51 глубоких цитата про «финансы»

51 цитата про «финансы»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мы, дураки, думали, что только российским банкам нельзя верить. Оказывается, и европейские вкладчики своим не верят. Настолько, что готовы доплачивать родному государству за хранение собственных денег. Что с них взять, обыватели… Или я что-то не так понимаю?

   Мы, дураки, думали, что только российским банкам нельзя верить. Оказывается, и европейские вкладчики своим не верят. Настолько, что готовы доплачивать родному государству за хранение собственных денег. Что с них взять, обыватели… Или я что-то не так понимаю?

   — Елена Котова
2. «

   — Хочешь воскресить шахту? — Если бы мои желания совпадали с моими финансами... — Проклятие Полдарков — так много одного и так мало другого.

   — Хочешь воскресить шахту? — Если бы мои желания совпадали с моими финансами... — Проклятие Полдарков — так много одного и так мало другого.

   — Фрэнсис Полдарк · сериал
3. «

   Фондовые маклеры устроили десятиминутное совещание, на котором решили, что удержать бумаги Мюнстерберга, Шумахера и всех связанных с ними банков нет никакой возможности. Крах совершился. Каждая минута приносила разорение целых состояний. Бумаги ежеминутно переходили из рук в руки. После полуночи нервное напряжение достигло наивысшей точки. Не только площадь перед Биржей, но и соседняя площадь были запружены автомобилями крупных держателей бумаг. Они сидели в своих лимузинах всю ночь, бледные и утомленные, с блуждающими глазами. Бюллетень за бюллетенем приносили вести о непрестанном понижении курсов. Эти курсы передавались по телефону, но уже в момент отправки телефонограммы не соответствовали действительности. Толпы людей, как во время стихийного бедствия, разбили лагерь на соседнем бульваре и платили за право сидеть на бульварной скамейке больше, чем стоит номер в лучшей гостинице. Под утро два маклера и один банкир впали в буйное помешательство.

   Фондовые маклеры устроили десятиминутное совещание, на котором решили, что удержать бумаги Мюнстерберга, Шумахера и всех связанных с ними банков нет никакой возможности. Крах совершился. Каждая минута приносила разорение целых состояний. Бумаги ежеминутно переходили из рук в руки. После полуночи нервное напряжение достигло наивысшей точки. Не только площадь перед Биржей, но и соседняя площадь были запружены автомобилями крупных держателей бумаг. Они сидели в своих лимузинах всю ночь, бледные и утомленные, с блуждающими глазами. Бюллетень за бюллетенем приносили вести о непрестанном понижении курсов. Эти курсы передавались по телефону, но уже в момент отправки телефонограммы не соответствовали действительности. Толпы людей, как во время стихийного бедствия, разбили лагерь на соседнем бульваре и платили за право сидеть на бульварной скамейке больше, чем стоит номер в лучшей гостинице. Под утро два маклера и один банкир впали в буйное помешательство.

   — Александр Беляев · книга
4. «

   Финансы — это оружие, а политика — это умение вовремя нажать на курок.

   Финансы — это оружие, а политика — это умение вовремя нажать на курок.

   — Лукеззи · фильм
5. «

   У меня вообще нет никаких «финансов», откуда тут взяться «проблемам»?

   У меня вообще нет никаких «финансов», откуда тут взяться «проблемам»?

   — Прист · книга
6. «

   Золота у нас тридцать шесть тонн, из них мы используем всё. И не смотри на финансистов. Ты еще не сталкивался с государевыми людьми, которые ворочали порой миллиардами. И при этом были совершенно равнодушны к государственным деньгам, относясь к ним как к одному из инструментов. Нет особой разницы, чем делать дело, лопатой или деньгами. Хотя деньгами лучше, пыли меньше.

   Золота у нас тридцать шесть тонн, из них мы используем всё. И не смотри на финансистов. Ты еще не сталкивался с государевыми людьми, которые ворочали порой миллиардами. И при этом были совершенно равнодушны к государственным деньгам, относясь к ним как к одному из инструментов. Нет особой разницы, чем делать дело, лопатой или деньгами. Хотя деньгами лучше, пыли меньше.

