117 афоризмов на тему «эволюция»

117 цитат про «эволюция»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Эволюция есть беспрерывно возобновляющееся творчество.

   Эволюция есть беспрерывно возобновляющееся творчество.

   — Анри Бергсон
2. «

   — Мы, ученые, называем это «состоянием в процессе эволюционного отбора». Рано или поздно ты еще поймешь: эволюция — очень жестокая штука. А как ты считаешь: что самое жестокое в эволюционном отборе? — Не знаю. Что? — В нем нет места для прихотей. На ход эволюции не могут влиять чьи-то личные «хочу — не хочу». Все равно, что пытаться влиять на ураган, землетрясение или наводнение. Предугадать невозможно, сопротивляться бесполезно.

   — Мы, ученые, называем это «состоянием в процессе эволюционного отбора». Рано или поздно ты еще поймешь: эволюция — очень жестокая штука. А как ты считаешь: что самое жестокое в эволюционном отборе? — Не знаю. Что? — В нем нет места для прихотей. На ход эволюции не могут влиять чьи-то личные «хочу — не хочу». Все равно, что пытаться влиять на ураган, землетрясение или наводнение. Предугадать невозможно, сопротивляться бесполезно.

   — Харуки Мураками · книга
3. «

   Сильнее мальчики, а выносливее — девочки. И значит, мальчики должны девочкам помогать. А девочки их — поддерживать.

   Сильнее мальчики, а выносливее — девочки. И значит, мальчики должны девочкам помогать. А девочки их — поддерживать.

   — Наталья Царенко · книга
4. «

   Вопрос: Дух, однажды вступив уже в период человечества, сохраняет ли следы того, чем он был прежде, — следы своего состояния во время периода, который можно бы назвать периодом дочеловеческим? Ответ: Это зависит от времени, протёкшего между двумя периодами, и от прогресса, совершённого духом. В течение нескольких первых воплощений на нём может оставаться более или менее ясное отражение первобытного его существования, потому что в природе нет резких переходов; всегда есть звенья, поддерживающие непрерывность как цепи существ, так и событий, но следы эти изглаживаются по мере развития свободной воли. Первоначально прогресс совершается медленно, потому что не поддерживается ещё волей; по мере же того, как дух приобретает больше сознания, прогресс его идёт быстрее.

   Вопрос: Дух, однажды вступив уже в период человечества, сохраняет ли следы того, чем он был прежде, — следы своего состояния во время периода, который можно бы назвать периодом дочеловеческим? Ответ: Это зависит от времени, протёкшего между двумя периодами, и от прогресса, совершённого духом. В течение нескольких первых воплощений на нём может оставаться более или менее ясное отражение первобытного его существования, потому что в природе нет резких переходов; всегда есть звенья, поддерживающие непрерывность как цепи существ, так и событий, но следы эти изглаживаются по мере развития свободной воли. Первоначально прогресс совершается медленно, потому что не поддерживается ещё волей; по мере же того, как дух приобретает больше сознания, прогресс его идёт быстрее.

   — Аллан Кардек · книга
5. «

   О, свобода и ложь всегда рядом! Я вам расскажу мою сказку о том, как человек перестал быть зверем. Одни полагают, что это случилось в ту минуту, когда он выпрямился и свободно пошел на одних задних ногах... Тогда я спрошу, отчего же Пушкин родился не среди кенгуру и не над тушканчиками был царем Петр Великий? Другие утверждают, что это случилось тогда, когда человек впервые заговорил. Но уже достаточно исследовано, что у всех животных есть речь. А членораздельность речи? Когда я служил в Константинополе, мне казалось, что крики иволги гораздо членораздельнее турецкого языка, клянусь Богом! Нет, эра, когда зверь стал человеком, это когда он впервые солгал. Ложь это свобода мысли. Зверь кричит и не лжет: впечатление — соответствующий крик. И потому звериному слову надо верить больше, чем человеческому.

