336 цитат про «голод» от великих людей

Собрали 336 цитат на тему «голод» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   ...«Ощущения голода и счастия боролись во мне, и я находился в неопределенном и легкомысленном состоянии, присущем долгому посту, когда абсолютно все кажется недействительным или неосязаемым. Я знал, что я собственно не могу ощутить достоверности моего изумительного счастья, пока мои физические нужды не будут удовлетворены. И я был, так сказать, в колебательном состоянии. Мой мозг кружился вихрем, мои мысли были смутны и бессвязны, и сам я казался себе в каком-то причудливом сне, от которого я должен был немедленно пробудиться....

   ...«Ощущения голода и счастия боролись во мне, и я находился в неопределенном и легкомысленном состоянии, присущем долгому посту, когда абсолютно все кажется недействительным или неосязаемым. Я знал, что я собственно не могу ощутить достоверности моего изумительного счастья, пока мои физические нужды не будут удовлетворены. И я был, так сказать, в колебательном состоянии. Мой мозг кружился вихрем, мои мысли были смутны и бессвязны, и сам я казался себе в каком-то причудливом сне, от которого я должен был немедленно пробудиться....

   — Мария Корелли · книга
2. «

   Когда после войны опять наступит равновесие и можно будет все купить, я куплю кило черного хлеба, кило пряников, пол-литра хлопкового масла. Раскрошу хлеб и пряники, оболью обильно маслом и хорошенько все это разотру и перемешаю, потом возьму столовую ложку и буду наслаждаться, наемся до отвала. Потом мы с мамой напекем разных пирожков, с мясом, с картошкой, с капустой, с тертой морковью. И потом нажарим картошки и будем кушать румяную, шипящую картошку прямо с огня. И мы будем кушать ушки со сметаной и пельмени, и макароны с томатом и с жареным луком, и горячий белый, с хрустящей корочкой батон, намазанный сливочным маслом, с колбасой или сыром, причем обязательно большой кусок колбасы, чтобы зубы так и утопали во всем этом при откусывании. Мы будем с мамой кушать рассыпчатую гречневую кашу с холодным молоком, а потом ту же кашу, поджаренную на сковородке с луком, блестящую от избытка масла. Мы, наконец, будем кушать горячие жирные блинчики с вареньем и пухлые, толстые оладьи. Боже мой, мы так будем кушать, что самим станет страшно.

   Когда после войны опять наступит равновесие и можно будет все купить, я куплю кило черного хлеба, кило пряников, пол-литра хлопкового масла. Раскрошу хлеб и пряники, оболью обильно маслом и хорошенько все это разотру и перемешаю, потом возьму столовую ложку и буду наслаждаться, наемся до отвала. Потом мы с мамой напекем разных пирожков, с мясом, с картошкой, с капустой, с тертой морковью. И потом нажарим картошки и будем кушать румяную, шипящую картошку прямо с огня. И мы будем кушать ушки со сметаной и пельмени, и макароны с томатом и с жареным луком, и горячий белый, с хрустящей корочкой батон, намазанный сливочным маслом, с колбасой или сыром, причем обязательно большой кусок колбасы, чтобы зубы так и утопали во всем этом при откусывании. Мы будем с мамой кушать рассыпчатую гречневую кашу с холодным молоком, а потом ту же кашу, поджаренную на сковородке с луком, блестящую от избытка масла. Мы, наконец, будем кушать горячие жирные блинчики с вареньем и пухлые, толстые оладьи. Боже мой, мы так будем кушать, что самим станет страшно.

   — Лена Мухина · книга
3. «

   Какая между нами связь? Каких бы высот ни достигал мой дух, готовясь к Деянию, вечно заброшенный и одинокий желудок все равно потребует своего. Собственные внутренности казались мне облезлым, прожорливым псом, не желающим слушаться хозяина. О, как отчетливо я осознавал: душа может сколько угодно стремиться к возвышенному, но эти тупые и скучные органы, которыми набито мое тело, будут стоять на своем и мечтать о пошлом и обыденном.

   Какая между нами связь? Каких бы высот ни достигал мой дух, готовясь к Деянию, вечно заброшенный и одинокий желудок все равно потребует своего. Собственные внутренности казались мне облезлым, прожорливым псом, не желающим слушаться хозяина. О, как отчетливо я осознавал: душа может сколько угодно стремиться к возвышенному, но эти тупые и скучные органы, которыми набито мое тело, будут стоять на своем и мечтать о пошлом и обыденном.

   — Юкио Мисима · книга
4. «

   — Пойдём со мной, я угощу тебя. — С чего это? — спросил парень. Я знал, что голоду не нужны аргументы, потому двинулся в сторону своего отеля. Плутарх зашагал со мной рядом.

   — Пойдём со мной, я угощу тебя. — С чего это? — спросил парень. Я знал, что голоду не нужны аргументы, потому двинулся в сторону своего отеля. Плутарх зашагал со мной рядом.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   – Хей, Андреа! Из кухонной двери высунулась улыбающаяся сестра. – Хей! – отозвалась она. – Ты голодная? – Жутко. – Я приготовила пасту; надеюсь, ты чувствуешь себя итальянкой, – сказала Андреа и исчезла в кухне. Зои хотелось ответить что-нибудь забавное. Она попыталась оформить остроумный ответ: «Само собой, если на кухне меня будет ждать сексуальный итальянец». Но даже на её вкус шутка вышла совсем не смешная. Как и большинство шуток Зои, эта безвременно скончалась, не дойдя до рта. Остроумие посещало в основном других людей, а если это вдруг случалось у Зои, то с опозданием часа на три.

