397 цитат на тему «государство» для поста

397 цитат про «государство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мы ничего не можем изменить. Будем бросать свой медный грош в этот бездонный котел. Брошу я. Бросишь ты. Бросит он — но мир не изменится от этого ни на грош. Но мы, может, мы сами немного изменимся. И тогда изменится наше людоедское государство.

   Мы ничего не можем изменить. Будем бросать свой медный грош в этот бездонный котел. Брошу я. Бросишь ты. Бросит он — но мир не изменится от этого ни на грош. Но мы, может, мы сами немного изменимся. И тогда изменится наше людоедское государство.

   — Людмила Улицкая · книга
2. «

   Скажу я тебе, что по телевизору не скажут, в газетах не напишут, вот что: государству моему я не нужен, государство моё за меня не заступится: от болезни, смерти, тюрьмы не защитит.

   Скажу я тебе, что по телевизору не скажут, в газетах не напишут, вот что: государству моему я не нужен, государство моё за меня не заступится: от болезни, смерти, тюрьмы не защитит.

   — Андрей Плетнев · фильм
3. «

   Только борьба за сохранение вида, за сохранение очага и родины, за сохранение своего государства — только такая борьба во все времена давала людям силу идти прямо на штыки неприятеля.

   Только борьба за сохранение вида, за сохранение очага и родины, за сохранение своего государства — только такая борьба во все времена давала людям силу идти прямо на штыки неприятеля.

   — Адольф Гитлер · книга
4. «

   Диктатура иногда необходима. Только если она направлена во благо, но чаще всего она лишь прикрывается благими целями, просто совершая насилие…

   Диктатура иногда необходима. Только если она направлена во благо, но чаще всего она лишь прикрывается благими целями, просто совершая насилие…

   — Дмитрий Игнатов · книга
5. «

   Ошибки государства это ошибки государства. Ошибки можно исправить. Но мёртвого не вернёшь.

   Ошибки государства это ошибки государства. Ошибки можно исправить. Но мёртвого не вернёшь.

   — Отец Мемдух/Мемдух Гульдаг · сериал
6. «

   В моей стране представители власти гордятся тем, что они слуги государства; быть его хозяином считалось бы позором.

   В моей стране представители власти гордятся тем, что они слуги государства; быть его хозяином считалось бы позором.

   — Уинстон Черчилль
7. «

   Государству не нужны Эйнштейны. Нужны солдаты, налогоплательщики и избиратели. Ну, и, естественно, женщины: для воспроизводства новых солдат и налогоплательщиков.

   Государству не нужны Эйнштейны. Нужны солдаты, налогоплательщики и избиратели. Ну, и, естественно, женщины: для воспроизводства новых солдат и налогоплательщиков.

   — Андрей Рубанов · книга
8. «

   Умение слышать и понимать народ, видеть его насквозь, на всю глубину и действовать сообразно — уникальное и главное достоинство государства Путина. <...> В новой системе все институты подчинены основной задаче — доверительному общению и взаимодействию верховного правителя с гражданами. Различные ветви власти сходятся к личности лидера, считаясь ценностью не сами по себе, а лишь в той степени, в какой обеспечивают с ним связь. Кроме них, в обход формальных структур и элитных групп работают неформальные способы коммуникации. А когда глупость, отсталость или коррупция создают помехи в линиях связи с людьми, принимаются энергичные меры для восстановления слышимости. По существу же общество доверяет только первому лицу. В гордости ли, никогда никем не покорённого народа, тут дело, в желании ли спрямить пути правде, либо в чём-то ином, трудно сказать, но это факт, и факт не новый. <...> Было бы упрощением сводить тему к пресловутой «вере в доброго царя». Глубинный народ совсем не наивен и едва ли считает добродушие царским достоинством. Скорее он мог бы думать о правильном правителе то же, что Эйнштейн сказал о боге: «Изощрён, но не злонамерен». Современная модель русского государства начинается с доверия и на доверии держится. В этом её коренное отличие от модели западной, культивирующей недоверие и критику. И в этом её сила. У нашего нового государства в новом веке будет долгая и славная история. Оно не сломается.

