26 цитат про «инвалидность»

Собрали 26 цитат на тему «инвалидность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Слепоту её воспринимает как досадное неудобство. «У кого-то изжога, у кого-то диабет, а кто-то не видит», — повторяет он ей…

   Слепоту её воспринимает как досадное неудобство. «У кого-то изжога, у кого-то диабет, а кто-то не видит», — повторяет он ей…

   — Януш Леон Вишневский · книга
2. «

   — Я понимаю, что не о такой жизни ты мечтал, но я могу сделать тебя счастливым. — Нет, Кларк. Я знаю, это может быть хорошая жизнь, но это не моя жизнь. Уже не моя. Ты не знаешь, каким я был, как любил жизнь. Я очень ее любил. Я не смогу примириться с этим положением. — Ты даже не дашь мне шанса? Ты не хочешь дать мне один шанс? Я ведь стала совсем другим человеком за эти полгода, благодаря тебе. — Знаю и не хочу привязывать тебя к себе. Я не хочу, чтобы ты лишилась того, что может дать другой, и я не хочу, чтобы однажды взглянув на меня, ты испытала даже не долю секунды сожаление. — Этого не будет никогда! — Ты не можешь этого знать...

   — Я понимаю, что не о такой жизни ты мечтал, но я могу сделать тебя счастливым. — Нет, Кларк. Я знаю, это может быть хорошая жизнь, но это не моя жизнь. Уже не моя. Ты не знаешь, каким я был, как любил жизнь. Я очень ее любил. Я не смогу примириться с этим положением. — Ты даже не дашь мне шанса? Ты не хочешь дать мне один шанс? Я ведь стала совсем другим человеком за эти полгода, благодаря тебе. — Знаю и не хочу привязывать тебя к себе. Я не хочу, чтобы ты лишилась того, что может дать другой, и я не хочу, чтобы однажды взглянув на меня, ты испытала даже не долю секунды сожаление. — Этого не будет никогда! — Ты не можешь этого знать...

   — Луиза Кларк · фильм
3. «

   — Ну ладно, – согласилась Квара. – Это был удар ниже пояса. Но таким же ударом была и отправка сюда именно тебя, чтобы вытащить из меня информацию. Игрой на моих чувствах. — Чувствах? — Потому что ты… ты… — Калека, – закончил за нее Миро. Он не думал, будто жалость лишь все усложнит. Вот только что он мог с этим сделать? Что бы он не делал, будет делать это как инвалид.

   — Ну ладно, – согласилась Квара. – Это был удар ниже пояса. Но таким же ударом была и отправка сюда именно тебя, чтобы вытащить из меня информацию. Игрой на моих чувствах. — Чувствах? — Потому что ты… ты… — Калека, – закончил за нее Миро. Он не думал, будто жалость лишь все усложнит. Вот только что он мог с этим сделать? Что бы он не делал, будет делать это как инвалид.

   — Орсон Скотт Кард · книга
4. «

   В жизни много всего такого, что гораздо хуже отсутствия рук и ног. Страх — одна из таких позиций. Невозможно жить полной жизнью, если каждое ваше решение определяется страхом.

   В жизни много всего такого, что гораздо хуже отсутствия рук и ног. Страх — одна из таких позиций. Невозможно жить полной жизнью, если каждое ваше решение определяется страхом.

   — Ник Вуйчич · книга
5. «

   Умение подносить ложку ко рту ценится в моем мире гораздо больше, чем способность читать.

   Умение подносить ложку ко рту ценится в моем мире гораздо больше, чем способность читать.

   — Рубен Гальего · книга
6. «

   Не злословь глухого и пред слепым не клади ничего, чтобы преткнуться ему; бойся Бога твоего. Я Господь

   Не злословь глухого и пред слепым не клади ничего, чтобы преткнуться ему; бойся Бога твоего. Я Господь

   — Библия. Ветхий Завет. Книга Левит · книга
7. «

   Захоти жить… пожалуйста…

   Захоти жить… пожалуйста…

   — Януш Леон Вишневский · книга
8. «

   Города до сих пор не предназначены для жизни инвалидов. Вы видели пандусы в подземных переходах? Она, сука, под углом 45 градусов! не всегда горнолыжные курорты такие крутые! Я не пойму: вы хотите, чтобы люди в метро спускались или вырывали медали у норвежцев?

   Города до сих пор не предназначены для жизни инвалидов. Вы видели пандусы в подземных переходах? Она, сука, под углом 45 градусов! не всегда горнолыжные курорты такие крутые! Я не пойму: вы хотите, чтобы люди в метро спускались или вырывали медали у норвежцев?

