249 цитат «город»: от классиков до современников

249 цитат про «город»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Остыли реки, и земля остыла, И чуть нахохлились дома. Это в городе тепло и сыро, Это в городе тепло и сыро, А за городом — зима, зима, зима.

   Остыли реки, и земля остыла, И чуть нахохлились дома. Это в городе тепло и сыро, Это в городе тепло и сыро, А за городом — зима, зима, зима.

   — Леонид Петрович Дербенёв
2. «

   Есть на далекой планете Город влюбленных людей. Звезды для них по-особому светят, Небо для них голубей. Белые стены над морем, Белый покой и уют. Люди не ссорятся, Люди не спорят, Люди друг-другу поют...

   Есть на далекой планете Город влюбленных людей. Звезды для них по-особому светят, Небо для них голубей. Белые стены над морем, Белый покой и уют. Люди не ссорятся, Люди не спорят, Люди друг-другу поют...
3. «

   Из всего, что не изменяется, самое неизменное — город, в которым ты впервые увидел свет. И хотя все в нем такое обыденное, он в том же время — пока ты растешь, меняешься, уезжаешь, помнишь его, приезжаешь и опять уезжаешь — полон для тебя неисчислимых красот. А ведь нечего вроде бы в нем и нет — одна серость, блеклые, разбросанные, обветшалые строения, и всякий раз, вернувшись, недоумеваешь: что тебя к нему так привязывает?

   Из всего, что не изменяется, самое неизменное — город, в которым ты впервые увидел свет. И хотя все в нем такое обыденное, он в том же время — пока ты растешь, меняешься, уезжаешь, помнишь его, приезжаешь и опять уезжаешь — полон для тебя неисчислимых красот. А ведь нечего вроде бы в нем и нет — одна серость, блеклые, разбросанные, обветшалые строения, и всякий раз, вернувшись, недоумеваешь: что тебя к нему так привязывает?

   — Уильям Сароян · книга
4. «

   В этом городе слишком тесно для нас двоих. Давай найдем город побольше?

   В этом городе слишком тесно для нас двоих. Давай найдем город побольше?

   — Фасолька
5. «

   Зимой он красив особенно. А в марте все зависит от времени суток. Когда меньше всего ожидаешь, вдруг туман ложится... Белая пелена висит над уличными фонарями, покрывая все молочной плёнкой... Волшебно... Он без спроса заползает в дома, укутывает деревья... У собора святого Луиса пропадают купола, а у людей, проходящих мимо — головы, прямо от шеи... Все растворяется... Видишь, как по площади идут безголовые тела и переговариваются: «Привет, милый, как дела? Как мама и остальные?» Жаль, это длится недолго...

   Зимой он красив особенно. А в марте все зависит от времени суток. Когда меньше всего ожидаешь, вдруг туман ложится... Белая пелена висит над уличными фонарями, покрывая все молочной плёнкой... Волшебно... Он без спроса заползает в дома, укутывает деревья... У собора святого Луиса пропадают купола, а у людей, проходящих мимо — головы, прямо от шеи... Все растворяется... Видишь, как по площади идут безголовые тела и переговариваются: «Привет, милый, как дела? Как мама и остальные?» Жаль, это длится недолго...

   — Легенда о пианисте (La leggenda del pianista sull'oceano) · фильм
6. «

   Город, как пирамидка из колечек. Каждый человечек в нем наполовинку искалечен.

   Город, как пирамидка из колечек. Каждый человечек в нем наполовинку искалечен.
7. «

   Только у домашних городских девушек бывают такие пальчики на ногах, что их хочется обернуть в фантики, как леденцы.

   Только у домашних городских девушек бывают такие пальчики на ногах, что их хочется обернуть в фантики, как леденцы.

   — Павел Крусанов · книга
8. «

   Нет более верного признака дурного устройства городов, чем обилие в них юристов и врачей.

   Нет более верного признака дурного устройства городов, чем обилие в них юристов и врачей.

   — Платон
9. «

   Город – это не просто дома или улицы. Это память. Настроение. Аромат всех событий, которые с нами в этом городе произошли. Дагерротип нашего прошлого.

   Город – это не просто дома или улицы. Это память. Настроение. Аромат всех событий, которые с нами в этом городе произошли. Дагерротип нашего прошлого.

   — Сергей Есенин · игра
10. «

    Любовь к тому или иному городу обусловлена чувствами, которые в нем пришлось испытать, а не самим городом.

    Любовь к тому или иному городу обусловлена чувствами, которые в нем пришлось испытать, а не самим городом.

