75 глубоких цитат про «идеология»

75 цитат про «идеология»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   На стороне СССР — великая идея.

   На стороне СССР — великая идея.

   — Михаил Булгаков · книга
2. «

   Абсолютно допустимо не любить Карла Маркса, Владимира Ленина. Так же можно не терпеть Исаака Ньютона и Альберта Эйнштейна. Но нельзя отменить теорию относительности и закон тяготения. Это вопрос не о том, хорошо или плохо. Это вопрос о том, что эти люди открыли какие-то законы, не всемирные, как нас учили в школе, но они действительно работают. Сегодняшний мир переживает кризис либерально-экономической модели. И об этом только ленивые не говорят. И куда движется мир? Он движется видимо в сторону социализма, который и предрекал Карл Маркс. Все считали, что это случилось в 1917 году. Карл Маркс не сказал, что это будет в 1917 году. Он сказал, что эта модель должна преобразоваться в следующую. Но весь вопрос в том, что никто не может найти точную экономическую модель социализма, которая бы работала. Все вспоминают советскую модель, которая работала только отчасти. И весь вопрос в том, что Китай как раз ее нашел. И поэтому Китай оказался впереди. Я понимаю, что для российского истеблишмента это нетерпимо, потому что российский истеблишмент весь прозападный. Он не может смириться с мыслью, что какой-то Китай окажется лидером. Но надо смиряться. Так же как надо смиряться с тем, что у Карла Маркса действительно есть грамотные идеи. С этим ничего не поделаешь. А что касается того, что происходит в США. Я абсолютно уверен, что британская разведка в 1917 году очень много делала для того, чтобы разрушить российскую империю. Но при этом я понимаю, что если бы в Российской Империи не было бы глубинных проблем, никакая британская разведка ничего не смогла бы сделать. Так же как я понимаю, что и ЦРУ, и НБ работало в 1989-1991 году в Советском Союзе. Я жил в Советском Союзе. В нем действительно было масса проблем. И в этом была причина. То же самое происходит в Америке. Это все равно есть некое внутреннее противоречие страны. И с этим ничего не поделаешь.

   Абсолютно допустимо не любить Карла Маркса, Владимира Ленина. Так же можно не терпеть Исаака Ньютона и Альберта Эйнштейна. Но нельзя отменить теорию относительности и закон тяготения. Это вопрос не о том, хорошо или плохо. Это вопрос о том, что эти люди открыли какие-то законы, не всемирные, как нас учили в школе, но они действительно работают. Сегодняшний мир переживает кризис либерально-экономической модели. И об этом только ленивые не говорят. И куда движется мир? Он движется видимо в сторону социализма, который и предрекал Карл Маркс. Все считали, что это случилось в 1917 году. Карл Маркс не сказал, что это будет в 1917 году. Он сказал, что эта модель должна преобразоваться в следующую. Но весь вопрос в том, что никто не может найти точную экономическую модель социализма, которая бы работала. Все вспоминают советскую модель, которая работала только отчасти. И весь вопрос в том, что Китай как раз ее нашел. И поэтому Китай оказался впереди. Я понимаю, что для российского истеблишмента это нетерпимо, потому что российский истеблишмент весь прозападный. Он не может смириться с мыслью, что какой-то Китай окажется лидером. Но надо смиряться. Так же как надо смиряться с тем, что у Карла Маркса действительно есть грамотные идеи. С этим ничего не поделаешь. А что касается того, что происходит в США. Я абсолютно уверен, что британская разведка в 1917 году очень много делала для того, чтобы разрушить российскую империю. Но при этом я понимаю, что если бы в Российской Империи не было бы глубинных проблем, никакая британская разведка ничего не смогла бы сделать. Так же как я понимаю, что и ЦРУ, и НБ работало в 1989-1991 году в Советском Союзе. Я жил в Советском Союзе. В нем действительно было масса проблем. И в этом была причина. То же самое происходит в Америке. Это все равно есть некое внутреннее противоречие страны. И с этим ничего не поделаешь.

   — Карен Шахназаров
3. «

   Наличие идеологии так же плохо, как и её отсутствие.

   Наличие идеологии так же плохо, как и её отсутствие.