   О, свобода и ложь всегда рядом! Я вам расскажу мою сказку о том, как человек перестал быть зверем. Одни полагают, что это случилось в ту минуту, когда он выпрямился и свободно пошел на одних задних ногах... Тогда я спрошу, отчего же Пушкин родился не среди кенгуру и не над тушканчиками был царем Петр Великий? Другие утверждают, что это случилось тогда, когда человек впервые заговорил. Но уже достаточно исследовано, что у всех животных есть речь. А членораздельность речи? Когда я служил в Константинополе, мне казалось, что крики иволги гораздо членораздельнее турецкого языка, клянусь Богом! Нет, эра, когда зверь стал человеком, это когда он впервые солгал. Ложь это свобода мысли. Зверь кричит и не лжет: впечатление — соответствующий крик. И потому звериному слову надо верить больше, чем человеческому.

   — Николай Владимирович Недоброво · книга
6. «

   Как только появляется острый дефицит воды, еды или чаще всего денег, люди становятся тем, с чего начиналась жизнь – диким, бурлящим бульоном.

   Как только появляется острый дефицит воды, еды или чаще всего денег, люди становятся тем, с чего начиналась жизнь – диким, бурлящим бульоном.

   — Роман Хорошев · книга
7. «

   Почему у птиц и людей настолько различающаяся анатомия, если и те и другие перемещаются на двух задних конечностях? Потому что эволюция способна работать только с уже сформировавшимися ранее структурами. Мы не созданы с чистого листа. Мы модифицированные человекообразные обезьяны, и, по сравнению с птицами, являемся двуногими лишь очень короткий период времени.

   Почему у птиц и людей настолько различающаяся анатомия, если и те и другие перемещаются на двух задних конечностях? Потому что эволюция способна работать только с уже сформировавшимися ранее структурами. Мы не созданы с чистого листа. Мы модифицированные человекообразные обезьяны, и, по сравнению с птицами, являемся двуногими лишь очень короткий период времени.

   — Джереми Десильва · книга
8. «

   В науке существуют реальные знания и знания, создающие духовный комфорт; они не обязательно совпадают. В науках о человеке различение двух этих видов почти невозможно. Мы ничего не знаем так скверно, как самих себя, — не потому ли, что, пытаясь узнать, и узнать достоверно, что именно сформировало человека, мы заранее исключаем возможность сочетания глубочайшей необходимости с нелепейшими случайностями?

   В науке существуют реальные знания и знания, создающие духовный комфорт; они не обязательно совпадают. В науках о человеке различение двух этих видов почти невозможно. Мы ничего не знаем так скверно, как самих себя, — не потому ли, что, пытаясь узнать, и узнать достоверно, что именно сформировало человека, мы заранее исключаем возможность сочетания глубочайшей необходимости с нелепейшими случайностями?

   — Станислав Лем · книга
9. «

   — Так что же делает нас людьми? — Мы уникальные обезьяны. У нас есть язык. У других животных тоже есть коммуникативные системы, но куда более несовершенные. У них нет нашей способности говорить о вещах, которых нет в реальности. Это уникальные черты нашего развитого обезьяньего мозга, который, судя по имеющимся доказательствам, прошел лишь через небольшое количество мутаций.

   — Так что же делает нас людьми? — Мы уникальные обезьяны. У нас есть язык. У других животных тоже есть коммуникативные системы, но куда более несовершенные. У них нет нашей способности говорить о вещах, которых нет в реальности. Это уникальные черты нашего развитого обезьяньего мозга, который, судя по имеющимся доказательствам, прошел лишь через небольшое количество мутаций.

   — Ричард Докинз
10. «

    Беда не в том, что человек произошёл от животного, а в том, что он не перестал быть животным… Грубым, злым, неразумным.

    Беда не в том, что человек произошёл от животного, а в том, что он не перестал быть животным… Грубым, злым, неразумным.