    — Марлен Дитрих
11. «

    Если ты ищешь человека в большом городе и не имеешь никакого представления о том, где он может быть, то, вместо того чтобы метаться по городу в его поисках, лучше сесть где-нибудь в центре и сидеть там в ожидании, пока тот, кого ты ищешь, сам не придет к тебе.

    Если ты ищешь человека в большом городе и не имеешь никакого представления о том, где он может быть, то, вместо того чтобы метаться по городу в его поисках, лучше сесть где-нибудь в центре и сидеть там в ожидании, пока тот, кого ты ищешь, сам не придет к тебе.

    — Юстейн Гордер · книга
12. «

    Я хочу напомнить: Одесса — это вольный город. И если кто-то что-то нарушил — мы сами наведем порядки. Власти — это отцы города и вы знаете, что папы меняются, а Одесса-мама остается! И мы, ее дети, за Одессу скажем лучше любого другого.

    Я хочу напомнить: Одесса — это вольный город. И если кто-то что-то нарушил — мы сами наведем порядки. Власти — это отцы города и вы знаете, что папы меняются, а Одесса-мама остается! И мы, ее дети, за Одессу скажем лучше любого другого.

    — Мишка Япончик · сериал
13. «

    — Господин Винницкий, а мы не могли где-то встречаться раньше? — Та Одесса такой город — здесь все когда-то виделись.

    — Господин Винницкий, а мы не могли где-то встречаться раньше? — Та Одесса такой город — здесь все когда-то виделись.

    — Циля Аверман · сериал
14. «

    Стою у неприступных стен Кремля, А осень город, подо мной лежащий, Раскрасила листвою настоящей. Простор небесный, словно вдаль манящий, Все видит на картине сентября.

    Стою у неприступных стен Кремля, А осень город, подо мной лежащий, Раскрасила листвою настоящей. Простор небесный, словно вдаль манящий, Все видит на картине сентября.

    — Виктор Тафинцев
15. «

    — Венеция — самый прекрасный, самый романтичный город в мире. — Правда? А я слышала, что он тонет.

    — Венеция — самый прекрасный, самый романтичный город в мире. — Правда? А я слышала, что он тонет.

    — Марио · сериал
16. «

    Ты звучишь — я молчу, но с тобой в унисон Я дышу и слова выдыхаю. И у Города крепче здоровье и сон, И теплее становятся камни. И февраль превращается в тёплый июль, А в сердцах пробуждается ласка. Посади на ладонь мне лишь песню свою — Я для Города выращу сказку.

    Ты звучишь — я молчу, но с тобой в унисон Я дышу и слова выдыхаю. И у Города крепче здоровье и сон, И теплее становятся камни. И февраль превращается в тёплый июль, А в сердцах пробуждается ласка. Посади на ладонь мне лишь песню свою — Я для Города выращу сказку.
17. «

    Мы безобидные люди. В каждом вымершем городе есть свои призраки.

    Мы безобидные люди. В каждом вымершем городе есть свои призраки.

    — Рэй Брэдбери · книга
18. «

    Нет, не тянет меня в города, Где царит «золотая орда». Ум бездушный, безумье души Мне виднее из Божьей глуши.

    Нет, не тянет меня в города, Где царит «золотая орда». Ум бездушный, безумье души Мне виднее из Божьей глуши.

    — Игорь Северянин
19. «

    Ночь расстелила полотно, А дочь луна достала лютню. В окно повеет тишиной, И улицы безлюдны.

    Ночь расстелила полотно, А дочь луна достала лютню. В окно повеет тишиной, И улицы безлюдны.
20. «

    Шататься по улицам без цели и смысла — это своего рода шаманизм. Медитация заброшенных гаражей, битых кирпичей и окон. Это тоже поэзия, эстетика внешней жизни, лишенной привкуса дома. Это свобода любых мыслей от тебя самого, потерявшегося где-то между разрисованной граффити стеной и беззубой ямой подъезда с выбитыми лампочками. Это та форма одиночества, от которой сладко и больно, но почему-то беспечально. Это полиритмия внутренней музыки.

    Шататься по улицам без цели и смысла — это своего рода шаманизм. Медитация заброшенных гаражей, битых кирпичей и окон. Это тоже поэзия, эстетика внешней жизни, лишенной привкуса дома. Это свобода любых мыслей от тебя самого, потерявшегося где-то между разрисованной граффити стеной и беззубой ямой подъезда с выбитыми лампочками. Это та форма одиночества, от которой сладко и больно, но почему-то беспечально. Это полиритмия внутренней музыки.

    — Аль Квотион · книга