   — Денис Гвоздёв
9. «

   — А для меня это всегда будет самое любимое место. — Ты нигде больше не была. — А где лучше, чем здесь? В Альдизере? — В Париже, на площади Дофина, когда смотришь на Пон-Нёф, сидишь за столиком на улице, пьешь крепкий кофе, ешь круассан с маслом и земляничным джемом... — Так поехали туда! Возьмем билеты на «Евро-стар» и поедем. — Нет! — Ты же сам сказал... — Ты не поймешь, Кларк. Я хочу быть в Париже собой. Собой прежним. Чтоб француженки строили мне глазки. — Но кроме них там полно всего. — Если я закрою глаза, то представляю, что снова сижу в том скверике. Я помню каждую мелочь. Зачем мне новые воспоминания, где я едва помещаюсь за столиком, таксисты отказываются везти меня и ни одна розетка не подходит для подзарядки кресла!?

   — А для меня это всегда будет самое любимое место. — Ты нигде больше не была. — А где лучше, чем здесь? В Альдизере? — В Париже, на площади Дофина, когда смотришь на Пон-Нёф, сидишь за столиком на улице, пьешь крепкий кофе, ешь круассан с маслом и земляничным джемом... — Так поехали туда! Возьмем билеты на «Евро-стар» и поедем. — Нет! — Ты же сам сказал... — Ты не поймешь, Кларк. Я хочу быть в Париже собой. Собой прежним. Чтоб француженки строили мне глазки. — Но кроме них там полно всего. — Если я закрою глаза, то представляю, что снова сижу в том скверике. Я помню каждую мелочь. Зачем мне новые воспоминания, где я едва помещаюсь за столиком, таксисты отказываются везти меня и ни одна розетка не подходит для подзарядки кресла!?

   — Луиза Кларк · фильм
10. «

    ...инвалиды – не просто странные животные, которых можно с любопытством разглядывать; и, тем более, не стоит прятаться от их ответных взглядов.

    ...инвалиды – не просто странные животные, которых можно с любопытством разглядывать; и, тем более, не стоит прятаться от их ответных взглядов.

    — Абдель Селлу · книга
11. «

    — Ладно, нам пора домой. — Подожди минутку, Кларк. — Что такое? — Ничего, просто не хочу домой. Хочу побыть мужчиной, который сводил на концерт девушку в красном еще пару минут.

    — Ладно, нам пора домой. — Подожди минутку, Кларк. — Что такое? — Ничего, просто не хочу домой. Хочу побыть мужчиной, который сводил на концерт девушку в красном еще пару минут.

    — Луиза Кларк · фильм
12. «

    — Позволь спросить, Янг. Почему ты всё ещё не опробовала протез? — А ведь и правда! Любое устройство Атласа в наших краях — большая редкость. Не говоря уже о затраченных средствах на его доставку. Тебе не кажется, что это тонкий намёк от всех тех людей, кто желает тебе скорейшего возвращения в строй? — Ну... я боюсь. Все хотят видеть, как я прихожу в норму. Я ценю это, но... вот это [обрубленная рука] сейчас моя норма. Мне просто нужно время, чтобы прийти в себя. — Норма будет такой, какую ты сама выберешь для себя. — Что ты хочешь этим сказать? Чтобы я принимала всё так, будто ничего не произошло? Я потеряла часть себя. Навсегда. И этого не исправить. — Ты права — этот кусочек тебя прежней уже не вернуть. Но почему это должно и дальше мешать тебе стать той, кем ты хотела быть раньше? Ты — Янг Ксяо Лонг, мой маленький солнечный дракончик. Никто раньше не мог тебе помешать быть самой собой. Поэтому, когда перестанешь киснуть и захочешь вновь сесть в седло, я тебя подтолкну.

    — Позволь спросить, Янг. Почему ты всё ещё не опробовала протез? — А ведь и правда! Любое устройство Атласа в наших краях — большая редкость. Не говоря уже о затраченных средствах на его доставку. Тебе не кажется, что это тонкий намёк от всех тех людей, кто желает тебе скорейшего возвращения в строй? — Ну... я боюсь. Все хотят видеть, как я прихожу в норму. Я ценю это, но... вот это [обрубленная рука] сейчас моя норма. Мне просто нужно время, чтобы прийти в себя. — Норма будет такой, какую ты сама выберешь для себя. — Что ты хочешь этим сказать? Чтобы я принимала всё так, будто ничего не произошло? Я потеряла часть себя. Навсегда. И этого не исправить. — Ты права — этот кусочек тебя прежней уже не вернуть. Но почему это должно и дальше мешать тебе стать той, кем ты хотела быть раньше? Ты — Янг Ксяо Лонг, мой маленький солнечный дракончик. Никто раньше не мог тебе помешать быть самой собой. Поэтому, когда перестанешь киснуть и захочешь вновь сесть в седло, я тебя подтолкну.

    — Питер Порт (Peter Port) · мультфильм
13. «

    Инвалидом вас делает лишь негативное отношение к жизни.

