477 лучших цитат на тему «горе»

477 цитат про «горе»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Запомните: горести надо встречать с улыбкой. Что бы ни случилось, им нас не сломить…

   Запомните: горести надо встречать с улыбкой. Что бы ни случилось, им нас не сломить…

   — Антон Чиж · книга
2. «

   У горца было лицо человека, которому нечего осталось терять. Человека с таким взглядом лучше не покидать одного, особенно когда предстоит вести разговор и что-то решать. Пришибленный горем кажется потерянным и ко всему равнодушным, но это обманчивое впечатление. Нечаянное слово может стать каплей, которая сломает запруду, и человек наворотит дел.

   У горца было лицо человека, которому нечего осталось терять. Человека с таким взглядом лучше не покидать одного, особенно когда предстоит вести разговор и что-то решать. Пришибленный горем кажется потерянным и ко всему равнодушным, но это обманчивое впечатление. Нечаянное слово может стать каплей, которая сломает запруду, и человек наворотит дел.

   — Мария Семенова · книга
3. «

   От горя ужасно устаешь.

   От горя ужасно устаешь.

   — Вдовствующая графиня Грэнтем · сериал
4. «

   И как мы ни грустны Скроем в сердца и заставим безмолвствовать горести наши. Сердца крушительный плач ни к чему человеку не служит.

   И как мы ни грустны Скроем в сердца и заставим безмолвствовать горести наши. Сердца крушительный плач ни к чему человеку не служит.

   — Гомер · книга
5. «

   — Вы должны побороть свою скорбь, сударыня. Я всегда так делаю. — Утрату мою не назовешь обычной. — Ее не назовешь необычной, сударыня. Мужья умирают каждый день, равно как, и жены. — А также и братья, сэр. — Сэр, а еще умирают щенки и моськи.

   — Вы должны побороть свою скорбь, сударыня. Я всегда так делаю. — Утрату мою не назовешь обычной. — Ее не назовешь необычной, сударыня. Мужья умирают каждый день, равно как, и жены. — А также и братья, сэр. — Сэр, а еще умирают щенки и моськи.

   — Ральф Никльби · сериал
6. «

   Тревога, горе, наслаждение, смерть — это, по сути, один, и всегда один, способ существовать.

   Тревога, горе, наслаждение, смерть — это, по сути, один, и всегда один, способ существовать.

   — Фрида Кало
7. «

   Даже внутри ее горя жила искра радости.

   Даже внутри ее горя жила искра радости.

   — Лэйни Тейлор · книга
8. «

   В счастье, как и в горе, человек одинок.

   В счастье, как и в горе, человек одинок.

   — Инна Гофф
9. «

   Она думает о своём горе понемножку, именно понемножку, капельку сегодня, капельку завтра <...>. Она расходует своё горе, как скупец. Должно быть, она так же скупа и в радостях. Интересно, не хочется ли ей порой избавиться от этой однообразной муки, от этого брюзжанья, которое возобновляется, едва она перестает напевать, не хочется ли ей однажды испытать страдание полной мерой, с головой уйти в отчаяние. Впрочем, для нее это невозможно — она зажата.

   Она думает о своём горе понемножку, именно понемножку, капельку сегодня, капельку завтра <...>. Она расходует своё горе, как скупец. Должно быть, она так же скупа и в радостях. Интересно, не хочется ли ей порой избавиться от этой однообразной муки, от этого брюзжанья, которое возобновляется, едва она перестает напевать, не хочется ли ей однажды испытать страдание полной мерой, с головой уйти в отчаяние. Впрочем, для нее это невозможно — она зажата.

   — Жан-Поль Сартр · книга
10. «

    Я никогда не умела делать что-то наполовину. А теперь жизнь налила мне полную чашку горя и заставила выпить. И я выпила. Залпом. До последней, мать её, капельки.

    Я никогда не умела делать что-то наполовину. А теперь жизнь налила мне полную чашку горя и заставила выпить. И я выпила. Залпом. До последней, мать её, капельки.

