713 цитат на тему «государство» — читать онлайн

713 цитат про «государство»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Гуманистическое государство есть государство разлагающееся.

   Гуманистическое государство есть государство разлагающееся.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
2. «

   Государство и его агенты — это самые большие и распостраненные преступники, в сравнении с которыми те, которых называют преступниками, невинные агнцы.

   Государство и его агенты — это самые большие и распостраненные преступники, в сравнении с которыми те, которых называют преступниками, невинные агнцы.

   — Лев Николаевич Толстой
3. «

   Я не верю, что можно быть рабом системы, если ты понимаешь, как эта система устроена.

   Я не верю, что можно быть рабом системы, если ты понимаешь, как эта система устроена.

   — Уилл Смит
4. «

   …Принц-бастард дураком не был и прекрасно понимал, что правление государством — это не балы и охота, не кувыркание в постели с фрейлинами, а тяжкий труд и огромная ответственность.

   …Принц-бастард дураком не был и прекрасно понимал, что правление государством — это не балы и охота, не кувыркание в постели с фрейлинами, а тяжкий труд и огромная ответственность.

   — Оксана Панкеева · книга
5. «

   Нравственность не мирится с эгоизмом, потому что она признает не меня, а только человека во мне. Если, однако, государство – общество людей, а не собрание многих «я», из которых каждое думает только о себе, то оно не может существовать без нравственности и должно придерживаться ее. Поэтому мы оба, государство и я, – враги. Меня, эгоиста, благо этого «человеческого общества» ничуть не интересует: я ничего ему не жертвую, а только пользуюсь им, обращая его в мою собственность и мое творение, то есть я уничтожаю его и создаю вместо него союз эгоистов.

   Нравственность не мирится с эгоизмом, потому что она признает не меня, а только человека во мне. Если, однако, государство – общество людей, а не собрание многих «я», из которых каждое думает только о себе, то оно не может существовать без нравственности и должно придерживаться ее. Поэтому мы оба, государство и я, – враги. Меня, эгоиста, благо этого «человеческого общества» ничуть не интересует: я ничего ему не жертвую, а только пользуюсь им, обращая его в мою собственность и мое творение, то есть я уничтожаю его и создаю вместо него союз эгоистов.

   — Макс Штирнер · книга
6. «

   Государство не похищает детей.

   Государство не похищает детей.

   — Назифе Джандан · сериал
7. «

   Чем меньше граждане, тем больше кажется империя.

   Чем меньше граждане, тем больше кажется империя.

   — Станислав Ежи Лец
8. «

   0000655. Принципы правового государства в юриспруденции — это совсем не то, что аксиомы в геометрии, первые в пренебрежении у судей на всех уровнях судебной системы.

   0000655. Принципы правового государства в юриспруденции — это совсем не то, что аксиомы в геометрии, первые в пренебрежении у судей на всех уровнях судебной системы.
9. «

   Все, что оказывает водействие за рубежом, есть мощь народа.

   Все, что оказывает водействие за рубежом, есть мощь народа.

   — Роберт Музиль · книга
10. «

    Штат — это просто случайное административно-территориальное деление, причём необязательно базирующееся на географии.

    Штат — это просто случайное административно-территориальное деление, причём необязательно базирующееся на географии.

    — Профессор Максимилиан Артуро (Professor Maximilian Arturo) · сериал
11. «

    Весной 1899 года Михайловское было куплено у наследников Пушкина в национальную собственность.

    Весной 1899 года Михайловское было куплено у наследников Пушкина в национальную собственность.

    — Семён Степанович Гейченко · книга
12. «

    Порой в политике блеф допустим, но это занятие не для глав государств. На этом уровне нужно быть, а не казаться.

    Порой в политике блеф допустим, но это занятие не для глав государств. На этом уровне нужно быть, а не казаться.

    — Юрий Андропов
13. «

    Слепоглухонемой гражданин – благо для государства.

    Слепоглухонемой гражданин – благо для государства.

    — Станислав Ежи Лец · книга
14. «

    Борьба с забастовками в Советском Союзе началась Хрущёвым в 1962-ом году, когда расстреляли рабочих. Тем самым Хрущёв продемонстрировал, что его государство — это диктатура буржуазии, то есть начался переходный период от социализма к капитализму.

    Борьба с забастовками в Советском Союзе началась Хрущёвым в 1962-ом году, когда расстреляли рабочих. Тем самым Хрущёв продемонстрировал, что его государство — это диктатура буржуазии, то есть начался переходный период от социализма к капитализму.

    — Михаил Васильевич Попов
15. «

    Когда государство не поддерживает истинных творцов с живой творческой силой, создающих правильное и чистое искусство, то на их место приходят псевдо-творцы со своим псевдо-искусством, потом место последних займут бездари с «новыми ценностями», потом... потом не станет государства...

    Когда государство не поддерживает истинных творцов с живой творческой силой, создающих правильное и чистое искусство, то на их место приходят псевдо-творцы со своим псевдо-искусством, потом место последних займут бездари с «новыми ценностями», потом... потом не станет государства...