   — Анхель де Куатье · книга
4. «

   Люди напоминают соколов: у тех есть умение и возможности для полёта в небо, где можно быть свободными, лёгкими и ничем не связанными, однако порой птицы тоже живут в неволе — под нажимом или по собственной воле. Живя в Анатолии, Налан вблизи наблюдала, как соколы сидят на плечах своих хозяев и послушно ждут следующей команды или очередного лакомства. Свист соколятника — звук, заканчивающий свободу. А ещё она видела, как на этих величавых хищников надевали клобучок, чтобы они не боялись. Видеть — значит знать, а знать — страшно. Каждый соколятник уверен: чем меньше видит его птица, тем она спокойнее. Но под этим клобучком не существует направлений — небо и земля сливаются в единую полосу из чёрной парусины. Немного успокоившийся сокол всё равно нервничает, потому что удар может обрушиться в любой момент. Теперь, спустя годы, Налан казалось, что религия — равно как и власть, деньги, идеология и политика — действует точно как этот клобучок. Все суеверия, пророчества и веры словно лишают человека зрения, держат его под контролем, а в глубине души настолько сильно ослабляют его самооценку, что он начинает бояться всего, буквально всего.

   Люди напоминают соколов: у тех есть умение и возможности для полёта в небо, где можно быть свободными, лёгкими и ничем не связанными, однако порой птицы тоже живут в неволе — под нажимом или по собственной воле. Живя в Анатолии, Налан вблизи наблюдала, как соколы сидят на плечах своих хозяев и послушно ждут следующей команды или очередного лакомства. Свист соколятника — звук, заканчивающий свободу. А ещё она видела, как на этих величавых хищников надевали клобучок, чтобы они не боялись. Видеть — значит знать, а знать — страшно. Каждый соколятник уверен: чем меньше видит его птица, тем она спокойнее. Но под этим клобучком не существует направлений — небо и земля сливаются в единую полосу из чёрной парусины. Немного успокоившийся сокол всё равно нервничает, потому что удар может обрушиться в любой момент. Теперь, спустя годы, Налан казалось, что религия — равно как и власть, деньги, идеология и политика — действует точно как этот клобучок. Все суеверия, пророчества и веры словно лишают человека зрения, держат его под контролем, а в глубине души настолько сильно ослабляют его самооценку, что он начинает бояться всего, буквально всего.

   — Элиф Шафак · книга
5. «

   Заголовки статей пугали какой-то ледяной нечеловеческой бодростью и силой – уже давно ведь ничто не стояло у них на пути, а они со страшным размахом все били и били в пустоту, и в этой пустоте спьяну (а я заметил, что уже пьян, но не придал этому значения) легко можно было оказаться и попасть замешкавшейся душой под какую-нибудь главную задачу дней или привет хлопкоробам.

   Заголовки статей пугали какой-то ледяной нечеловеческой бодростью и силой – уже давно ведь ничто не стояло у них на пути, а они со страшным размахом все били и били в пустоту, и в этой пустоте спьяну (а я заметил, что уже пьян, но не придал этому значения) легко можно было оказаться и попасть замешкавшейся душой под какую-нибудь главную задачу дней или привет хлопкоробам.

   — Виктор Пелевин · книга
6. «

   Нет ни правильных догм, ни идеальной идеологии. Есть лишь то, что, согласно опыту, правильно лично для вас. Да и то не факт, что вы сделали верные выводы. А поскольку вы, я и все остальные имеем разные потребности, разные личные истории и разные жизненные обстоятельства, мы неизбежно придем к разным «правильным» ответам о том, в чем смысл нашей жизни и как ее лучше прожить.

   Нет ни правильных догм, ни идеальной идеологии. Есть лишь то, что, согласно опыту, правильно лично для вас. Да и то не факт, что вы сделали верные выводы. А поскольку вы, я и все остальные имеем разные потребности, разные личные истории и разные жизненные обстоятельства, мы неизбежно придем к разным «правильным» ответам о том, в чем смысл нашей жизни и как ее лучше прожить.

   — Марк Мэнсон · книга
7. «

   Консервативный подход не бездумное охранительство, не боязнь перемен и не игра на удержание, тем более не замыкание в собственной скорлупе. Это, прежде всего, опора на проверенную временем традицию, сохранение и приумножение населения, реализм в оценке себя и других, точное выстраивание системы приоритетов, соотнесение необходимого и возможного, расчётливое формулирование цели, принципиальное неприятие экстремизма как способа действий. И, скажем прямо, на предстоящий период мирового переустройства, которое может продолжаться довольно долго и окончательный дизайн которого неизвестен, умеренный консерватизм – самая разумная, во всяком случае, на мой взгляд, линия поведения.