   — Евгений фон Жменев
7. «

   Их главная сила в деньгах, в финансовой системе. <...> Смерть Кощея на острие иглы! А игла — в яйце, а яйцо — в зайце, заяц — в утке, утка — в сундуке, а сундук висит на дубу. И называется этот дуб — мировая финансовая система. Растут на нём зелёные доллары.

   Их главная сила в деньгах, в финансовой системе. <...> Смерть Кощея на острие иглы! А игла — в яйце, а яйцо — в зайце, заяц — в утке, утка — в сундуке, а сундук висит на дубу. И называется этот дуб — мировая финансовая система. Растут на нём зелёные доллары.

   — Сергей Александрович Михеев
8. «

   Разве война — не один из стандартных способов решения финансовых проблем страны?

   Разве война — не один из стандартных способов решения финансовых проблем страны?

   — Джон Мур · книга
9. «

   Золото правит в мире капитала: у кого золото – у того и власть.

   Золото правит в мире капитала: у кого золото – у того и власть.

   — Тайное и явное (Цели и деяния сионистов) · фильм
10. «

    На высокие наши стремления, на душевные наши нюансы, на туманные духа томления - очень грубо влияют финансы.

    На высокие наши стремления, на душевные наши нюансы, на туманные духа томления - очень грубо влияют финансы.

    — Игорь Губерман
11. «

    Возьмем финансы! Мошенничество превратилось в разновидность изящного искусства и повсеместно практикуется способами, которые были бы бесполезны, если бы не было законов, созданных для защиты общественности.

    Возьмем финансы! Мошенничество превратилось в разновидность изящного искусства и повсеместно практикуется способами, которые были бы бесполезны, если бы не было законов, созданных для защиты общественности.

    — Алистер Кроули · книга
12. «

    Знаешь, как говорят? Инвестировать — это стоять и смотреть как растёт трава. А если хочешь азарта, надо брать и ехать в казино.

    Знаешь, как говорят? Инвестировать — это стоять и смотреть как растёт трава. А если хочешь азарта, надо брать и ехать в казино.

    — Сева (муж Оксаны) · сериал
13. «

    Классного бухгалтера найти нереально, в общем-то, почти. Жору, например, уже лет пять Интерпол не может отыскать.

    Классного бухгалтера найти нереально, в общем-то, почти. Жору, например, уже лет пять Интерпол не может отыскать.

    — Сергей Сатин
14. «

    Америка богата. И не просто богата. Она богата феноменально. У нее есть все – нефть, хлеб, уголь, золото, хлопок – все, что только может лежать под землей и расти на земле. У нее есть люди – прекрасные работники, способные, аккуратные, исполнительные, честные, трудолюбивые. К своему обогащению Америка шла быстрыми шагами. Страна напоминает человека, делающего стремительную карьеру, который сперва торгует с лотка подтяжками на Ист-Сайде, потом открывает магазин готового платья и переезжает в Бруклин. Потом открывает универсальный магазин, начинает играть на бирже и переезжает в Бронкс. И, наконец, покупает железную дорогу, сотню пароходов, две кинофабрики, строит небоскреб, открывает банк, вступает в гольф-клуб и переезжает на Парк-авеню. Он миллиардер. Всю жизнь он стремился к этой цели. Он торговал чем придется и как придется. Он разорял людей, спекулировал, с утра до вечера сидел на бирже, он трудился по шестнадцать часов в день, он делал деньги. С мыслью о деньгах он просыпался. С этой же мыслью он засыпал. И вот он чудовищно богат. Теперь он может отдохнуть. У него есть виллы у океана, у него есть яхты и замки. Но он заболевает неизлечимой болезнью. Он гибнет, и никакие миллиарды не могут его спасти. Стимулом американской жизни были и остались деньги.

