45 фраз про «гражданская война» с глубоким смыслом

Тема «гражданская война» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 45 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Наши матери платят налоги гробами.

   Наши матери платят налоги гробами.

   — Елена Бондаренко
2. «

   Я пришёл к вам, как к офицерам и фронтовикам, с предложением защищать Россию от большевизма и берлинского кайзера. Я не в обиде на вас за то, что вы здесь высказали. Но все вы должны понять одно: не мы, белые добровольцы, принесли вам сюда гражданскую войну. Она уже у вас идёт. Вы это должны понять сами. Если кто-то из вас завтра придёт ко мне в отряд, я приму его как человека офицерского долга. Дам винтовку и руку боевого товарища.

   Я пришёл к вам, как к офицерам и фронтовикам, с предложением защищать Россию от большевизма и берлинского кайзера. Я не в обиде на вас за то, что вы здесь высказали. Но все вы должны понять одно: не мы, белые добровольцы, принесли вам сюда гражданскую войну. Она уже у вас идёт. Вы это должны понять сами. Если кто-то из вас завтра придёт ко мне в отряд, я приму его как человека офицерского долга. Дам винтовку и руку боевого товарища.

   — Михаил Гордеевич Дроздовский
3. «

   Русская смута — это не бесконечные совещания в штабах и не ужины в хороших ресторанах, как показал те события советский кинематограф. Русская смута — это безумие штыковых и кавалерийских атак, ежедневно тысячи убитых, расстрелянных, повешенных, зарубленных, сожженных. Русская смута — тотальная война на уничтожение, без пощады не только к врагу, но и к себе. В ней жестокость, пусть даже и патологическая, была нормой.

   Русская смута — это не бесконечные совещания в штабах и не ужины в хороших ресторанах, как показал те события советский кинематограф. Русская смута — это безумие штыковых и кавалерийских атак, ежедневно тысячи убитых, расстрелянных, повешенных, зарубленных, сожженных. Русская смута — тотальная война на уничтожение, без пощады не только к врагу, но и к себе. В ней жестокость, пусть даже и патологическая, была нормой.

   — Армен Гаспарян · книга
4. «

   Если дать волю низким страстям толпы, то ее уже не уймешь.

   Если дать волю низким страстям толпы, то ее уже не уймешь.

   — Проспер Мериме · книга
5. «

   — У Цезаря, помимо 13-го, есть и другие легионы. — По ту сторону Альп. — Зима не будет длиться вечно. Придет весна — расстает снег. — Это угроза!? — Уверяю, это не угроза. Снег тает всегда.

   — У Цезаря, помимо 13-го, есть и другие легионы. — По ту сторону Альп. — Зима не будет длиться вечно. Придет весна — расстает снег. — Это угроза!? — Уверяю, это не угроза. Снег тает всегда.

   — Марк Антоний · сериал
6. «

   Небеса сеяли смерть... Тридцать пять дней потрепанная Атланта ожесточенно сопротивлялась, надеясь на чудо... Затем наступила тишина, еще более устрашающая, чем канонада...

   Небеса сеяли смерть... Тридцать пять дней потрепанная Атланта ожесточенно сопротивлялась, надеясь на чудо... Затем наступила тишина, еще более устрашающая, чем канонада...

   — Голос за кадром · фильм
7. «

   То же самое было сто лет назад, говорю же, — невыученный урок. Тогда, сто лет назад, эту историю законсервировали, но ничейного оружия не бывает и оружие, которое лежало на земле, просто использовали против нас. <...> Без понимания прошлого, реальной сегодняшней политики понять очень сложно.

   То же самое было сто лет назад, говорю же, — невыученный урок. Тогда, сто лет назад, эту историю законсервировали, но ничейного оружия не бывает и оружие, которое лежало на земле, просто использовали против нас. <...> Без понимания прошлого, реальной сегодняшней политики понять очень сложно.

   — Армен Гаспарян
8. «

   Им лет не много и не мало, Но их судьба предрешена. Они ещё не генералы И не проиграна война.

   Им лет не много и не мало, Но их судьба предрешена. Они ещё не генералы И не проиграна война.
9. «

   Мы думали, что сражаемся с коммунизмом, а оказалось, что главная цель — захапать побольше.

   Мы думали, что сражаемся с коммунизмом, а оказалось, что главная цель — захапать побольше.

   — Дэнни Ачер · фильм
10. «

    0001622. Человек, подобен воде, которая разорвет что угодно, освобождаясь, если довести ее до определенного состояния и при определенных обстоятельствах. Замороженное общественное сознание ведет к разрушению государства.

    0001622. Человек, подобен воде, которая разорвет что угодно, освобождаясь, если довести ее до определенного состояния и при определенных обстоятельствах. Замороженное общественное сознание ведет к разрушению государства.
11. «

    По пыльной дороге походкой Прямой, Он шёл не спеша с АКМ за спиной, Рюкзак полупуст, еды лишь на обед, Но он знал, что обратно дороги больше нет.

    По пыльной дороге походкой Прямой, Он шёл не спеша с АКМ за спиной, Рюкзак полупуст, еды лишь на обед, Но он знал, что обратно дороги больше нет.
12. «

    Разве ужасов гражданской войны недостаточно, чтобы искоренить самую крепкую веру?

    Разве ужасов гражданской войны недостаточно, чтобы искоренить самую крепкую веру?

