252 цитаты «ирония» — что говорили умные люди

Тема «ирония» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 252 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   У них есть оружие, у нас нет. Устроим им сюрприз.

   У них есть оружие, у нас нет. Устроим им сюрприз.

   — Буч Кэссиди · фильм
2. «

   Ирония часто маскирует неспособность выйти за рамки собственных допущений.

   Ирония часто маскирует неспособность выйти за рамки собственных допущений.

   — Фрэнк Герберт · книга
3. «

   — ... мозговой модуль валяется вне тела, а раны на голове нет. Я, конечно, не доктор, но мне это кажется очень странным. — Ого. Два вопроса. Первый: то есть он выблевал собственный мозг? Второй: можно я пойду домой?

   — ... мозговой модуль валяется вне тела, а раны на голове нет. Я, конечно, не доктор, но мне это кажется очень странным. — Ого. Два вопроса. Первый: то есть он выблевал собственный мозг? Второй: можно я пойду домой?

   — Ревайнд(Rewind)
4. «

   Завидую своему ноутбуку … всю жизнь то в режиме питания, то в режиме сна)))

   Завидую своему ноутбуку … всю жизнь то в режиме питания, то в режиме сна)))
5. «

   Наблюдая за погребением миссис Йост, Альма испытывала обиду, которую смягчало ироничное обстоятельство: женщина, 20 лет свысока смотревшая на её цветы, теперь будет целую вечность смотреть на них снизу.

   Наблюдая за погребением миссис Йост, Альма испытывала обиду, которую смягчало ироничное обстоятельство: женщина, 20 лет свысока смотревшая на её цветы, теперь будет целую вечность смотреть на них снизу.
6. «

   Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

   Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

   — Евгений Лукин · книга
7. «

   Ей было неловко, как человеку, который втайне сочинил поэму и сейчас наблюдает за первым читателем.

   Ей было неловко, как человеку, который втайне сочинил поэму и сейчас наблюдает за первым читателем.

   — Майк Омер · книга
8. «

   У многих, особенно весной, ахилессова пята располагается аномально высоко — между ног..))

   У многих, особенно весной, ахилессова пята располагается аномально высоко — между ног..))
9. «

   А когда баб тянуло на нормальных? Социофоб? Отлично! Алкоголик? Прекрасно! Мудак? Заверните два!

   А когда баб тянуло на нормальных? Социофоб? Отлично! Алкоголик? Прекрасно! Мудак? Заверните два!
10. «

    — Я просто пытаюсь понять, почему твой народ решил послать... как бы это сказать... тебя. — Мой народ не посылал меня. Так решил океан. — Океан? А что, тебе лет семь, мореплаватель никакой... Разумный выбор! — Он выбрал меня не просто так. — Если океан такой умный, почему он сам не вернёт сердце Те Фити? Или не отдаст мне крюк? Океан самый чумовой шутник!

    — Я просто пытаюсь понять, почему твой народ решил послать... как бы это сказать... тебя. — Мой народ не посылал меня. Так решил океан. — Океан? А что, тебе лет семь, мореплаватель никакой... Разумный выбор! — Он выбрал меня не просто так. — Если океан такой умный, почему он сам не вернёт сердце Те Фити? Или не отдаст мне крюк? Океан самый чумовой шутник!

    — Мауи · мультфильм
11. «

    С улицы пришли два куска грязи... утверждают, что они мои дети... попробую отмыть, по голосу вроде похожи...

    С улицы пришли два куска грязи... утверждают, что они мои дети... попробую отмыть, по голосу вроде похожи...
12. «

    В данном случае у меня были все признаки болезни печени (в этом нельзя было ошибиться), включая главный симптом: «апатия и непреодолимое отвращение ко всякого рода труду». Как меня мучил этот недуг — невозможно описать. Я страдал им с колыбели. С тех пор как я пошёл в школу, болезнь не отпускала меня почти ни на один день.