    — Александр Беляев · книга
11. «

    Я не понимаю эволюцию и должна защитить своих детей от её понимания!

    Я не понимаю эволюцию и должна защитить своих детей от её понимания!

    — Женщина · мультфильм
12. «

    Жизнь должна или создавать формы, или развиваться в определенных формах.

    Жизнь должна или создавать формы, или развиваться в определенных формах.

    — Георг Зиммель
13. «

    К счастью, длительное изучение охотничьих наук способствовало развитию таких качеств, как изобретательность и готовность помочь товарищу. Что верно, то верно: люди-охотники, обладая, как и их предки-обезьяны, врождёнными самоуверенностью и духом соперничества, были всё же вынуждены утихомирить свою воинственность и выдвинуть на первое место потребность в сотрудничестве друг с другом. В этом была их единственная надежда выиграть битву с давно уже приспособившимися ко всему, вооружёнными острыми когтями профессиональными убийцами (например, с огромными кошками), коими изобиловал плотоядный мир. Эволюция человеческого сотрудничества происходила одновременно с развитием интеллекта и исследовательских способностей, и эта комбинация качеств оказалась просто убийственной по своей эффективности.

    К счастью, длительное изучение охотничьих наук способствовало развитию таких качеств, как изобретательность и готовность помочь товарищу. Что верно, то верно: люди-охотники, обладая, как и их предки-обезьяны, врождёнными самоуверенностью и духом соперничества, были всё же вынуждены утихомирить свою воинственность и выдвинуть на первое место потребность в сотрудничестве друг с другом. В этом была их единственная надежда выиграть битву с давно уже приспособившимися ко всему, вооружёнными острыми когтями профессиональными убийцами (например, с огромными кошками), коими изобиловал плотоядный мир. Эволюция человеческого сотрудничества происходила одновременно с развитием интеллекта и исследовательских способностей, и эта комбинация качеств оказалась просто убийственной по своей эффективности.

    — Десмонд Моррис · книга
14. «

    — Вау! Что это такое? — Это тоже существа Гримм, дорогуша. — Выглядит потрясающе! Давайте завалим их? — Боюсь, твоя пушка только разозлит Гримм такого размера. — Но что если они атакуют нас? — Не волнуйся — эти гиганты не подойдут к нам. Не все Гримм безмозглы, Руби. Даже может быть, что не все они всё ещё безмозглые. Существа, которых ты видишь, на столько превосходят побеждённых тобой особей, что наверняка прожили уже не одну сотню лет. Между убийствами людей и атаками границ они делали одну и ту же важную вещь — учились. Приспособились осознавать, что умрут, если нападут на крупные приграничные поселения. То, чего им не хватает в силе, они восполняют в воле. Они знают, что убийство одного человека привлечёт других... — Тогда почему они так близко к городу? Что они здесь делают? — Ждут.

    — Вау! Что это такое? — Это тоже существа Гримм, дорогуша. — Выглядит потрясающе! Давайте завалим их? — Боюсь, твоя пушка только разозлит Гримм такого размера. — Но что если они атакуют нас? — Не волнуйся — эти гиганты не подойдут к нам. Не все Гримм безмозглы, Руби. Даже может быть, что не все они всё ещё безмозглые. Существа, которых ты видишь, на столько превосходят побеждённых тобой особей, что наверняка прожили уже не одну сотню лет. Между убийствами людей и атаками границ они делали одну и ту же важную вещь — учились. Приспособились осознавать, что умрут, если нападут на крупные приграничные поселения. То, чего им не хватает в силе, они восполняют в воле. Они знают, что убийство одного человека привлечёт других... — Тогда почему они так близко к городу? Что они здесь делают? — Ждут.

    — Руби Роуз (Ruby Rose) · мультфильм
15. «

    Природа, по-видимому, поощряет взаимное сотрудничество и взаимную координацию целей. Быть необходимым для тех, с кем разделяешь среду обитания, – вот стратегия, которая обеспечивает успешное размножение и непрерывное выживание. Это стратегия, при которой коммуникация и чувствительность к обработке сигналов имеет первостепенное значение. Все это – искусство языка.