    Инвалидом вас делает лишь негативное отношение к жизни.

    — Джек Кэнфилд · книга
14. «

    — У нас всё-таки в стране есть такая склонность преувеличивать проблемы какой-то очень незначительной группы людей. Если на улице нет инвалидов — на*уя делать пандусы? Логично, если инвалиды просто начнут выезжать на креслах в город, то тогда у людей начнёт работать соображалка, они начнут думать об этих пандусах. А поскольку инвалиды сидят по домам, они не обозначают проблему никаким образом. — А сидят по домам, потому что не могут выйти. И так по кругу.

    — У нас всё-таки в стране есть такая склонность преувеличивать проблемы какой-то очень незначительной группы людей. Если на улице нет инвалидов — на*уя делать пандусы? Логично, если инвалиды просто начнут выезжать на креслах в город, то тогда у людей начнёт работать соображалка, они начнут думать об этих пандусах. А поскольку инвалиды сидят по домам, они не обозначают проблему никаким образом. — А сидят по домам, потому что не могут выйти. И так по кругу.

    — Артемий Андреевич Лебедев
15. «

    Утратить физическую независимость не означает расстаться с жизнью.

    Утратить физическую независимость не означает расстаться с жизнью.

    — Абдель Селлу · книга
16. «

    Неизлечимо больных мы избавляем от мучений и боли, от ощущения собственной никчемности и ежедневных пыток. Поверьте, они подвергались им каждый день своей жизни. Они ненавидят свое беспомощное состояние. Они чувствуют себя обделенными, и яростно ненавидят это. Они умирают, просыпаясь. Они не могут изменить себя и свое положение. И нам этого никогда не понять. Для вас процедура элиминации кажется ужасной лишь потому, что вы здоровые и полноценные. Вы не были в их шкуре.

    Неизлечимо больных мы избавляем от мучений и боли, от ощущения собственной никчемности и ежедневных пыток. Поверьте, они подвергались им каждый день своей жизни. Они ненавидят свое беспомощное состояние. Они чувствуют себя обделенными, и яростно ненавидят это. Они умирают, просыпаясь. Они не могут изменить себя и свое положение. И нам этого никогда не понять. Для вас процедура элиминации кажется ужасной лишь потому, что вы здоровые и полноценные. Вы не были в их шкуре.

    — Касейбиан Кроу
17. «

    После ранения на фронт я вернуться уже не смог. Меня комиссовали подчистую, никакие мои просьбы и протесты не помогли — комиссия признала меня негодным к воинской службе. И я решил поступать в театральный институт. В этом был своего рода вызов врагу: инвалид, пригодный разве что для работы вахтера (я действительно побывал на такой работе), будет артистом. И здесь война вновь страшно напомнила о себе — требовались парни, а их не было… Так что те слезы в фильме «Белорусский вокзал», в квартирке бывшей медсестры, вовсе не кинематографические...

    После ранения на фронт я вернуться уже не смог. Меня комиссовали подчистую, никакие мои просьбы и протесты не помогли — комиссия признала меня негодным к воинской службе. И я решил поступать в театральный институт. В этом был своего рода вызов врагу: инвалид, пригодный разве что для работы вахтера (я действительно побывал на такой работе), будет артистом. И здесь война вновь страшно напомнила о себе — требовались парни, а их не было… Так что те слезы в фильме «Белорусский вокзал», в квартирке бывшей медсестры, вовсе не кинематографические...

    — Анатолий Папанов
18. «

    Я хочу жить в мире, в котором у нас нет таких заниженных ожиданий от инвалидов, что мы поздравляем их, если они поднялись утром с кровати и помнят свое собственное имя. Я хочу жить в мире, в котором ценятся истинные достижения инвалидов, в мире, где одиннадцатиклассник из школы Мельбурна ни на йоту не удивится, что его учитель сидит в инвалидном кресле.

    Я хочу жить в мире, в котором у нас нет таких заниженных ожиданий от инвалидов, что мы поздравляем их, если они поднялись утром с кровати и помнят свое собственное имя. Я хочу жить в мире, в котором ценятся истинные достижения инвалидов, в мире, где одиннадцатиклассник из школы Мельбурна ни на йоту не удивится, что его учитель сидит в инвалидном кресле.

    — Стелла Янг
19. «

    Думают, что инвалидность — Это есть клеймо навек. Я верю в справедливость, Он прежде всего человек!

    Думают, что инвалидность — Это есть клеймо навек. Я верю в справедливость, Он прежде всего человек!
20. «

    Он позволил мне катить свою коляску так, словно подставил костыль, на который я смог опереться. И я все ещё им пользуюсь.

    Он позволил мне катить свою коляску так, словно подставил костыль, на который я смог опереться. И я все ещё им пользуюсь.

    — Абдель Селлу · книга