   Консервативный подход не бездумное охранительство, не боязнь перемен и не игра на удержание, тем более не замыкание в собственной скорлупе. Это, прежде всего, опора на проверенную временем традицию, сохранение и приумножение населения, реализм в оценке себя и других, точное выстраивание системы приоритетов, соотнесение необходимого и возможного, расчётливое формулирование цели, принципиальное неприятие экстремизма как способа действий. И, скажем прямо, на предстоящий период мирового переустройства, которое может продолжаться довольно долго и окончательный дизайн которого неизвестен, умеренный консерватизм – самая разумная, во всяком случае, на мой взгляд, линия поведения.

   — Александр Витязев
8. «

   Идеология сверхпотребления более опасна для человечества, чем идеология гитлеровского тоталитаризма.

   Идеология сверхпотребления более опасна для человечества, чем идеология гитлеровского тоталитаризма.

   — Альберт Гор
9. «

   Идеологическая работа — деятельность, оказывающая воздействие на все стороны человеческого сознания — на мировоззрение людей, их взгляды и убеждения, политический и культурный кругозор, моральные устои и качества, нравы, духовный облик.

   Идеологическая работа — деятельность, оказывающая воздействие на все стороны человеческого сознания — на мировоззрение людей, их взгляды и убеждения, политический и культурный кругозор, моральные устои и качества, нравы, духовный облик.

   — Игорь Алексеевич Швец · книга
10. «

    Все присутствующие прекрасно поняли, что сейчас мир оказался разделенным не столько государственными границами, сколько идеологиями. Хотя формально и не объявленная, бушевала новая мировая война, в которой терпимость и уважение к правам человека приняли на себя удар со стороны деспотизма, нетерпимости и слепого фанатизма. И хотя иногда сражения этой войны велись у всех на виду – в Нью-Йорке, в Ираке, – основная борьба проходила невидимо, тайно. Ее герои оставались неизвестными, злодеи не раскрывали свои лица.

    Все присутствующие прекрасно поняли, что сейчас мир оказался разделенным не столько государственными границами, сколько идеологиями. Хотя формально и не объявленная, бушевала новая мировая война, в которой терпимость и уважение к правам человека приняли на себя удар со стороны деспотизма, нетерпимости и слепого фанатизма. И хотя иногда сражения этой войны велись у всех на виду – в Нью-Йорке, в Ираке, – основная борьба проходила невидимо, тайно. Ее герои оставались неизвестными, злодеи не раскрывали свои лица.

    — Джеймс Роллинс · книга
11. «

    С точки зрения идеологии, то могу вам сказать, — да, мы заменили пустое неверие и разочарование Советского Союза государственным национализмом, патриотизмом, который разделяет большинство населения. Это крепкая основа для сохранения государства, поэтому Россия несравненно сильнее, чем Советский Союз.

    С точки зрения идеологии, то могу вам сказать, — да, мы заменили пустое неверие и разочарование Советского Союза государственным национализмом, патриотизмом, который разделяет большинство населения. Это крепкая основа для сохранения государства, поэтому Россия несравненно сильнее, чем Советский Союз.

    — Сергей Александрович Караганов
12. «

    Нужна новая наступательная идеология, которая восстановила бы русский кураж внутри и спроецировалась бы затем вовне. У нас огромное количество идей, которые лежат на столе и которые мы не используем. Одна из задач России – прекратить отплёвываться от Запада. Мы должны смотреть на них с достаточным уровнем высокомерия. Они переживают цивилизационный кризис. Можем даже с сочувствием на них смотреть, не реагируя на всякую дрянь, которую они сыпят.

    Нужна новая наступательная идеология, которая восстановила бы русский кураж внутри и спроецировалась бы затем вовне. У нас огромное количество идей, которые лежат на столе и которые мы не используем. Одна из задач России – прекратить отплёвываться от Запада. Мы должны смотреть на них с достаточным уровнем высокомерия. Они переживают цивилизационный кризис. Можем даже с сочувствием на них смотреть, не реагируя на всякую дрянь, которую они сыпят.

    — Сергей Александрович Караганов
13. «

    Идеологизированная литература производит мертвечину. В последнее время ее становится все больше. Она на потоке.