   Умение слышать и понимать народ, видеть его насквозь, на всю глубину и действовать сообразно — уникальное и главное достоинство государства Путина. <...> В новой системе все институты подчинены основной задаче — доверительному общению и взаимодействию верховного правителя с гражданами. Различные ветви власти сходятся к личности лидера, считаясь ценностью не сами по себе, а лишь в той степени, в какой обеспечивают с ним связь. Кроме них, в обход формальных структур и элитных групп работают неформальные способы коммуникации. А когда глупость, отсталость или коррупция создают помехи в линиях связи с людьми, принимаются энергичные меры для восстановления слышимости. По существу же общество доверяет только первому лицу. В гордости ли, никогда никем не покорённого народа, тут дело, в желании ли спрямить пути правде, либо в чём-то ином, трудно сказать, но это факт, и факт не новый. <...> Было бы упрощением сводить тему к пресловутой «вере в доброго царя». Глубинный народ совсем не наивен и едва ли считает добродушие царским достоинством. Скорее он мог бы думать о правильном правителе то же, что Эйнштейн сказал о боге: «Изощрён, но не злонамерен». Современная модель русского государства начинается с доверия и на доверии держится. В этом её коренное отличие от модели западной, культивирующей недоверие и критику. И в этом её сила. У нашего нового государства в новом веке будет долгая и славная история. Оно не сломается.

   — Владислав Сурков
9. «

   За последние четверть века государство сделало всё возможное, чтобы читательский художественный вкус деформировался, — и это, к великому сожалению, произошло.

   За последние четверть века государство сделало всё возможное, чтобы читательский художественный вкус деформировался, — и это, к великому сожалению, произошло.

   — Валерий Румянцев · книга
10. «

    Правительство создается не для защиты естественных прав человека, которые могут существовать и существуют независимо от него, сохраняя свое в высшей степени абстрактное совершенство; но это абстрактное совершенство — их практический недостаток. Имея право на все, люди хотят получить все. Государство — это мудрое изобретение человечества, предназначенное для обеспечения человеческих желаний. Люди имеют право на то, чтобы эта мудрость была направлена на удовлетворение их потребностей. Но государство требует, чтобы они сдерживали свои страсти и желания.

    Правительство создается не для защиты естественных прав человека, которые могут существовать и существуют независимо от него, сохраняя свое в высшей степени абстрактное совершенство; но это абстрактное совершенство — их практический недостаток. Имея право на все, люди хотят получить все. Государство — это мудрое изобретение человечества, предназначенное для обеспечения человеческих желаний. Люди имеют право на то, чтобы эта мудрость была направлена на удовлетворение их потребностей. Но государство требует, чтобы они сдерживали свои страсти и желания.

    — Эдмунд Берк · книга
11. «

    С нашим государством нельзя играть в азартные игры, у него вся карта краплёная! Всё равно будешь в дураках. У нас спокойным можно быть только в гробу.

    С нашим государством нельзя играть в азартные игры, у него вся карта краплёная! Всё равно будешь в дураках. У нас спокойным можно быть только в гробу.

    — Сергей Владимирович Ненашев · фильм
12. «

    Сколь у государства ни воруй, своего не вернешь.

    Сколь у государства ни воруй, своего не вернешь.

    — Михаил Михайлович Жванецкий
13. «

    Государство нуждается в очень суровом воспитании со стороны народа.

    Государство нуждается в очень суровом воспитании со стороны народа.

    — Карл Маркс
14. «

    Что такое штраф? Это взятка государству. Ха! Ха!

    Что такое штраф? Это взятка государству. Ха! Ха!

    — безумец Джеффи · игра
15. «

    Сталин — единственный государственный деятель Европы, который сумел извлечь урок из октябрьских событий 1917 года. Если коммунисты всех европейских стран должны учиться у Троцкого искусству захвата власти, то либеральные и демократические правительства должны учиться у Сталина искусству защищать государство от повстанческой тактики коммунистов, то есть от тактики Троцкого.