    — Яна
11. «

    А малышка Мю наотрез отказалась от всяких траурных лент и бантиков. — Если я горюю, мне вовсе незачем это показывать и надевать разные там бантики, — сказала она. — Да, если ты горюешь, — подчеркнул Муми-тролль. — Но ведь ты не горюешь! — Нет, — призналась малышка Мю. — Я не могу горевать. Я умею только злиться или радоваться. А разве бельчонку поможет, если я стану горевать? Зато если я разозлюсь на Ледяную деву, может, я и укушу её когда-нибудь за ногу. И тогда, может, она поостережется щекотать других маленьких бельчат за ушки только потому, что они такие миленькие и пушистые.

    А малышка Мю наотрез отказалась от всяких траурных лент и бантиков. — Если я горюю, мне вовсе незачем это показывать и надевать разные там бантики, — сказала она. — Да, если ты горюешь, — подчеркнул Муми-тролль. — Но ведь ты не горюешь! — Нет, — призналась малышка Мю. — Я не могу горевать. Я умею только злиться или радоваться. А разве бельчонку поможет, если я стану горевать? Зато если я разозлюсь на Ледяную деву, может, я и укушу её когда-нибудь за ногу. И тогда, может, она поостережется щекотать других маленьких бельчат за ушки только потому, что они такие миленькие и пушистые.

    — Туве Янссон · книга
12. «

    У каждого из нас бывают и радости и несчастья, но радостью мы стараемся поделиться с близкими, а горе стремимся пережить в одиночку.

    У каждого из нас бывают и радости и несчастья, но радостью мы стараемся поделиться с близкими, а горе стремимся пережить в одиночку.

    — Олег Рой · книга
13. «

    Вежливость не мешает даже и в горе.

    Вежливость не мешает даже и в горе.

    — Маргарет Митчелл · книга
14. «

    Ты помнишь, ты помнишь, товарищ, Пусть память о том тяжела, Как вьюга сквозь отствет пожарищ По улицам мертвым мела. Мы насмерть умели сражаться, Мы горе испили до дна, Ведь мы же с тобой ленинградцы, Мы знаем, что значит война.

    Ты помнишь, ты помнишь, товарищ, Пусть память о том тяжела, Как вьюга сквозь отствет пожарищ По улицам мертвым мела. Мы насмерть умели сражаться, Мы горе испили до дна, Ведь мы же с тобой ленинградцы, Мы знаем, что значит война.
15. «

    Когда ты училась в школе, тебе нравилась история, Клара? Или точные науки? Я любил и то и другое и был очень прилежным учеником. Математику — потому что там порядок, все четко. А историю — потому что ничего не меняется, люди остаются такими же. Людовик Четырнадцатый, Король-солнце, меня восхищал больше всех. И он похож на нас с тобой, знаешь? В его правлении было два этапа, очень разных: один злой и кровавый, а второй — мирный, благородный… Два этапа, которые повлияли на страну, на весь континент, на жизнь миллионов людей. А знаешь, почему он так резко изменился? Свищ, Клара, фистула, не больше и не меньше. Все изменилось, когда врачи короля избавили его от маленького свища прямой кишки, который осложнял ему жизнь. Все изменилось настолько серьезно, что некоторые историки делят его правление на «ante fistulam» и «post fistulam»… Я люблю историю, потому что она учит нас жизни, Клара. То, что произошло с Людовиком, учит нас, что наше счастье или горе определяют самые маленькие детали...

    Когда ты училась в школе, тебе нравилась история, Клара? Или точные науки? Я любил и то и другое и был очень прилежным учеником. Математику — потому что там порядок, все четко. А историю — потому что ничего не меняется, люди остаются такими же. Людовик Четырнадцатый, Король-солнце, меня восхищал больше всех. И он похож на нас с тобой, знаешь? В его правлении было два этапа, очень разных: один злой и кровавый, а второй — мирный, благородный… Два этапа, которые повлияли на страну, на весь континент, на жизнь миллионов людей. А знаешь, почему он так резко изменился? Свищ, Клара, фистула, не больше и не меньше. Все изменилось, когда врачи короля избавили его от маленького свища прямой кишки, который осложнял ему жизнь. Все изменилось настолько серьезно, что некоторые историки делят его правление на «ante fistulam» и «post fistulam»… Я люблю историю, потому что она учит нас жизни, Клара. То, что произошло с Людовиком, учит нас, что наше счастье или горе определяют самые маленькие детали...