    Природа, по-видимому, поощряет взаимное сотрудничество и взаимную координацию целей. Быть необходимым для тех, с кем разделяешь среду обитания, – вот стратегия, которая обеспечивает успешное размножение и непрерывное выживание. Это стратегия, при которой коммуникация и чувствительность к обработке сигналов имеет первостепенное значение. Все это – искусство языка.

    — Теренс МакКена · книга
16. «

    У нас есть своя магия машин, что меньше вируса. Но только сегодня 24 человека были убиты, просто зайдя не в тот район или сообщество. Вот она, истина: мы даже не цивилизация первого уровня. Мы полный ноль.

    У нас есть своя магия машин, что меньше вируса. Но только сегодня 24 человека были убиты, просто зайдя не в тот район или сообщество. Вот она, истина: мы даже не цивилизация первого уровня. Мы полный ноль.

    — Спайдер Иерусалим
17. «

    Мы живые существа. Мы эукариоты. Мы заднежгутиковые. Мы животные. Мы вторичноротые. Мы хордовые. Мы позвоночные. Мы челюстноротые. Мы четвероногие. Мы амниоты. Мы синапсиды. Мы млекопитающие. Мы плацентарные. Мы приматы. Мы обезьяны (или, что то же самое, антропоиды). Мы узконосые обезьяны. Мы человекообразные обезьяны, или гоминоиды (по-английски apes). Мы большие человекообразные обезьяны (great apes). Мы большие африканские человекообразные обезьяны (african great apes). Наконец, мы люди.

    Мы живые существа. Мы эукариоты. Мы заднежгутиковые. Мы животные. Мы вторичноротые. Мы хордовые. Мы позвоночные. Мы челюстноротые. Мы четвероногие. Мы амниоты. Мы синапсиды. Мы млекопитающие. Мы плацентарные. Мы приматы. Мы обезьяны (или, что то же самое, антропоиды). Мы узконосые обезьяны. Мы человекообразные обезьяны, или гоминоиды (по-английски apes). Мы большие человекообразные обезьяны (great apes). Мы большие африканские человекообразные обезьяны (african great apes). Наконец, мы люди.

    — Александр Владимирович Марков · книга
18. «

    Природа миллиарды лет «играет в кости» сама с собой, выбрасывает, неутомимо и без числа, случайные сочетания элементов, веществ, образует структуры, чтобы затем исследовать целесообразность своих невольных творений через человеческий разум, ею же и порожденный.

    Природа миллиарды лет «играет в кости» сама с собой, выбрасывает, неутомимо и без числа, случайные сочетания элементов, веществ, образует структуры, чтобы затем исследовать целесообразность своих невольных творений через человеческий разум, ею же и порожденный.

    — Анатолий Бритиков
19. «

    Каждый думает про себя, что он никогда не постареет и не умрет. Но стареет, как миленький, поскольку природа – непрекращающаяся эволюция, а эволюции выгодно обновлять поколения.

    Каждый думает про себя, что он никогда не постареет и не умрет. Но стареет, как миленький, поскольку природа – непрекращающаяся эволюция, а эволюции выгодно обновлять поколения.

    — Виктория Токарева · книга
20. «

    Некоторых людей с трудом можно назвать людьми: бывает, они опускаются до уровня животных. Если убрать лицемерный культурный лоск, мы все еще остаемся «голыми обезьянами», которые пользуются своим правом сильного, принося в жертву более слабые виды.

    Некоторых людей с трудом можно назвать людьми: бывает, они опускаются до уровня животных. Если убрать лицемерный культурный лоск, мы все еще остаемся «голыми обезьянами», которые пользуются своим правом сильного, принося в жертву более слабые виды.

    — Дарио Салас Соммэр · книга