337 цитат: всё о «испытания»

Тема «испытания» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 337 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Нам всем сегодня надо читать жития новомучеников и исповедников российских. Они, претерпевая гонения как испытания веры и верности Богу, обретали свободу во Христе. В двух словах про их подвиг не скажешь. Надо писать новые и новые тома. Не у всех новомучеников и исповедников составлены жития. Но те жития, которые есть, знать надо обязательно. Хорошо, что сейчас в монастырях и в семьях снова стали читать жития древних подвижников, например, из Четьи Минеи – святителя Димитрия Ростовского. Но почему не читают жития новомучеников?

   Нам всем сегодня надо читать жития новомучеников и исповедников российских. Они, претерпевая гонения как испытания веры и верности Богу, обретали свободу во Христе. В двух словах про их подвиг не скажешь. Надо писать новые и новые тома. Не у всех новомучеников и исповедников составлены жития. Но те жития, которые есть, знать надо обязательно. Хорошо, что сейчас в монастырях и в семьях снова стали читать жития древних подвижников, например, из Четьи Минеи – святителя Димитрия Ростовского. Но почему не читают жития новомучеников?

   — Схиархимандрит Илий Ноздрин
2. «

   Времена не выбирают, В них живут и умирают. Большей пошлости на свете Нет, чем клянчить и пенять. Будто можно те на эти, Как на рынке, поменять.

   Времена не выбирают, В них живут и умирают. Большей пошлости на свете Нет, чем клянчить и пенять. Будто можно те на эти, Как на рынке, поменять.

   — Александр Кушнер
3. «

   Испытание человека состоит в том, сможет ли он найти в преисподней ангела.

   Испытание человека состоит в том, сможет ли он найти в преисподней ангела.

   — Фэн Цзицай · книга
4. «

   Для обретения счастья нам часто приходится проходить через испытания.

   Для обретения счастья нам часто приходится проходить через испытания.

   — Барбара Пирс · книга
5. «

   Когда на меня нападает отчаяние, когда я чувствую себя одиноким и заброшенным, я утешаюсь молчаливым присутствием других людей, которым пришлось претерпеть большие страдания и которые сумели их пережить.

   Когда на меня нападает отчаяние, когда я чувствую себя одиноким и заброшенным, я утешаюсь молчаливым присутствием других людей, которым пришлось претерпеть большие страдания и которые сумели их пережить.

   — Стивен Каллахэн · книга
6. «

   Попутный ветер в лицо может бить, Намерения на твердость проверяя. Все то, о чем мечталось может быть, Только у тех лишь, кто не отступает.

   Попутный ветер в лицо может бить, Намерения на твердость проверяя. Все то, о чем мечталось может быть, Только у тех лишь, кто не отступает.
7. «

   Государство, разъедаемое коррупцией, становится нежизнеспособным. Ему грозит опасность рассыпаться при первом же серьезном испытании.

   Государство, разъедаемое коррупцией, становится нежизнеспособным. Ему грозит опасность рассыпаться при первом же серьезном испытании.

   — Теодор Драйзер · книга
8. «

   Мир ломает всех, зато потом многие становятся сильнее в местах разлома.

   Мир ломает всех, зато потом многие становятся сильнее в местах разлома.

   — Бо Барретт · фильм
9. «

   Человек, в жизни которого не было Испытания, прожил ее напрасно.

   Человек, в жизни которого не было Испытания, прожил ее напрасно.

   — Дуглас Коупленд · книга
10. «

    Трудные испытания всегда вознаграждаются.

    Трудные испытания всегда вознаграждаются.

    — Сара Джио · книга
11. «

    Человек может многое выдержать.

    Человек может многое выдержать.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Чего вы ожидали, когда только вступили в спецотряд? Уверен, вам рассказывали о жертвах, которые придётся принести. О том, что наверняка придётся сделать. Но такого не ожидал никто из нас. И если есть хоть малейший шанс возродить этот город из пепла, этот шанс есть у вас. Когда мы только появились здесь, всё лежало в руинах. Но со временем мы построим здесь дом. Отсюда мы отправляем людей в город на поиски других выживших. Врачей, бывших полицейских, инженеров — тех, кто поможет нам возродить Нью-Йорк. Там вам понадобятся все имеющиеся навыки и оборудование. С каждым выигранным боем вы становитесь сильнее, каждое испытание даст вам новые возможности. Но пробыв здесь достаточно, вы поймёте правду: если не объединиться, каждый умрёт в одиночестве... По всему городу спящие агенты организовали сеть штаб-квартир — вам нужно будет работать вместе с ними. Чтобы спасти то, что осталось, нужно рассчитывать не только на себя. Нужно дать Нью-Йорку шанс вернуть то, что казалось потерянным навсегда — надежду. Нужно работать вместе, объединять наши навыки. В этой борьбе у каждого своя роль, но и вы здесь не просто так. И учтите — мы вернём себе этот город. Рано или поздно вы окажетесь за этими стенами — в «Тёмной Зоне», где нет ничего, кроме жадности и страха, и никому нельзя верить. Эта битва — только начало.