    Америка богата. И не просто богата. Она богата феноменально. У нее есть все – нефть, хлеб, уголь, золото, хлопок – все, что только может лежать под землей и расти на земле. У нее есть люди – прекрасные работники, способные, аккуратные, исполнительные, честные, трудолюбивые. К своему обогащению Америка шла быстрыми шагами. Страна напоминает человека, делающего стремительную карьеру, который сперва торгует с лотка подтяжками на Ист-Сайде, потом открывает магазин готового платья и переезжает в Бруклин. Потом открывает универсальный магазин, начинает играть на бирже и переезжает в Бронкс. И, наконец, покупает железную дорогу, сотню пароходов, две кинофабрики, строит небоскреб, открывает банк, вступает в гольф-клуб и переезжает на Парк-авеню. Он миллиардер. Всю жизнь он стремился к этой цели. Он торговал чем придется и как придется. Он разорял людей, спекулировал, с утра до вечера сидел на бирже, он трудился по шестнадцать часов в день, он делал деньги. С мыслью о деньгах он просыпался. С этой же мыслью он засыпал. И вот он чудовищно богат. Теперь он может отдохнуть. У него есть виллы у океана, у него есть яхты и замки. Но он заболевает неизлечимой болезнью. Он гибнет, и никакие миллиарды не могут его спасти. Стимулом американской жизни были и остались деньги.

    — Владимир Познер · книга
15. «

    В нынешней нашей жизни финансовых дел чересчур много. Но именно поэтому мы должны заниматься ими.

    В нынешней нашей жизни финансовых дел чересчур много. Но именно поэтому мы должны заниматься ими.

    — Роберт Музиль · книга
16. «

    Государственные финансы — это искусство передавать деньги из рук в руки до тех пор, пока они не исчезнут.

    Государственные финансы — это искусство передавать деньги из рук в руки до тех пор, пока они не исчезнут.

    — Роберт Сарнофф
17. «

    Финансовые стеснения раздражают меня — я привык жить широко.

    Финансовые стеснения раздражают меня — я привык жить широко.

    — Эдуард Лимонов · книга
18. «

    Надуватель работает с небольшим размахом. Его операции — операции мелкого масштаба, розничные, за наличный расчет или за чеки на предъявителя. Соблазнись он на крупные спекуляции, и он сразу же утратит свои характерные особенности, это уже будет не надуватель, а так называемый «финансист», каковой термин передает все аспекты понятия «надувательства», за исключением его масштаба.

    Надуватель работает с небольшим размахом. Его операции — операции мелкого масштаба, розничные, за наличный расчет или за чеки на предъявителя. Соблазнись он на крупные спекуляции, и он сразу же утратит свои характерные особенности, это уже будет не надуватель, а так называемый «финансист», каковой термин передает все аспекты понятия «надувательства», за исключением его масштаба.

    — Эдгар Аллан По · книга
19. «

    — Коллега, где наши народные герои? — Штирлиц только через двадцать минут проснётся, Чебурашка металлолом собирает. О, зато Чапаев свободен. — Отлично, слушаем Василия Ивановича! — Значит так! Акционерное общество закрытого типа Российская Федерация устроена так: значит, это Кремль — главный офис. Здесь сидит дре... директор. Значит, вот министерство финансов, бухгалтерия Кремля, а это касса Кремля — Центробанк называется. А вот их крыша — налоговая, она выколачивает с нас деньги, работает аж целый день! — Так, а мы-то кто в этой фирме? — Мы? Мы никто! Мы работаем овощами в этой фирме. Нас собирают и использовают! — Ой, шеф, а ведь это никакая не фирма Российская Федерация, а АОЗТ Кремль. Мы здесь не причём.

    — Коллега, где наши народные герои? — Штирлиц только через двадцать минут проснётся, Чебурашка металлолом собирает. О, зато Чапаев свободен. — Отлично, слушаем Василия Ивановича! — Значит так! Акционерное общество закрытого типа Российская Федерация устроена так: значит, это Кремль — главный офис. Здесь сидит дре... директор. Значит, вот министерство финансов, бухгалтерия Кремля, а это касса Кремля — Центробанк называется. А вот их крыша — налоговая, она выколачивает с нас деньги, работает аж целый день! — Так, а мы-то кто в этой фирме? — Мы? Мы никто! Мы работаем овощами в этой фирме. Нас собирают и использовают! — Ой, шеф, а ведь это никакая не фирма Российская Федерация, а АОЗТ Кремль. Мы здесь не причём.

    — Шеф (Фёдор) · мультфильм
20. «

    Одно из старейших правил в мире инвестиций гласит: если вы прочли о событии в газете — уже слишком поздно.

    Одно из старейших правил в мире инвестиций гласит: если вы прочли о событии в газете — уже слишком поздно.

    — Майкл Льюис · книга