    В данном случае у меня были все признаки болезни печени (в этом нельзя было ошибиться), включая главный симптом: «апатия и непреодолимое отвращение ко всякого рода труду». Как меня мучил этот недуг — невозможно описать. Я страдал им с колыбели. С тех пор как я пошёл в школу, болезнь не отпускала меня почти ни на один день.

    — Джером Клапка Джером · книга
13. «

    Хочешь иметь врагов – иронизируй. Афоризм навеян мыслями Ф. Ницше, который сравнивал ироничного человека с собакой, которая кусается и одновременно улыбается. Он считал, что от этого портится характер. Беда заключается в том, что на шутки не принято обижаться, даже тогда, когда обидно.

    Хочешь иметь врагов – иронизируй. Афоризм навеян мыслями Ф. Ницше, который сравнивал ироничного человека с собакой, которая кусается и одновременно улыбается. Он считал, что от этого портится характер. Беда заключается в том, что на шутки не принято обижаться, даже тогда, когда обидно.

    — Михаил Литвак · книга
14. «

    — Тор, ты всё время ворчишь, что наука создаёт монстров, а тут какой-то ларец из воображаемой страны заморозил нам всю планету! — Желаешь ты продолжить эту тему? А сколько раз мы бились с тем, что вышло из лабораторий?! — Я не помню. Но зато помню, как ваша Чаровница чуть не сгубила всю команду. Дважды! А кто был тот парень с топором? Асгардианин? А, точно, помнится, он ещё хотел отрубить мне голову! — Амора и Скёрдж поплатятся за это. — О, выходит, ты с ними лично знаком! Здорово! Может, создадите свою команду... «Магические психи»?

    — Тор, ты всё время ворчишь, что наука создаёт монстров, а тут какой-то ларец из воображаемой страны заморозил нам всю планету! — Желаешь ты продолжить эту тему? А сколько раз мы бились с тем, что вышло из лабораторий?! — Я не помню. Но зато помню, как ваша Чаровница чуть не сгубила всю команду. Дважды! А кто был тот парень с топором? Асгардианин? А, точно, помнится, он ещё хотел отрубить мне голову! — Амора и Скёрдж поплатятся за это. — О, выходит, ты с ними лично знаком! Здорово! Может, создадите свою команду... «Магические психи»?

    — Тор Одинсон · мультфильм
15. «

    Вот потеряю руки, ноги, голову и возраст, дату рождения и дату смерти, национальность и образование, вот потеряю имя и фамилию, и будет хорошо.

    Вот потеряю руки, ноги, голову и возраст, дату рождения и дату смерти, национальность и образование, вот потеряю имя и фамилию, и будет хорошо.

    — Людмила Улицкая · книга
16. «

    Плевать я хотела на тех, кто говорит обо мне плохо... И дважды плевала на тех, кто их слушает!!!

    Плевать я хотела на тех, кто говорит обо мне плохо... И дважды плевала на тех, кто их слушает!!!
17. «

    Бывает так, что авторы детективов, по примеру своих персонажей, не оставляют никаких следов в литературе.

    Бывает так, что авторы детективов, по примеру своих персонажей, не оставляют никаких следов в литературе.

    — Никита Митрохин · книга
18. «

    Улыбки женщин, – продолжает Пейсли, – это водоворот Сциллы и Харибды, в пучину которого часто попадает, разбиваясь в щепки, крепкий корабль «Дружба».

    Улыбки женщин, – продолжает Пейсли, – это водоворот Сциллы и Харибды, в пучину которого часто попадает, разбиваясь в щепки, крепкий корабль «Дружба».

    — О. Генри · книга
19. «

    На редкость, но счастливы были В спокойный супружеский век. В едином согласьи прожили. Мечтал бы любой человек!

    На редкость, но счастливы были В спокойный супружеский век. В едином согласьи прожили. Мечтал бы любой человек!

    — Владимир Шебзухов
20. «

    Телевизор – это мусоропровод, работающий в обратную сторону.

    Телевизор – это мусоропровод, работающий в обратную сторону.

    — Лев Давидович Ландау