    Чего вы ожидали, когда только вступили в спецотряд? Уверен, вам рассказывали о жертвах, которые придётся принести. О том, что наверняка придётся сделать. Но такого не ожидал никто из нас. И если есть хоть малейший шанс возродить этот город из пепла, этот шанс есть у вас. Когда мы только появились здесь, всё лежало в руинах. Но со временем мы построим здесь дом. Отсюда мы отправляем людей в город на поиски других выживших. Врачей, бывших полицейских, инженеров — тех, кто поможет нам возродить Нью-Йорк. Там вам понадобятся все имеющиеся навыки и оборудование. С каждым выигранным боем вы становитесь сильнее, каждое испытание даст вам новые возможности. Но пробыв здесь достаточно, вы поймёте правду: если не объединиться, каждый умрёт в одиночестве... По всему городу спящие агенты организовали сеть штаб-квартир — вам нужно будет работать вместе с ними. Чтобы спасти то, что осталось, нужно рассчитывать не только на себя. Нужно дать Нью-Йорку шанс вернуть то, что казалось потерянным навсегда — надежду. Нужно работать вместе, объединять наши навыки. В этой борьбе у каждого своя роль, но и вы здесь не просто так. И учтите — мы вернём себе этот город. Рано или поздно вы окажетесь за этими стенами — в «Тёмной Зоне», где нет ничего, кроме жадности и страха, и никому нельзя верить. Эта битва — только начало.

    — Ишан Уэст · игра
13. «

    Возможно, что самым тяжелым испытанием для нашего духовного зрения является созерцание чужого успеха. Его блеск причиняет нам боль.

    Возможно, что самым тяжелым испытанием для нашего духовного зрения является созерцание чужого успеха. Его блеск причиняет нам боль.

    — Арчибалд Кронин · книга
14. «

    Говорят, «то что нас не убивает, делает нас сильнее», но это слова зомби, так и не заметившего, что он умер. С его точки зрения, он лишь приобрел неуязвимость и устрашающий врага вид.

    Говорят, «то что нас не убивает, делает нас сильнее», но это слова зомби, так и не заметившего, что он умер. С его точки зрения, он лишь приобрел неуязвимость и устрашающий врага вид.

    — Алесь Мищенко · книга
15. «

    Вдруг неожиданно, ну совершенно, абсолютно. Вот представьте себе, что в самолёт вот влетел снаряд и разорвался. Борт мне инженер докладывает: “Радостная весть командир, пожар потушен! ”. Земля лезла, как будто не ты снижаешься, а земля лезет на тебя. Меня как озарило! Отдаю штурвал от себя, сознательно, отдаю штурвал от себя. Резко отдал и резко взял и посмотрел. Cамолёт немножко чёт шевельнулся. И он значит вот так закачался немножко самолёт. И смотрю уголочки чуть-чуть увеличился, увеличился, увеличился. А я же за прибором то смотрю, а он на единички вот остановился около единички и стоит. Потом раз, пух! Все приборы сработали, перешло на дозвук. Фух, ну тут уже всё.

    Вдруг неожиданно, ну совершенно, абсолютно. Вот представьте себе, что в самолёт вот влетел снаряд и разорвался. Борт мне инженер докладывает: “Радостная весть командир, пожар потушен! ”. Земля лезла, как будто не ты снижаешься, а земля лезет на тебя. Меня как озарило! Отдаю штурвал от себя, сознательно, отдаю штурвал от себя. Резко отдал и резко взял и посмотрел. Cамолёт немножко чёт шевельнулся. И он значит вот так закачался немножко самолёт. И смотрю уголочки чуть-чуть увеличился, увеличился, увеличился. А я же за прибором то смотрю, а он на единички вот остановился около единички и стоит. Потом раз, пух! Все приборы сработали, перешло на дозвук. Фух, ну тут уже всё.

    — Евгений Александрович Горюнов
16. «

    Однажды после такого дня, когда Джейхейрис подверг себя особенно суровым испытаниям и был особенно сурово избит, мейстер Кулипер сказал ему: – Ваша милость, зачем же себя так изнурять? В королевстве царит мир. Юный король лишь улыбнулся и ответил: – В королевстве был мир, когда скончался мой дед, но стоило моему отцу взойти на престол, и враги полезли со всех сторон. Они испытывали его, проверяли, силен он или слаб. Меня они будут испытывать точно так же.

