэнк Сесно · книга
2. «

   — Нет, не понимаешь, — возражает Марго, и она права: она все видит по моему лицу. До меня доходит, что я не могу стать ею, а она не может быть мной. Допустим, у Уитмена был такой дар, но у меня его нет. Мне приходится спрашивать у раненого, где болит, потому что я сам не могу стать этим раненым. Единственный раненый человек, которым я могу быть, это я сам.

   — Нет, не понимаешь, — возражает Марго, и она права: она все видит по моему лицу. До меня доходит, что я не могу стать ею, а она не может быть мной. Допустим, у Уитмена был такой дар, но у меня его нет. Мне приходится спрашивать у раненого, где болит, потому что я сам не могу стать этим раненым. Единственный раненый человек, которым я могу быть, это я сам.

   — Джон Грин · книга
3. «

   Исследованиями доказано, что у нарциссов меньше серого вещества в зонах мозга, отвечающих за эмпатию. Их мало трогают чужие страдания.

   Исследованиями доказано, что у нарциссов меньше серого вещества в зонах мозга, отвечающих за эмпатию. Их мало трогают чужие страдания.

   — Шахида Араби
4. «

   Моя эмпатия на довольно высоком уровне. Можно сказать что я буду чрезмерно опекать своего ребёнка боясь даже причинить ему хотя бы каплю негатива. Эмпатия заставляет меня думать здесь и сейчас... а что сострадание? Я об этом не задумываюсь. Опережая ваш вопрос скажу что «эмпатия» и «сострадание» совершенно разные вещи. Я лицемер что не будет заботиться о кучке больных, я буду беспокоиться об одном умирающем ребёнке у которого есть милая история... я дам ему столько денег сколько нужно для выполнения его мечты и не буду думать о том что такое-же количество денег могло спасти кучку больных. Я лицемер.

   Моя эмпатия на довольно высоком уровне. Можно сказать что я буду чрезмерно опекать своего ребёнка боясь даже причинить ему хотя бы каплю негатива. Эмпатия заставляет меня думать здесь и сейчас... а что сострадание? Я об этом не задумываюсь. Опережая ваш вопрос скажу что «эмпатия» и «сострадание» совершенно разные вещи. Я лицемер что не будет заботиться о кучке больных, я буду беспокоиться об одном умирающем ребёнке у которого есть милая история... я дам ему столько денег сколько нужно для выполнения его мечты и не буду думать о том что такое-же количество денег могло спасти кучку больных. Я лицемер.

   — Эдвард Редгрейв
5. «

   Ты не касаешься. Но ты касаешься через меня. Ты не чувствуешь. Но ты чувствуешь через меня.

   Ты не касаешься. Но ты касаешься через меня. Ты не чувствуешь. Но ты чувствуешь через меня.

   — Эмили Рид · фильм
6. «

   Никто не может сопереживать постоянно, но, если мы хотим создать отношения, наполненные любовью, нам необходимо понять, что блокирует эмпатию, и научиться прислушиваться к сигналам любимого и реагировать на них.

   Никто не может сопереживать постоянно, но, если мы хотим создать отношения, наполненные любовью, нам необходимо понять, что блокирует эмпатию, и научиться прислушиваться к сигналам любимого и реагировать на них.

   — Сью Джонсон · книга
7. «

   – Изумительно... Наш последний шанс на спасение человечества, сам оказался девиантом. – Я... я не девиант! – Ты пожертвовал интересами расследования, чтобы пощадить машину. Ты увидел в этом андройде живую душу, проявил эмпатию. Война близко, ты должен выбрать сторону. Предашь свой народ, или восстанешь против создателей? Мало радости в неизбежном выборе из двух зол.

   – Изумительно... Наш последний шанс на спасение человечества, сам оказался девиантом. – Я... я не девиант! – Ты пожертвовал интересами расследования, чтобы пощадить машину. Ты увидел в этом андройде живую душу, проявил эмпатию. Война близко, ты должен выбрать сторону. Предашь свой народ, или восстанешь против создателей? Мало радости в неизбежном выборе из двух зол.

   — Элайджа Камски · игра
8. «

   Доброта, эмпатия, сочувствие и помощь в сохранении чувства собственного достоинства – вот качества хорошей медсестры.

   Доброта, эмпатия, сочувствие и помощь в сохранении чувства собственного достоинства – вот качества хорошей медсестры.

   — Кристи Уотсон · книга
9. «

   — Потому что Чжоу теперь все время плачет, — рассеянно сказала Гермиона, — и за едой, и в туалете, повсюду. — Надо думать, поцелуи ее немного развеселят, — ухмыльнулся Рон. — Рон, — назидательно сказала Гермиона, погрузив перо в чернильницу. — Ты самое бесчувственное животное, с каким я имела несчастье познакомиться.

   — Потому что Чжоу теперь все время плачет, — рассеянно сказала Гермиона, — и за едой, и в туалете, повсюду. — Надо думать, поцелуи ее немного развеселят, — ухмыльнулся Рон. — Рон, — назидательно сказала Гермиона, погрузив перо в чернильницу. — Ты самое бесчувственное животное, с каким я имела несчастье познакомиться.

   — Джоан Роулинг · книга
10. «

    Но всё же единственный выход — это представить себе, что ты сам становишься кем-то другим, или мир становится каким-то другим. Это тот самый инструмент, который убивает фашистов.

    Но всё же единственный выход — это представить себе, что ты сам становишься кем-то другим, или мир становится каким-то другим. Это тот самый инструмент, который убивает фашистов.

    — Джон Грин · книга