    Идеологизированная литература производит мертвечину. В последнее время ее становится все больше. Она на потоке.
14. «

    0000747. Искали нелюдей, распявших мальчика в Славянске, а оказалась, что мразь надо искать среди тех, кто не извинился за ложное сообщение о распятом мальчике.

    0000747. Искали нелюдей, распявших мальчика в Славянске, а оказалась, что мразь надо искать среди тех, кто не извинился за ложное сообщение о распятом мальчике.
15. «

    Но я думаю, носить шмотки это кое-что другое, чем то, что у тебя в голове.

    Но я думаю, носить шмотки это кое-что другое, чем то, что у тебя в голове.

    — Андрес Файель · книга
16. «

    Гуманизм как социальное явление (т.е. гуманистические организации и движения) не может превращаться в политическую партию или идеологию, поскольку тем самым он предает себя как мировоззрение, теряет свои приватность, личностность, общечеловечность и универсализм. Если гуманизм становится политической программой или идеологией, то из цели он превращается в средство борьбы за власть, которая по определению не может быть властью всех и каждого. У нее обязательно есть свои начальники и свои подчиненные, руководители и исполнители… Любая попытка превратить гуманистическое движение или организацию в политическую партию или идеологию обречена на провал, на извращение гуманистических идеалов и реальных общественных функций гуманизма. Все это не умаляет, но напротив, усиливает значение политической составляющей гуманизма... Духовное ядро гуманизма как социальной силы, как коллективного мировоззрения должно быть моральной общественной силой. Ее общеполитическая задача — гуманизация политического сознания гражданина, практики политических партий и государства.

    Гуманизм как социальное явление (т.е. гуманистические организации и движения) не может превращаться в политическую партию или идеологию, поскольку тем самым он предает себя как мировоззрение, теряет свои приватность, личностность, общечеловечность и универсализм. Если гуманизм становится политической программой или идеологией, то из цели он превращается в средство борьбы за власть, которая по определению не может быть властью всех и каждого. У нее обязательно есть свои начальники и свои подчиненные, руководители и исполнители… Любая попытка превратить гуманистическое движение или организацию в политическую партию или идеологию обречена на провал, на извращение гуманистических идеалов и реальных общественных функций гуманизма. Все это не умаляет, но напротив, усиливает значение политической составляющей гуманизма... Духовное ядро гуманизма как социальной силы, как коллективного мировоззрения должно быть моральной общественной силой. Ее общеполитическая задача — гуманизация политического сознания гражданина, практики политических партий и государства.

    — Валерий Александрович Кувакин · книга
17. «

    Любая развитая идеология создается, поддерживается и совершенствуется как политическое оружие, а не теоретическая доктрина.

    Любая развитая идеология создается, поддерживается и совершенствуется как политическое оружие, а не теоретическая доктрина.

    — Ханна Арендт
18. «

    Невозможно смириться с тем, что, родившись на этой чудесной голубой планете, ты пожизненно заперт в коммунистическом государстве ради каких-то глупых идей.

    Невозможно смириться с тем, что, родившись на этой чудесной голубой планете, ты пожизненно заперт в коммунистическом государстве ради каких-то глупых идей.

    — Слава Курилов · книга
19. «

    Говорить однозначно, взаимодействовать буквально и просто — в мире достаточно хаоса, чтобы уже перестать его множить религиями, течениями, мировоззрениями и прочими чисто терминологическими идеологическими структурами, которые каждый умудряется воспринимать по-своему, что и приводит к путаницам, сумятицам и бесконечным конфликтам, не смотря на то, что все хотят одного и того же — добра и радости.

    Говорить однозначно, взаимодействовать буквально и просто — в мире достаточно хаоса, чтобы уже перестать его множить религиями, течениями, мировоззрениями и прочими чисто терминологическими идеологическими структурами, которые каждый умудряется воспринимать по-своему, что и приводит к путаницам, сумятицам и бесконечным конфликтам, не смотря на то, что все хотят одного и того же — добра и радости.
20. «

    Вперед за победой для нашей страны! Мы красному знамени будем верны! И Ленин великий наш путь озарил! На этот подвиг он вдохновил нас.

    Вперед за победой для нашей страны! Мы красному знамени будем верны! И Ленин великий наш путь озарил! На этот подвиг он вдохновил нас.