46 цитат на тему «христианство» — подборка редакции

Тема «христианство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 46 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Христианство есть религия Креста, оно признаёт смысл страдания. <...> Осуществление Царства Божьего на земле, земного счастья и земной справедливости без креста и страдания есть великая ложь для христианского сознания, есть один из соблазнов, отвергнутых Христом в пустыне, когда Ему показано было Царство мира сего и предложено поклониться ему. Христианство совсем и не обещает необходимого своего осуществления и торжества на земле.

   Христианство есть религия Креста, оно признаёт смысл страдания. <...> Осуществление Царства Божьего на земле, земного счастья и земной справедливости без креста и страдания есть великая ложь для христианского сознания, есть один из соблазнов, отвергнутых Христом в пустыне, когда Ему показано было Царство мира сего и предложено поклониться ему. Христианство совсем и не обещает необходимого своего осуществления и торжества на земле.

   — Николай Александрович Бердяев · книга
2. «

   Вовсе не глупец тот, кто отдает то, что все равно не сможет удержать, чтобы приобрести вечные сокровища.

   Вовсе не глупец тот, кто отдает то, что все равно не сможет удержать, чтобы приобрести вечные сокровища.

   — Джим Эллиот
3. «

   Бог христиан — это отец, который чрезвычайно дорожит своими яблоками и очень мало — своими детьми.

   Бог христиан — это отец, который чрезвычайно дорожит своими яблоками и очень мало — своими детьми.

   — Дени Дидро
4. «

   Нет, сладко жертвовать собой в одночасье, полыхнуть, сгореть, но невыносимо тяжко — медленно и терпеливо — день за днем, день за днем совершать свой подвиг любви.

   Нет, сладко жертвовать собой в одночасье, полыхнуть, сгореть, но невыносимо тяжко — медленно и терпеливо — день за днем, день за днем совершать свой подвиг любви.

   — Олеся Николаева · книга
5. «

   Самый грустный день Вселенной от самого радостного дня отделяло всего три дня.

   Самый грустный день Вселенной от самого радостного дня отделяло всего три дня.

   — Сьюзан Кулидж
6. «

   Для русского человека, который воспитан на христианстве, приправленном Достоевским, страдать — любимейшее дело.

   Для русского человека, который воспитан на христианстве, приправленном Достоевским, страдать — любимейшее дело.

   — Андрей Максимов · книга
7. «

   Сила христианства состояла, например, вовсе не в попытках соглашения и примирения, скажем, с близкими ему философскими мнениями древних. Она состояла в непреклонной фанатической защите только одного своего собственного учения.

   Сила христианства состояла, например, вовсе не в попытках соглашения и примирения, скажем, с близкими ему философскими мнениями древних. Она состояла в непреклонной фанатической защите только одного своего собственного учения.

   — Адольф Гитлер
8. «

   — Ты знаешь, почему я христианин? — Потому что так воспитали?

   — Ты знаешь, почему я христианин? — Потому что так воспитали?

   — Гомер Симпсон · мультфильм
9. «

   Никто не становится добрым, тёплым и милосердным просто потому, что называется христианином.

   Никто не становится добрым, тёплым и милосердным просто потому, что называется христианином.

   — Эрленд Лу · книга
10. «

    Христианство — как анорексия. Унижающая человека система шантажа, где краеугольный камень — чувство вины.

    Христианство — как анорексия. Унижающая человека система шантажа, где краеугольный камень — чувство вины.

    — Эрик Аксл Сунд · книга
11. «

    Слово «христианство» основано на недоразумении; в сущности, был один христианин, и тот умер на кресте.

    Слово «христианство» основано на недоразумении; в сущности, был один христианин, и тот умер на кресте.

    — Фридрих Вильгельм Ницше
12. «

    — Да, ад был создан для христиан. Наверное, поэтому они и стремятся превратить землю в его подобие.

    — Да, ад был создан для христиан. Наверное, поэтому они и стремятся превратить землю в его подобие.

    — Рафаэль Сабатини · книга
13. «

    Бог вынужден вкладывать свои слова в уста людей, чтобы сделать их понятней.

    Бог вынужден вкладывать свои слова в уста людей, чтобы сделать их понятней.