    Однажды после такого дня, когда Джейхейрис подверг себя особенно суровым испытаниям и был особенно сурово избит, мейстер Кулипер сказал ему: – Ваша милость, зачем же себя так изнурять? В королевстве царит мир. Юный король лишь улыбнулся и ответил: – В королевстве был мир, когда скончался мой дед, но стоило моему отцу взойти на престол, и враги полезли со всех сторон. Они испытывали его, проверяли, силен он или слаб. Меня они будут испытывать точно так же.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    У жизни вообще сюжетов раз-два и обчелся, по большому счету, каждому из нас выпадают одни и те же испытания, и истории у всех одинаковые. Истории одинаковые, а смысл у каждой свой.

    У жизни вообще сюжетов раз-два и обчелся, по большому счету, каждому из нас выпадают одни и те же испытания, и истории у всех одинаковые. Истории одинаковые, а смысл у каждой свой.

    — Наринэ Абгарян · книга
18. «

    Если верить всему, что он читал и слышал от трубадуров, которые время от времени забредали в их края и так же неожиданно исчезали, каждый, вступивший на тропу истинной любви, должен был приготовиться к нелёгким испытаниям: томительное ожидание, взгляды украдкой, непреодолимые препятствия, несостоявшиеся свидания, мертвенно-бледный вид, неизлечимая печаль и после приличествовавшего ситуации периода неизбывной тоски — смерть. Сама идея женитьбы на женщине его мечты противоречила, как ему казалось, правилам хорошего тона.

    Если верить всему, что он читал и слышал от трубадуров, которые время от времени забредали в их края и так же неожиданно исчезали, каждый, вступивший на тропу истинной любви, должен был приготовиться к нелёгким испытаниям: томительное ожидание, взгляды украдкой, непреодолимые препятствия, несостоявшиеся свидания, мертвенно-бледный вид, неизлечимая печаль и после приличествовавшего ситуации периода неизбывной тоски — смерть. Сама идея женитьбы на женщине его мечты противоречила, как ему казалось, правилам хорошего тона.

    — Джон Грант · книга
19. «

    «Ночью без сна, думаешь, как жить, зачем испытания, где выход? Это всё проходит через душу, уставшую, искалеченную, с надеждой на лучшее»

    «Ночью без сна, думаешь, как жить, зачем испытания, где выход? Это всё проходит через душу, уставшую, искалеченную, с надеждой на лучшее»

    — Владимир Болтунов · книга
20. «

    Все люди моего поколения знают — год високосный, как чума, неминуемо принесёт горести и испытания. Но, чтобы столько, как в 2020... Давно такого не помню. Сколько великих людей, многих из которых я знала лично, выкосил этот проклятый вирус. А сколько погибло мам, бабушек, дедушек, сестёр и братьев. Когда думаю об этом, начинаю плакать. Но тут же говорю себе — не смей раскисать! Да, всем сегодня нелегко, ведь вирус бьет не только по людям, но и по экономике и бизнесу. Кто-то остается без работы, кому-то урезают зарплату. Но мы в России и не такие испытания проходили. Надо просто немного перетерпеть. Непременно всё наладится и будет снова хорошо. Если, конечно, Навальный не будет опять умолять Европу ввести против России новые санкции. Да, он просит ударить по олигархам. Но ведь и дураку ясно, что в конечном счёте за эти санкции расплачиваться придётся простым людям — работникам этих заводов и предприятий. Я стараюсь не вмешиваться в грязные политические разборки, но молча смотреть на такое откровенное предательство своего народа я не могу. И так страна опутана этими санкциями, доллар скачет, как температура при короновирусе, нет, ему мало. Ну, разве не Иуда?

    Все люди моего поколения знают — год високосный, как чума, неминуемо принесёт горести и испытания. Но, чтобы столько, как в 2020... Давно такого не помню. Сколько великих людей, многих из которых я знала лично, выкосил этот проклятый вирус. А сколько погибло мам, бабушек, дедушек, сестёр и братьев. Когда думаю об этом, начинаю плакать. Но тут же говорю себе — не смей раскисать! Да, всем сегодня нелегко, ведь вирус бьет не только по людям, но и по экономике и бизнесу. Кто-то остается без работы, кому-то урезают зарплату. Но мы в России и не такие испытания проходили. Надо просто немного перетерпеть. Непременно всё наладится и будет снова хорошо. Если, конечно, Навальный не будет опять умолять Европу ввести против России новые санкции. Да, он просит ударить по олигархам. Но ведь и дураку ясно, что в конечном счёте за эти санкции расплачиваться придётся простым людям — работникам этих заводов и предприятий. Я стараюсь не вмешиваться в грязные политические разборки, но молча смотреть на такое откровенное предательство своего народа я не могу. И так страна опутана этими санкциями, доллар скачет, как температура при короновирусе, нет, ему мало. Ну, разве не Иуда?

    — Татьяна Васильева