    — Проспер Мериме · книга
13. «

    Есть такой хороший роман писателя Леонида Юзефовича «Казароза». И по нему снят хороший сериал. Сериал этот повествует о том, что во время гражданской войны в некий сибирский город приехала певица из Петербурга Зинаида Казароза. Во время выступления ее там убили. Начинается расследование. И никак не могут понять, кто же убил. Там много таинственных событий. В книге немного по-другому. А в фильме очень интересно. Там два главных героя. Один ведет следствие, а другой постоянно присутствует. Проходит много лет, и тот, который вел следствие, возвращается в этот город, уже пожилым дедом. Играет его хороший актер Петр Вельяминов. А второго, постаревшего, играет Кирилл Лавров. И вот они встречаются случайно. И Кирилл Лавров признается, что это он убил Зинаиду Казарову. И дальше самое интересное — почему и зачем? А он не ее убил. Он стрелял в Петра Вельяминова. А почему? Потому что во время гражданской войны Петр Вельяминов случайно убил его отца. И таких историй во время гражданской войны было очень много.

    Есть такой хороший роман писателя Леонида Юзефовича «Казароза». И по нему снят хороший сериал. Сериал этот повествует о том, что во время гражданской войны в некий сибирский город приехала певица из Петербурга Зинаида Казароза. Во время выступления ее там убили. Начинается расследование. И никак не могут понять, кто же убил. Там много таинственных событий. В книге немного по-другому. А в фильме очень интересно. Там два главных героя. Один ведет следствие, а другой постоянно присутствует. Проходит много лет, и тот, который вел следствие, возвращается в этот город, уже пожилым дедом. Играет его хороший актер Петр Вельяминов. А второго, постаревшего, играет Кирилл Лавров. И вот они встречаются случайно. И Кирилл Лавров признается, что это он убил Зинаиду Казарову. И дальше самое интересное — почему и зачем? А он не ее убил. Он стрелял в Петра Вельяминова. А почему? Потому что во время гражданской войны Петр Вельяминов случайно убил его отца. И таких историй во время гражданской войны было очень много.
14. «

    Все пройдет, и проклятое пятно большевизма будет стерто как грязь с лица русской земли — я все-таки положил хорошее для этого основание, и десятки тысяч предателей уже не воскреснут.

    Все пройдет, и проклятое пятно большевизма будет стерто как грязь с лица русской земли — я все-таки положил хорошее для этого основание, и десятки тысяч предателей уже не воскреснут.

    — Александр Васильевич Колчак
15. «

    Они научились героически умирать за идею, но разучились при этом понимать, в чём именно эта идея заключалась. Нельзя бесконечно жить по принципу Портоса «дерусь, потому что дерусь». Особенно когда жизнь эта проходит в огне бесконечных атак без единого выстрела. Отсутствие внятной идеи губило все. Большевики пообещали землю крестьянам и фабрики рабочим. Белое движение ограничилось лозунгом «Единая и неделимая Россия». Для победы в Гражданской войне этого, мягко говоря, было недостаточно.

    Они научились героически умирать за идею, но разучились при этом понимать, в чём именно эта идея заключалась. Нельзя бесконечно жить по принципу Портоса «дерусь, потому что дерусь». Особенно когда жизнь эта проходит в огне бесконечных атак без единого выстрела. Отсутствие внятной идеи губило все. Большевики пообещали землю крестьянам и фабрики рабочим. Белое движение ограничилось лозунгом «Единая и неделимая Россия». Для победы в Гражданской войне этого, мягко говоря, было недостаточно.

    — Армен Гаспарян · книга
16. «

    По военной дороге Шёл в борьбе и тревоге Боевой восемнадцатый год.

    По военной дороге Шёл в борьбе и тревоге Боевой восемнадцатый год.
17. «

    Шел отряд по берегу, Шел издалека, Шел под красным знаменем Командир полка. Голова обвязана, Кровь на рукаве, След кровавый стелется По сырой траве.

    Шел отряд по берегу, Шел издалека, Шел под красным знаменем Командир полка. Голова обвязана, Кровь на рукаве, След кровавый стелется По сырой траве.

    — Михаил Голодный
18. «

    Да. Это путь Ситхов. Они постоянно должны проверять друг на друге свои силы, даже если это означает уничтожение их самих.

    Да. Это путь Ситхов. Они постоянно должны проверять друг на друге свои силы, даже если это означает уничтожение их самих.

    — Крея · игра
19. «

    Мы живём в страшные времена озверения, обесценивания жизни. Сердце – молчи и закаляйся волей, ибо этими дикими, разнузданными хулиганами, признается и уважается только один закон – «Око за око». А я скажу – два ока за око, все зубы за зуб.

    Мы живём в страшные времена озверения, обесценивания жизни. Сердце – молчи и закаляйся волей, ибо этими дикими, разнузданными хулиганами, признается и уважается только один закон – «Око за око». А я скажу – два ока за око, все зубы за зуб.

    — Михаил Гордеевич Дроздовский
20. «

    ... Нас было мало, слишком мало. От вражьих толп темнела даль; Но твердым блеском засверкала Из ножен вынутая сталь. Последних пламенных порывов Была исполнена душа, В железном грохоте разрывов Вскипали воды Сиваша И ждали все, внимая знаку, И подан был знакомый знак... Полк шел в последнюю атаку, Венчая путь своих атак...

    ... Нас было мало, слишком мало. От вражьих толп темнела даль; Но твердым блеском засверкала Из ножен вынутая сталь. Последних пламенных порывов Была исполнена душа, В железном грохоте разрывов Вскипали воды Сиваша И ждали все, внимая знаку, И подан был знакомый знак... Полк шел в последнюю атаку, Венчая путь своих атак...

    — Николай Николаевич Туроверов