   – Хей, Андреа! Из кухонной двери высунулась улыбающаяся сестра. – Хей! – отозвалась она. – Ты голодная? – Жутко. – Я приготовила пасту; надеюсь, ты чувствуешь себя итальянкой, – сказала Андреа и исчезла в кухне. Зои хотелось ответить что-нибудь забавное. Она попыталась оформить остроумный ответ: «Само собой, если на кухне меня будет ждать сексуальный итальянец». Но даже на её вкус шутка вышла совсем не смешная. Как и большинство шуток Зои, эта безвременно скончалась, не дойдя до рта. Остроумие посещало в основном других людей, а если это вдруг случалось у Зои, то с опозданием часа на три.

   — Майк Омер · книга
6. «

   Здесь сторона голодная, народ живет изо дня в день, что урвет, тем и сыт. Утопающий, говорят, хватается за соломинку; ну, а голодающий за то, что плохо лежит.

   Здесь сторона голодная, народ живет изо дня в день, что урвет, тем и сыт. Утопающий, говорят, хватается за соломинку; ну, а голодающий за то, что плохо лежит.

   — Александр Николаевич Островский · книга
7. «

   Голод – великий наставник и укротитель, и он не терпит подле себя никаких других чувств.

   Голод – великий наставник и укротитель, и он не терпит подле себя никаких других чувств.

   — Иштван Фекете · книга
8. «

   Что-то у меня вроде ветер в голове. Но, возможно, это просто голод.

   Что-то у меня вроде ветер в голове. Но, возможно, это просто голод.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Все вы, что живете в уютных домах, возвращаетесь домой, в семью, где вас накормят, где встретят с улыбкой. представьте, что есть на свете люди, которые работают в грязи, они не знают мира, они дерутся за хлебную крошку, умирают за одно неосторожное слово. задумайтесь — такое было на самом деле.

   Все вы, что живете в уютных домах, возвращаетесь домой, в семью, где вас накормят, где встретят с улыбкой. представьте, что есть на свете люди, которые работают в грязи, они не знают мира, они дерутся за хлебную крошку, умирают за одно неосторожное слово. задумайтесь — такое было на самом деле.

   — Перемирие (La tregua) · фильм
10. «

    Человек ненасытен: голод — это каждодневное проклятие, а желудок — бездонная бочка размером с вселенную.

    Человек ненасытен: голод — это каждодневное проклятие, а желудок — бездонная бочка размером с вселенную.

    — Пол Остер · книга
11. «

    Порою, люди замерзают не от стужи или голода, а от сердечного холода.

    Порою, люди замерзают не от стужи или голода, а от сердечного холода.

    — Валентин Петрович Рычков
12. «

    Урчание живота — продуманная часть животной мудрости, присущая всем людям.

    Урчание живота — продуманная часть животной мудрости, присущая всем людям.

    — Велкин Гюнтер · игра
13. «

    — Я тебе жвачку принёс! — Зачем? — Ну как? Успокаивать жевательный рефлекс. — Какой ты умный, а глотательный кто успокаивать будет?

    — Я тебе жвачку принёс! — Зачем? — Ну как? Успокаивать жевательный рефлекс. — Какой ты умный, а глотательный кто успокаивать будет?

    — Стас Кошкин · сериал
14. «

    — Сколько весит слеза? — А это по-разному. Слеза капризного мальчика весит меньше ветра. Слеза голодного мальчика — тяжелее всей Земли!

    — Сколько весит слеза? — А это по-разному. Слеза капризного мальчика весит меньше ветра. Слеза голодного мальчика — тяжелее всей Земли!

    — Джанни Родари · книга
15. «

    — Оно набрасывается на всех, кто ему попадается. Оно не останавливается ни перед чем. Оно охотится на сельских дорогах, поджидая одинокие машины. 23-ей весной, 23 дня, оно ест. — Что ест? Что ест? — Ест нас.

    — Оно набрасывается на всех, кто ему попадается. Оно не останавливается ни перед чем. Оно охотится на сельских дорогах, поджидая одинокие машины. 23-ей весной, 23 дня, оно ест. — Что ест? Что ест? — Ест нас.

    — Дэрри Дженнер · фильм
16. «

    Голодной курице просо снится.

    Голодной курице просо снится.

    — Русские пословицы и поговорки
17. «

    Democracy is just a word when the people are starving.

    Democracy is just a word when the people are starving.
18. «

    За весь день ей приходилось жевать только два раза: покушала у переплётчика немножко клейстеру, да в одном из трактиров около прилавка нашла колбасную кожицу — вот и всё. Если бы она была человеком, то, наверное, подумала бы: «Нет, так жить невозможно! Нужно застрелиться!»

    За весь день ей приходилось жевать только два раза: покушала у переплётчика немножко клейстеру, да в одном из трактиров около прилавка нашла колбасную кожицу — вот и всё. Если бы она была человеком, то, наверное, подумала бы: «Нет, так жить невозможно! Нужно застрелиться!»

    — Антон Павлович Чехов · книга
19. «

    Один ест, а другой смотрит. Именно поэтом произойдет конец света.

    Один ест, а другой смотрит. Именно поэтом произойдет конец света.

    — Каан · сериал
20. «

    Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.

    Голод не только в желудке, а как бы в голове, в мозгу. Желудок-то давно к голодухе притерпелся и, похоже, ни на какие другие ощущения, кроме тупой и равномерной голодной боли, давно не способен. А вот голод в мозгу – он куда страшней. Он пробуждает галлюцинации и вообще неутолим. Он прогрызается даже в сны.

    — Эрих Мария Ремарк · книга