Подборка «характер» — 545 цитат

545 цитат про «характер»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Разбег! Толчок! Мне не догнать канадца, Он мне в лицо смеется на лету. Я снова планку сбил на 2-12 — И тренер мне сказал напрямоту, Что начальство в десятом ряду, И что мне прополощут мозги, Если враз, сей же час, не сойду Я с неправильной правой ноги! Но я лучше выпью зелье с отравою, Я над собою что-нибудь сделаю, Но свою неправую правую Я не сменю на правую левую!

   Разбег! Толчок! Мне не догнать канадца, Он мне в лицо смеется на лету. Я снова планку сбил на 2-12 — И тренер мне сказал напрямоту, Что начальство в десятом ряду, И что мне прополощут мозги, Если враз, сей же час, не сойду Я с неправильной правой ноги! Но я лучше выпью зелье с отравою, Я над собою что-нибудь сделаю, Но свою неправую правую Я не сменю на правую левую!
2. «

   Бойцами не рождаются. В характере заложена предрасположенность, но, думаю, что всё-таки бойцами становятся.

   Бойцами не рождаются. В характере заложена предрасположенность, но, думаю, что всё-таки бойцами становятся.

   — Фёдор Владимирович Емельяненко
3. «

   Если муж дурак, а жена дрянь, какие у них могут быть дети?

   Если муж дурак, а жена дрянь, какие у них могут быть дети?

   — Эрнест Хемингуэй · книга
4. «

   Одежду можно сменить, можно разбогатеть или обеднеть, лишиться семьи и завести новую, но сущность твоя, характер, то, что управляет всеми твоими поступками, остается неизменной. Ты можешь сказать, что человек от обстоятельств меняется: разбогатев, делается надменным, в бедствиях озлобляется, в благополучии становится беспечным… Всё так, но это разные стороны одного характера. А самая суть — неизменна: умный не поглупеет, трус не станет храбрецом, честный не обманет, преданный не предаст, какие бы превратности в жизни не случились.

   Одежду можно сменить, можно разбогатеть или обеднеть, лишиться семьи и завести новую, но сущность твоя, характер, то, что управляет всеми твоими поступками, остается неизменной. Ты можешь сказать, что человек от обстоятельств меняется: разбогатев, делается надменным, в бедствиях озлобляется, в благополучии становится беспечным… Всё так, но это разные стороны одного характера. А самая суть — неизменна: умный не поглупеет, трус не станет храбрецом, честный не обманет, преданный не предаст, какие бы превратности в жизни не случились.

   — Евгений Красницкий · книга
5. «

   Тяжелая рука и отсутствие чувства юмора – весьма неудачное сочетание.

   Тяжелая рука и отсутствие чувства юмора – весьма неудачное сочетание.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   Беды — злых по возможности стороной обходят, вздорный характер — лучшая защита от напастей.

   Беды — злых по возможности стороной обходят, вздорный характер — лучшая защита от напастей.
7. «

   Глядя на его спокойствие, они иногда, сама того не желая, выходила из себя, но тут же подавляла в себе бессмысленную злость, понимая, что злиться на него — это все равно, что обижаться на природу за то, что она в каждый персик вложила по косточке.

   Глядя на его спокойствие, они иногда, сама того не желая, выходила из себя, но тут же подавляла в себе бессмысленную злость, понимая, что злиться на него — это все равно, что обижаться на природу за то, что она в каждый персик вложила по косточке.

   — Рэй Брэдбери · книга
8. «

   — Видишь, какое предприятие на пустом месте отгрохал. — Это все его? — Ага. Похоже на твоего «бегунка»? — Очень похоже. — Значит, ты мне неправильную ориентировку дал. Ты про какого-то загнанного кролика говорил, а тут хищник. Не волк конечно, но лиса как минимум.

   — Видишь, какое предприятие на пустом месте отгрохал. — Это все его? — Ага. Похоже на твоего «бегунка»? — Очень похоже. — Значит, ты мне неправильную ориентировку дал. Ты про какого-то загнанного кролика говорил, а тут хищник. Не волк конечно, но лиса как минимум.
9. «

   В те долгие месяцы, когда дон посвящал его вне таинства фамильного промысла, Майкл как-то раз спросил: — Каким образом тебе удавалось использовать такого неуправляемого зверя, как Люка Брази? И дон объяснил ему. — Бывают на свете люди, — сказал он, — которые ходят и просят — прямо-таки требуют, — чтобы их убили. Ты сам, наверно, замечал. Они скандалят за игорным столом, набрасываются на тебя с кулаками, если ты оставил царапину на крыле их машины, оскорбляют первого встречного, не утруждая себя вопросом, на что этот человек способен. Я наблюдал однажды глупца, который приставал к компании опасных людей, нарочно стараясь разозлить их, сам будучи при этом, что называется, с голыми руками. Люди этой породы топают по земле, вопя: «Вот он я! Убейте меня!» И в желающих, как правило, нет недостатка. Мы каждый день читаем про это в газетах. Естественно, что люди этой породы приносят и другим много вреда. Таким человеком был Люка Брази. Но с тем существенным отличием, что его-то очень долго убить никому не удавалось. Большей частью с этой публикой связываться нет расчета — однако личность, подобная Люке Брази, может в умелых руках стать грозным оружием. Понимаешь, раз он не страшится смерти — и, больше того, сам ищет ее, — то фокус состоит в том, чтобы сделаться для него тем единственным в мире человеком, от которого он смерть принять не хочет. Чтобы одного лишь он страшился — не смерти, но того, что может принять ее от тебя. И тогда он твой.