    — Альберто Марини · книга
16. «

    Горе делает нас уязвимыми и беззащитными, каждый может нас обидеть. Почему же говорят, что горе делает человека мудрым и стойким? Неправда. Горе приучает к унижению и покорности.

    Горе делает нас уязвимыми и беззащитными, каждый может нас обидеть. Почему же говорят, что горе делает человека мудрым и стойким? Неправда. Горе приучает к унижению и покорности.

    — Мария Глушко · книга
17. «

    Быть нелюбимым! Боже мой! Какое счастье быть несчастным! Идти под дождиком домой С лицом потерянным и красным.

    Быть нелюбимым! Боже мой! Какое счастье быть несчастным! Идти под дождиком домой С лицом потерянным и красным.

    — Александр Кушнер
18. «

    — Это не твоя вина. Таков был выбор Цубасы. — Господин Огава? — Ты ведь помнишь, что Цубаса раньше пела в группе? Её партнёром была Амо Канадэ — носитель Симфогира «Гунгнир». 2 года назад, чтобы остановить нашествие «существ шума», Канадэ исполнила свою «лебединую песню». — Как и Цубаса... — «Лебединая песнь» Симфогира высвобождает внутреннюю силу его носителя. Так она разом уничтожила всех чудовищ в тот день, но поплатилась за это жизнью. — Она... хотела спасти меня? — Да. Но Канадэ погибла, и Цубаса осталась одна. Она продолжила сражаться, чтобы заполнить пустоту от потери подруги. В отличие от своих сверстниц, она не знает, что такое веселье или любовь. Она — воин, что решила жить как клинок, который поёт только ради сражений. Потому она и исполнила ту «песнь» — таков её путь клинка. Безрассудно, правда? Но она сама выбрала такой исход. — Если бы я знала... А ведь я ей наговорила, что хочу занять место Канадэ... — Знаешь, Хибики... Я не думаю, что ты должна занять её место. Никто из наших так не думает. Поэтому я прошу тебя — не держи зла на Цубасу. И пожалуста — никогда не оставляй её одну.

    — Это не твоя вина. Таков был выбор Цубасы. — Господин Огава? — Ты ведь помнишь, что Цубаса раньше пела в группе? Её партнёром была Амо Канадэ — носитель Симфогира «Гунгнир». 2 года назад, чтобы остановить нашествие «существ шума», Канадэ исполнила свою «лебединую песню». — Как и Цубаса... — «Лебединая песнь» Симфогира высвобождает внутреннюю силу его носителя. Так она разом уничтожила всех чудовищ в тот день, но поплатилась за это жизнью. — Она... хотела спасти меня? — Да. Но Канадэ погибла, и Цубаса осталась одна. Она продолжила сражаться, чтобы заполнить пустоту от потери подруги. В отличие от своих сверстниц, она не знает, что такое веселье или любовь. Она — воин, что решила жить как клинок, который поёт только ради сражений. Потому она и исполнила ту «песнь» — таков её путь клинка. Безрассудно, правда? Но она сама выбрала такой исход. — Если бы я знала... А ведь я ей наговорила, что хочу занять место Канадэ... — Знаешь, Хибики... Я не думаю, что ты должна занять её место. Никто из наших так не думает. Поэтому я прошу тебя — не держи зла на Цубасу. И пожалуста — никогда не оставляй её одну.

    — Синдзи Огава (Shinji Ogawa) · аниме
19. «

    Попытки справиться с горем, не имея ответов, подобны попыткам сделать фотографию всего мира, находясь внутри него.

    Попытки справиться с горем, не имея ответов, подобны попыткам сделать фотографию всего мира, находясь внутри него.

    — Джессика Лоури · книга
20. «

    Конец твоего мира приходит не так, как на великом произведении искусства. Его приносит с собой местный паренёк – рассыльный из почтового отделения, который вручает тебе радиограмму и говорит: «Распишитесь, пожалуйста, вот здесь на отрывном корешке. Мы очень сожалеем, мистер Том».

    Конец твоего мира приходит не так, как на великом произведении искусства. Его приносит с собой местный паренёк – рассыльный из почтового отделения, который вручает тебе радиограмму и говорит: «Распишитесь, пожалуйста, вот здесь на отрывном корешке. Мы очень сожалеем, мистер Том».

    — Эрнест Хемингуэй · книга