    — историк искусств Эдит · фильм
14. «

    Мои ранние картины изображали распятого Христа. Это единственная вещь, которая открывает маленьким мальчикам глаза: они начинают понимать, что религии приходится иметь дело с парнем, приколоченным к этому чертовому кресту, и со всей этой бьющей ключом кровью, и со всеми ними святыми, горящими на кострах. Вот за что я люблю эту религию!

    Мои ранние картины изображали распятого Христа. Это единственная вещь, которая открывает маленьким мальчикам глаза: они начинают понимать, что религии приходится иметь дело с парнем, приколоченным к этому чертовому кресту, и со всей этой бьющей ключом кровью, и со всеми ними святыми, горящими на кострах. Вот за что я люблю эту религию!

    — Джо Коулман
15. «

    Христанство дало Эросу выпить яду: он не умер от него, но превратился в порок.

    Христанство дало Эросу выпить яду: он не умер от него, но превратился в порок.

    — Фридрих Вильгельм Ницше
16. «

    Если последователи других религий нередко бывают лучше христиан, лучше исполняют заветы своей религии, то именно потому, что заветы других религий легче исполнить, вследствие исключительной высоты христианства. Легче быть магометанином, чем христианином.

    Если последователи других религий нередко бывают лучше христиан, лучше исполняют заветы своей религии, то именно потому, что заветы других религий легче исполнить, вследствие исключительной высоты христианства. Легче быть магометанином, чем христианином.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
17. «

    Почти все, кого я встречала в своей жизни, не понимали, что сатанизм состоит не в ритуальных жертвоприношениях, раскапывании могил и поклонении дьяволу. Дьявол не существует. Сатанизм — это поклонение себе, потому что только ты ответственен за свои собственные добро и зло. Война христианства с дьяволом всегда была борьбой с самыми естественными человеческими инстинктами — потребностью в сексе, насилии и самодовольстве — и отрицанием принадлежности человека к миру животных. Идея рая — это просто христианский способ устроить на земле ад.

    Почти все, кого я встречала в своей жизни, не понимали, что сатанизм состоит не в ритуальных жертвоприношениях, раскапывании могил и поклонении дьяволу. Дьявол не существует. Сатанизм — это поклонение себе, потому что только ты ответственен за свои собственные добро и зло. Война христианства с дьяволом всегда была борьбой с самыми естественными человеческими инстинктами — потребностью в сексе, насилии и самодовольстве — и отрицанием принадлежности человека к миру животных. Идея рая — это просто христианский способ устроить на земле ад.

    — Мэрилин Мэнсон
18. «

    Я обратился в Христианство не для того, чтобы что-то или кого-то боготворить, поклоняться, а лишь для того, чтобы познать себя, понять природу своих мыслей. Я начал ходить на службы с другими зэками.

    Я обратился в Христианство не для того, чтобы что-то или кого-то боготворить, поклоняться, а лишь для того, чтобы познать себя, понять природу своих мыслей. Я начал ходить на службы с другими зэками.

    — Чарльз Мэнсон
19. «

    Христианство появилось в Палестине как опыт. В Греции оно превратилось в философию. В Италии стало институтом. В Европе трансформировалось в культуру, а в Америке – в бизнес. Мы оставили опыт далеко позади.

    Христианство появилось в Палестине как опыт. В Греции оно превратилось в философию. В Италии стало институтом. В Европе трансформировалось в культуру, а в Америке – в бизнес. Мы оставили опыт далеко позади.

    — Пол Смит
20. «

    Я осуждаю христианство. Я выдвигаю против христианской церкви страшнейшее из всех обвинений, какие только когда-нибудь бывали в устах обвинителя. По моему, это и есть высшее из всех мыслимых извращений; оно имело волю к последнему извращению, какое только было возможно. Христианская церковь ничего не оставила не тронутым своей порчей, она обесценила всякую ценность, из всякой истины она сделала ложь, из всего честного — душевную низость. Осмеливаются еще мне говорить о ее «гуманитарных» благословениях.

    Я осуждаю христианство. Я выдвигаю против христианской церкви страшнейшее из всех обвинений, какие только когда-нибудь бывали в устах обвинителя. По моему, это и есть высшее из всех мыслимых извращений; оно имело волю к последнему извращению, какое только было возможно. Христианская церковь ничего не оставила не тронутым своей порчей, она обесценила всякую ценность, из всякой истины она сделала ложь, из всего честного — душевную низость. Осмеливаются еще мне говорить о ее «гуманитарных» благословениях.

    — Фридрих Вильгельм Ницше