   В те долгие месяцы, когда дон посвящал его вне таинства фамильного промысла, Майкл как-то раз спросил: — Каким образом тебе удавалось использовать такого неуправляемого зверя, как Люка Брази? И дон объяснил ему. — Бывают на свете люди, — сказал он, — которые ходят и просят — прямо-таки требуют, — чтобы их убили. Ты сам, наверно, замечал. Они скандалят за игорным столом, набрасываются на тебя с кулаками, если ты оставил царапину на крыле их машины, оскорбляют первого встречного, не утруждая себя вопросом, на что этот человек способен. Я наблюдал однажды глупца, который приставал к компании опасных людей, нарочно стараясь разозлить их, сам будучи при этом, что называется, с голыми руками. Люди этой породы топают по земле, вопя: «Вот он я! Убейте меня!» И в желающих, как правило, нет недостатка. Мы каждый день читаем про это в газетах. Естественно, что люди этой породы приносят и другим много вреда. Таким человеком был Люка Брази. Но с тем существенным отличием, что его-то очень долго убить никому не удавалось. Большей частью с этой публикой связываться нет расчета — однако личность, подобная Люке Брази, может в умелых руках стать грозным оружием. Понимаешь, раз он не страшится смерти — и, больше того, сам ищет ее, — то фокус состоит в том, чтобы сделаться для него тем единственным в мире человеком, от которого он смерть принять не хочет. Чтобы одного лишь он страшился — не смерти, но того, что может принять ее от тебя. И тогда он твой.

   — Марио Пьюзо · книга
10. «

    Я — тихий омут, из которого чертей никогда не выловить.

    Я — тихий омут, из которого чертей никогда не выловить.

    — Шарлотта Генсбур
11. «

    Характер человека по-настоящему можно узнать, когда он станет твоим начальником.

    Характер человека по-настоящему можно узнать, когда он станет твоим начальником.

    — Эрих Мария Ремарк
12. «

    Но если сила не истинна, — помниться, была самая последняя моя мысль в тот самый день, перед тем как я наконец вырубился, — то истинна слабость. Слабость истинна и подлинна. Я обвинял Малыша в том, что он симулирует слабость. Но симуляция как раз и доказывает, что слабость подлинна. Когда ты так слаб, что приходится симулировать. Нет, невозможно даже симулировать слабость. Можно симулировать лишь силу...

    Но если сила не истинна, — помниться, была самая последняя моя мысль в тот самый день, перед тем как я наконец вырубился, — то истинна слабость. Слабость истинна и подлинна. Я обвинял Малыша в том, что он симулирует слабость. Но симуляция как раз и доказывает, что слабость подлинна. Когда ты так слаб, что приходится симулировать. Нет, невозможно даже симулировать слабость. Можно симулировать лишь силу...

    — Кен Кизи · книга
13. «

    Прирожденное хамство охотнее называют характером.

    Прирожденное хамство охотнее называют характером.

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга
14. «

    У местных есть интересная поговорка: «Боги любят русских. Без помощи богов этот народ не смог бы существовать»…

    У местных есть интересная поговорка: «Боги любят русских. Без помощи богов этот народ не смог бы существовать»…
15. «

    Тяжёлый труд воспитывает характер.

    Тяжёлый труд воспитывает характер.

    — Мисаки Камиигуса · аниме
16. «

    — Ну, по-моему, у нее очень сильный характер. — Благодарю за преуменьшение.

    — Ну, по-моему, у нее очень сильный характер. — Благодарю за преуменьшение.

    — Айн Рэнд · книга
17. «

    Люди с характером в библейской истории часто оказываются в убытке.

    Люди с характером в библейской истории часто оказываются в убытке.

    — Герман Гессе · книга
18. «

    Личность я незначительная, ничем не примечательная, кроме золотисто-русых волос с рыжиной да вредного характера. Первое качество — наследственное, второе — благоприобретенное.

    Личность я незначительная, ничем не примечательная, кроме золотисто-русых волос с рыжиной да вредного характера. Первое качество — наследственное, второе — благоприобретенное.

    — Ольга Громыко · книга
19. «

    Он не был шакал даже после восьми лет общих работ — и чем дальше, тем крепче утверждался.

    Он не был шакал даже после восьми лет общих работ — и чем дальше, тем крепче утверждался.

    — Александр Солженицын · книга
20. «

    Дин отправил обитателя хаты на кухню, возможно – варить кофе, а сам решал свои любовные проблемы, ибо для него секс оставался единственной святой и важной вещью в жизни, как бы ни приходилось потеть и материться, чтобы вообще прожить, ну и так далее. Все это было на нем написано: в том, как он стоял, как покачивал головой, все время глядя куда-то вниз, будто молодой боксер, получающий наставления тренера, как кивал, чтобы заставить поверить, что впитывает каждое слово, вставляя бесчисленные «да» и «хорошо».

    Дин отправил обитателя хаты на кухню, возможно – варить кофе, а сам решал свои любовные проблемы, ибо для него секс оставался единственной святой и важной вещью в жизни, как бы ни приходилось потеть и материться, чтобы вообще прожить, ну и так далее. Все это было на нем написано: в том, как он стоял, как покачивал головой, все время глядя куда-то вниз, будто молодой боксер, получающий наставления тренера, как кивал, чтобы заставить поверить, что впитывает каждое слово, вставляя бесчисленные «да» и «хорошо».

    — Джек Керуак · книга