    — Аристарх Ромашин · книга
16. «

    Дайте мне контролировать выпуск денег в государстве и мне нет дела до того, кто пишет его законы.

    Дайте мне контролировать выпуск денег в государстве и мне нет дела до того, кто пишет его законы.

    — Майер Амшель Бауэр (Ротшильд)
17. «

    Никак не добьемся перелома, но вывихи уже есть.

    Никак не добьемся перелома, но вывихи уже есть.

    — Леонид Шебаршин
18. «

    Один раз он высказался в защиту смертной казни. Указал, что на любом общенациональном референдуме за смертную казнь высказалось бы абсолютное большинство населения. А против выступил бы только элитарный слой общества, вроде читателей книжного обозрения, которому и удалось кое-где отменить смертную казнь. Он заявлял, что это деяние — заговор власть имущих. Он заявлял, что это государственная политика — выдать преступникам и беднякам лицензию на грабеж, нападение, изнасилование и убийство среднего класса. Что именно так государство позволяет своим гражданам, стоящим на нижних ступеньках социально-экономической лестницы, стравливать пар и не превращаться в революционеров. В высших государственных эшелонах подсчитали, что для общества это меньшая цена. Элита живет в безопасных районах, посылает детей в частные школы, нанимает частных охранников, а потому может не опасаться мести обманутого пролетариата. Он высмеивал либералов, утверждающих, что человеческая жизнь священна и государственная политика смертной казни является нарушением права человека на жизнь. Мы — те же животные, писал он, и относиться к нам надо, как к слонам, которых в Индии казнили, если те убивали людей. Он полагал, что слон в гораздо большей степени достоин снисхождения, чем наркоманы-убийцы, которым на пять-шесть лет обеспечивали комфортные тюремные условия, прежде чем выпускали на улицы, чтобы они вновь убивали средний класс. <...> И делал вывод, что такие жесткие меры, искоренив преступность и защитив собственность, привели к созданию политически активного рабочего класса и установлению социализма. Одним своим предложением Озано особенно разъярил читателей: «Мы не знаем, является ли смертная казнь эффективным средством устрашения, но мы можем утверждать, что казненный человек больше убивать не будет».

    Один раз он высказался в защиту смертной казни. Указал, что на любом общенациональном референдуме за смертную казнь высказалось бы абсолютное большинство населения. А против выступил бы только элитарный слой общества, вроде читателей книжного обозрения, которому и удалось кое-где отменить смертную казнь. Он заявлял, что это деяние — заговор власть имущих. Он заявлял, что это государственная политика — выдать преступникам и беднякам лицензию на грабеж, нападение, изнасилование и убийство среднего класса. Что именно так государство позволяет своим гражданам, стоящим на нижних ступеньках социально-экономической лестницы, стравливать пар и не превращаться в революционеров. В высших государственных эшелонах подсчитали, что для общества это меньшая цена. Элита живет в безопасных районах, посылает детей в частные школы, нанимает частных охранников, а потому может не опасаться мести обманутого пролетариата. Он высмеивал либералов, утверждающих, что человеческая жизнь священна и государственная политика смертной казни является нарушением права человека на жизнь. Мы — те же животные, писал он, и относиться к нам надо, как к слонам, которых в Индии казнили, если те убивали людей. Он полагал, что слон в гораздо большей степени достоин снисхождения, чем наркоманы-убийцы, которым на пять-шесть лет обеспечивали комфортные тюремные условия, прежде чем выпускали на улицы, чтобы они вновь убивали средний класс. <...> И делал вывод, что такие жесткие меры, искоренив преступность и защитив собственность, привели к созданию политически активного рабочего класса и установлению социализма. Одним своим предложением Озано особенно разъярил читателей: «Мы не знаем, является ли смертная казнь эффективным средством устрашения, но мы можем утверждать, что казненный человек больше убивать не будет».

    — Марио Пьюзо · книга
19. «

    Там, где кончается государство, и начинается человек, не являющийся лишним: там начинается песнь необходимых, мелодия, единожды существующая и невозвратная. Туда, где кончается государство, – туда смотрите, братья мои! Разве вы не видите радугу и мосты, ведущие к сверхчеловеку?

    Там, где кончается государство, и начинается человек, не являющийся лишним: там начинается песнь необходимых, мелодия, единожды существующая и невозвратная. Туда, где кончается государство, – туда смотрите, братья мои! Разве вы не видите радугу и мосты, ведущие к сверхчеловеку?

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
20. «

    Скидывая с плеч обязанности и получая взамен право требовать благ от государства, человек добровольно отдает ему и свою свободу. И требует все громче, и винит государство, что благ мало... А их мало, потому что государство не умеет и не должно уметь их производить.

    Скидывая с плеч обязанности и получая взамен право требовать благ от государства, человек добровольно отдает ему и свою свободу. И требует все громче, и винит государство, что благ мало... А их мало, потому что государство не умеет и не должно уметь их производить.

    — Елена Котова · книга