    Сталин — единственный государственный деятель Европы, который сумел извлечь урок из октябрьских событий 1917 года. Если коммунисты всех европейских стран должны учиться у Троцкого искусству захвата власти, то либеральные и демократические правительства должны учиться у Сталина искусству защищать государство от повстанческой тактики коммунистов, то есть от тактики Троцкого.

    — Курцио Малапарте · книга
16. «

    Армия хороша, когда исполняет полученные приказы, но армия гроша не стоит, если ее приходится уговаривать...

    Армия хороша, когда исполняет полученные приказы, но армия гроша не стоит, если ее приходится уговаривать...

    — Валентин Пикуль · книга
17. «

    У нас Россия, а не Европа. Испокон веку так заведено: государство дает служивому человеку должность, а кормить себя он должен сам — как говорится, в меру своей испорченности.

    У нас Россия, а не Европа. Испокон веку так заведено: государство дает служивому человеку должность, а кормить себя он должен сам — как говорится, в меру своей испорченности.

    — Борис Акунин · книга
18. «

    Государства существуют лишь до тех пор, пока имеется господствующая воля, и эта господствующая воля считается равнозначащей собственной воле. Воля властителя – закон. Что помогут тебе твои законы, если им никто не следует, что значат твои приказания, когда никто не позволяет приказывать себе? Государство не может отказаться от притязания на то, чтобы определять волю единичного лица и рассчитывать на свое воздействие на нее. Для него безусловно необходимо, чтобы никто не имел собственной воли; если кто-либо обнаружил таковую, то государство должно было бы его исключить (запереть, изгнать и т. д.); если бы все имели свою отдельную волю, то они уничтожили бы этим государство, ибо оно должно хотеть быть господином всех, кого оно в себе заключает, и эту волю называют «государственной волей». Кто для того, чтобы существовать, должен рассчитывать на безволие других, тот – игрушка в руках этих других, как господин – игрушка в руках своего слуги. Если прекратится покорность, то неминуемо уничтожится и господство.

    Государства существуют лишь до тех пор, пока имеется господствующая воля, и эта господствующая воля считается равнозначащей собственной воле. Воля властителя – закон. Что помогут тебе твои законы, если им никто не следует, что значат твои приказания, когда никто не позволяет приказывать себе? Государство не может отказаться от притязания на то, чтобы определять волю единичного лица и рассчитывать на свое воздействие на нее. Для него безусловно необходимо, чтобы никто не имел собственной воли; если кто-либо обнаружил таковую, то государство должно было бы его исключить (запереть, изгнать и т. д.); если бы все имели свою отдельную волю, то они уничтожили бы этим государство, ибо оно должно хотеть быть господином всех, кого оно в себе заключает, и эту волю называют «государственной волей». Кто для того, чтобы существовать, должен рассчитывать на безволие других, тот – игрушка в руках этих других, как господин – игрушка в руках своего слуги. Если прекратится покорность, то неминуемо уничтожится и господство.

    — Макс Штирнер · книга
19. «

    — Я не видел ни одного цыгана в жизни, но как сейчас помню мы проходили в школе, что это страшные люди. Они все бродяги. По природе, по крови. Враги любой государственной системы. И потом эта их музыка. Она всех раздражает. — Вы её слышали? — Я нет, но рассказывают. А их песни? Цыганские песни. Они лишены мужественности, а их идеи разрушительны. — Кто же вам все рассказал про цыган? — Наш Дракон.

    — Я не видел ни одного цыгана в жизни, но как сейчас помню мы проходили в школе, что это страшные люди. Они все бродяги. По природе, по крови. Враги любой государственной системы. И потом эта их музыка. Она всех раздражает. — Вы её слышали? — Я нет, но рассказывают. А их песни? Цыганские песни. Они лишены мужественности, а их идеи разрушительны. — Кто же вам все рассказал про цыган? — Наш Дракон.

    — Ланселот · фильм
20. «

    Ах, если бы высшим достоинством государства было человеческое.

    Ах, если бы высшим достоинством государства было человеческое.

    — Станислав Ежи Лец